Следы добродетели

Оттуда открывался вид на темную стену леса за замковыми стенами, на широкую и хорошо мощеную дорогу, освещенную ласковым фонарным светом, и на сам двор, в котором уже стояли три кареты. Я узнал гербы, принадлежавшие мелким вассальным фамилиям, имевшим владения на моей земле. Небольшая кавалькада всадников как раз въезжала во двор, и в троих мне удалось узнать своих новых рыцарей, которые не столь давно потеряли прежнего сюзерена, и искали другого покровителя. Все прочие люди, должно быть, служили им оруженосцами или лакеями, а может быть, то были и простые путешественники, узнавшие про вечерний банкет. Его двери открывались для всех, не разбирая сословий, но обыкновенно пиршественные яства для крестьян развозили по деревням, чтобы не отрывать их от работы, поэтому люди низшего сословия редко появлялись при дворе.

Среди лакеев я заметил двоих, державшихся с завидной выправкой умелых солдат. У них наверняка и оружие имелось — будь я поближе, смог бы разглядеть.

Насмотревшись на новых гостей, я отправился вниз, выбрав на сей раз теплые и светлые коридоры. На самом деле, таких у меня было большинство. Никому, даже нам, не нравится постоянно находиться в продуваемых, стылых и темных помещениях. Раз уж есть возможность выбрать комфорт, почему бы не сделать это?

В банкетной зале уже накрывали на стол. Гости, числом, на первый взгляд, сорок человек, весело шумели в предвкушении сытной еды. Я едва заметно улыбнулся — ирония была понятна только мне и моим детям. Они скользили среди людей, расточая улыбки и очарование, но в то же время оставались собой. Наутро никто и не вспомнит, чем все закончилось. Сонное зелье в напитках никогда не подводило.

Я встретился взглядом с Лиссой. Зеленоглазая лукаво улыбнулась в ответ. Она была красива в кремово-желтом платье, подчеркнуто простом, чтобы не выделялось посреди небогатых одежд ее компании — стайки дам разного возраста. Я заметил среди них и путешественниц, и домоседок из ближайших поместий. Ни те, ни те не могли позволить себе пышных одеяний, а моя Лисса чутко угадывала желания людей. Она была самой красивой из нас, выбранной за безжалостность, с которой она свою красоту использовала. Словно стилет, вонзающийся в почки в самый неожиданный момент.

— Барон фон Вархов, — окликнул меня голос из гостей. Я обернулся.

— Добрый вечер, капитан Стеххар. Вы нечасто сюда заезжаете. Есть мотив?

Плечистый усатый шатен в блестящей кирасе постучал по столу костяшками пальцев.

— Тьфу-тьфу-тьфу, вроде нет. Просто мимо проезжал с ребятами, да и решил, что нечего нам всю ночь на дороге мокнуть. У вас найдется место для десятка старых ветеранов?

Я изогнул губы в намеке на усмешку.

— Всегда найдется. Я распоряжусь, чтобы ваших людей устроили.

— Благодарю. Между прочим, наслышан о ваших последних подвигах. Горные тролли — ваша работа? В придорожных тавернах только и разговоров, что барон в одиночку вошел в логовище, и вернулся с гроздью черепов.

— Я оставил себе один. Повесил в трофейном зале, а из шкур мы сшили плащи. Попросите кого-нибудь проводить вас — посмотрите на череп. Можете прихватить и плащ, мне они не нужны.

— Да уж, — усмехнулся, подкрутив усы, капитан.

— Знаете, барон, если бы вы давали частные уроки фехтования, вы бы стали самым богатым человеком в стране. Кроме, естественно, императора.

— Нужно подумать, — я невозмутимо взял со стола кубок, наполненный черным вином.

— Не могу же я переложить свои обязанности на чужие плечи. Управлять землей не так легко, как кажется, глядя со стороны, капитан Стеххар.

Мы поговорили еще немного. Потом капитан ушел на поиски трофейного зала, а я целенаправленно устремился к тем двоим лакеям, которых видел еще с балкона донжона.

— Не представишь меня своему спутнику, Кассандра?

Она коротко остригла свои роскошные тяжелые кудри медового цвета и оделась в мужской костюм. Только же по фигуре ее нельзя было принять за женщину, особенно когда моя Кассандра того не хотела. Однако она совершила ошибку, решив, что я не узнаю ее, находясь в одном с ней зале. Ее голос, ее запах, ее шаги — их я бы узнал где угодно.

Она непокорно дернула подбородком, глядя на меня вызывающе и с затаенным страхом.

— Это Вальден Фирейн. Менестрель. Путешествующий. И ты его не тронешь, потому что никто не будет затыкать рот менестрелю. Даже ты.

Я проигнорировал ее выпад и стал рассматривать черноволосого юношу. Он был одет в белое, удивительно, как ему удалось проехать по ночному дождю, и не замараться. У бедра висели потертые ножны, но пустые. Заметив мой вопросительный взгляд, он ответил извиняющейся улыбкой.

— Цена спасения прекрасной дамы. Мой меч геройски пал в бою с разбойниками.

Разбойники! Как же. Так я и поверил. Мы затравили последнего разбойника четверть века назад, сразу после моей фальшивой «смерти».