Мегаполис кишит жизнью. И не-жизнью. Упыри давно стали частью обыденной действительности — они живут рядом с людьми, питаются донорской кровью и плотью. Превращением человека в упыря после смерти уже никого не удивишь. Никого, кроме самого «обратившегося» которому приходится учиться жить заново…
Добавить в моё избранное
20 мин, 27 сек 18615
Да, капюшон прекрасно скрывал лицо Лотти.
— Вам какой этаж? — спросила женщина.
— Последний, — ответила Лотти.
Тронулись вверх.
«Что же я делаю? — застучало в висках у Лотти.»
— На что я надеюсь? Дом просыпается, ее ждут дома… Нет, в самом деле, что мне здесь нужно? У меня есть еда! Нужно бежать домой, пока совсем не рассвело!«.»
Лотти вдруг осознала, что ее тело вполне может позволить себе бег вместо уже ставшей привычной шаркающей походки.
Двери лифта открылись. На площадке стояли и курили два парня.
Женщина в персиковом пальто вышла и бросила им:
— Еще не ложились, балбесы?
— Не-а! — с гордостью ответил один.
Второй, нахмурившись, уставился на Лотти.
Двери вновь сомкнулись. Лифт замер.
Лотти нажала кнопку первого этажа.
Бежать!
Кажется, лифт ехал мучительно медленно. Но тихо. И с ужасом Лотти поняла, что слышит шаги на лестнице– те два парня с пятого этажа спускались вслед за ней. Только бы успеть!
«А зачем? — эхом отозвался голос в глубине души.»
— Может и не надо вовсе?«.»
В вестибюле первого этажа никого не было, но шаги грохотали все ближе.
Лотти бегом кинулась вперед, к выходу. Во дворе было уже почти светло– небо над домами сделалось голубым. Как же давно она не видела голубого неба!
От солнечного света глазам стало больно– слепяще, как от полудня на заснеженном поле. Из памятки Лотти знала, что свет в малых дозах, особенно в городе, среди высотных домов, не смертелен. Но как же было больно!
— Эй! — послышалось сзади.
— Ты кто такая! Чего тут шастаешь?
Лотти рванулась вперед. Шаги, уже шуршащие по гравию двора, слышались за спиной. Она не успеет!
Двор был маленький– в несколько шагов Лотти выбежала на дорогу. И тут ей наперерез вылетела все та же дорогая машина с белозубым водителем в шляпе. Теперь водитель высунулся в окно и велел Лотти:
— Садись!
Лотти, не вдаваясь ни в расспросы, ни в размышления, села.
Какая, откровенно говоря, разница?
Лицо водителя казалось Лотти смутно знакомым, только в его белозубой улыбке ей виделось что-то неправильное.
Какое-то время ехали в полной тишине. Лотти успела заметить, что стекла в машине незнакомца, хотя и выглядят прозрачными, не пропускают тепло солнца, как и большую часть его света. В салоне было очень комфортно и уютно. Они ехали и ехали неведомо куда, за пределы хорошо знакомого района. Лотти вдруг захотелось вернуться в свою комнату.
— Вы кто такой?
— Не узнаешь?
— Мы знакомы? Простите, не помню. Вы же видите, что со мной.
— Нет, мы не встречались раньше. Алек Дин. Слышала?
— Слышала, но не читала, — на автомате сказала Лотти. И только тут сообразила, что сказала глупость.
Алек Дин, автор гиперреалистичных остросюжетных детективов сидел рядом с ней.
Алек рассмеялся.
— Ничего. Ты еще слишком маленькая для таких ужасов. Как тебя угораздило перекинуться? Несчастный случай, авария?
Лотти уставилась на крышку бардачка– пластмассовую, под дерево. Да нет– лакированную, деревянную.
— Задел больную тему? Ну извини. Просто в моем случае была именно авария.
Продолжая вести машину, он засунул пальцы левой руки в рот и вытащил свою белоснежную улыбку. И положил на приборную панель.
Вот теперь он улыбнулся– оскалился– по-настоящему.
Клыки, заменившие собою резцы, были желто-серые, крупные, но выглядели аккуратнее, чем у Лотти.
