Удачная сделка

То и дело он бросал взгляд в сторону большого окна-витрины, за которым было сложно что-то разглядеть. В конце концов, уже стемнело, а в кафе было довольно светло. Куда проще было разглядеть своё отражение, чем что-то за окном. Особых светлых эмоций это отражение не вызывало, даже несмотря на то, что смазанные цвета отражения не давали разглядеть раздражения от непривычного бритья. Округлое лицо напрашивалось на ассоциации с комичными персонажами второго плана или брюзгливыми мелкими злодейчиками. Ни попытки выглядеть старше, ни попытки выглядеть младше не заканчивались ничем хорошим. И, если честно, празднично одевшись и причесавшись он выглядел даже более нелепо, чем в привычном растянутом свитере. А ведь так хотелось сегодня выглядеть хотя бы неплохо.

Наконец, двери кафе открылись, и он увидел Её. Женщина разительно выделялась на фоне непритязательного дизайна помещения. Хотя, казалось бы, что в Ней особенного? Жёлтенький короткий дождевик, умудряющийся при этом скрадывать фигуру. Большие тёмные «стрекозиные» очки на пол-лица. Короткие волосы дополнительно заколоты на висках, открывая лоб. Небольшой рюкзачок за спиной. Даже сапожки на ногах были с незначительным каблуком. Из того, что можно было назвать привлекательным в её образе, помимо нижней части лица, мужчина сумел выделить только ножки в лосинах. То есть, всё, что ниже дождевичка, но выше сапожек.

Тем не менее, каким-то образом Она сумела захватить всё его внимание. Быть может, потому, что он знал, какие услуги Она оказывает? И именно поэтому он видит в Ней уверенную в себе хищницу?

Сбегать было поздно. Она уже заметила своего клиента, и уверенным шагом направилась к столику.

— Вы — Никита? — спросила Она, прежде чем усесться на стул напротив.

— Д-да… я, — мужчина кивнул и вновь окинул женщину взглядом.

— А вы — Оля?

Чуткий в периоды между сезонными аллергиями нос Никиты уловил характерный запах медицинского кабинета. Тот самый, который, единожды учуяв, уже никогда не забудешь, и никогда ни с чем не перепутаешь.

— Да, да, это я, — кивнула собеседница.

— Вы сильно нервничаете. В первый раз? Эта шутка и лёгкая улыбка Оли позволили слегка расслабиться. Нервное напряжение тут же вылилось в слегка высокий смех.

— Да, да, в первый раз. Будьте со мной нежнее, — поднял Никита руки в капитулирующем жесте.

— Так… когда мы приступим?

— А вы хотите прямо здесь? — кокетливо спросила женщина.

— В этом кафе?

— Эм… нет-нет, ни в коем случае, — мужчина покраснел от двусмысленности этой фразы.

— Просто… я просто уточняю. Всё же, ваши услуги… весьма необычные и… — он огляделся по сторонам, после чего подался слегка вперёд и понизил голос.

— Слегка… противозаконные.

— Не волнуйтесь вы так, — подняла руки Оля.

— Я профессионал. Я всё сделаю сама, от вас ничего не потребуется, кроме денег. Быть может, у вас есть какие-то пожелания?

— Понимаете… я очень религиозен, а то, что мы собираемся сделать, вроде как, грех. Никита сглотнул.

— Вот скажите, если вы решили перерезать себе вены, но в последний момент передумали, и в итоге остались живы — совершили ли вы грех самоубийства? — уточнила Оля.

— Нет, но ведь в этом случае мои действия не привели к моей смерти, — заметил важную логическую нестыковку мужчина.

— Понимаю, — кивнула Она.

— А можно ли считать грехом самоубийства действия солдата, который, будучи окружён врагом, вызвал огонь на себя?

А вот этот аргумент заставил клиента задуматься.

— Ну, здесь всё сложно. Его действия, конечно, приведут к его смерти, но ведь он это сделал ради чужого блага. Да и выбора у него не было…

— Был, — не согласилась Оля.

— Он мог сдаться в плен и дальше влачить своё жалкое существование в качестве военнопленного и, скорее всего, предателя родины. Ваши действия, конечно, приведут к тому, что будет сделано нечто нехорошее. Но, во-первых, оно будет сделано не вашими руками, а во-вторых, от вашего решения будет польза.

— Какая? — поднял брови Никита.

— Мне ведь тоже хочется кушать, — с улыбкой развела руками Оля. Мужчина снова рассмеялся. Хоть смех и был нервным, но он нёс облегчение. С этой женщиной было легко, несмотря на то, чем она зарабатывает на жизнь. Впервые, за долгое время, он чувствовал себя в хоть сколько-нибудь приподнятом настроении. Но было обидно, что после этой встречи они с Олей уже никогда не смогут поговорить.

— А вы… как вы живёте с грехом на душе? — спросил Никита… и тут же поджал губы. Кажется, он ляпнул лишнего. В конце концов, она этим на жизнь зарабатывает, а он её сейчас осудил. При том, что сам собирался воспользоваться услугами Оли.

— Мы с тобой не в равных условиях, — хмыкнула женщина.

— Что для тебя грех, для меня — простая потребность.