— Подпилены, — сообщил Алек, словно угадав ее мысли.
— Чтобы влезали под протез. Полтора года назад слетел с дороги. Даже не после вечеринки, трезвый. Разве справедливо? Не смог «перешагнуть»– как раз роман заканчивал. А ты недавно? Как угораздило?
Лотти соображала, постепенно усваивая информацию.
— Зачем вы меня сейчас подобрали?
— А что, не надо было? Я когда увидел, как ты за той телкой идешь, сразу понял, зачем. И то, что только вылупилась, тоже понял. Интересно стало, чем все закончится. Но я ведь прям вовремя!
— Вовремя, — спокойно подтвердила Лотти. Алек пугал ее едва ли не больше, чем прочие виденные ею упыри. Очень странно было видеть открывающуюся при разговоре упыриную пасть на совершенно нормальном, идеально загримированном лице. А ведь одна из девчонок в классе Лотти в колледже увлекалась его детективами к вящему ужасу родителей и учителей.
— А куда и зачем мы едем?
— Ко мне в гости. Ты не против?
— Зачем?
— А у тебя дела? Если тебе нечего делать, почему не заглянуть на чашечку горячительного? У меня найдется угощение получше, чем то дерьмо, которое раздают в донорских пунктах. И потом, кроме совместной выпивки и разговора о загробной жизни у нас с тобой уже никаких дел быть не может, — Алек рассмеялся.
— Вам какой этаж? — спросила женщина.
— Последний, — ответила Лотти.
Тронулись вверх.
«Что же я делаю? — застучало в висках у Лотти.»
— На что я надеюсь? Дом просыпается, ее ждут дома… Нет, в самом деле, что мне здесь нужно? У меня есть еда! Нужно бежать домой, пока совсем не рассвело!«.»
Лотти вдруг осознала, что ее тело вполне может позволить себе бег вместо уже ставшей привычной шаркающей походки.
Двери лифта открылись. На площадке стояли и курили два парня.
Женщина в персиковом пальто вышла и бросила им:
— Еще не ложились, балбесы?
— Не-а! — с гордостью ответил один.
Второй, нахмурившись, уставился на Лотти.
Двери вновь сомкнулись. Лифт замер.
Лотти нажала кнопку первого этажа.
Бежать!
Кажется, лифт ехал мучительно медленно. Но тихо. И с ужасом Лотти поняла, что слышит шаги на лестнице– те два парня с пятого этажа спускались вслед за ней. Только бы успеть!
«А зачем? — эхом отозвался голос в глубине души.»
— Может и не надо вовсе?«.»
В вестибюле первого этажа никого не было, но шаги грохотали все ближе.
Лотти бегом кинулась вперед, к выходу. Во дворе было уже почти светло– небо над домами сделалось голубым. Как же давно она не видела голубого неба!
От солнечного света глазам стало больно– слепяще, как от полудня на заснеженном поле. Из памятки Лотти знала, что свет в малых дозах, особенно в городе, среди высотных домов, не смертелен. Но как же было больно!
— Эй! — послышалось сзади.
— Ты кто такая! Чего тут шастаешь?
Лотти рванулась вперед. Шаги, уже шуршащие по гравию двора, слышались за спиной. Она не успеет!
Двор был маленький– в несколько шагов Лотти выбежала на дорогу. И тут ей наперерез вылетела все та же дорогая машина с белозубым водителем в шляпе. Теперь водитель высунулся в окно и велел Лотти:
— Садись!
Лотти, не вдаваясь ни в расспросы, ни в размышления, села.
Какая, откровенно говоря, разница?
Лицо водителя казалось Лотти смутно знакомым, только в его белозубой улыбке ей виделось что-то неправильное.
Какое-то время ехали в полной тишине. Лотти успела заметить, что стекла в машине незнакомца, хотя и выглядят прозрачными, не пропускают тепло солнца, как и большую часть его света. В салоне было очень комфортно и уютно. Они ехали и ехали неведомо куда, за пределы хорошо знакомого района. Лотти вдруг захотелось вернуться в свою комнату.
— Вы кто такой?
— Не узнаешь?
— Мы знакомы? Простите, не помню. Вы же видите, что со мной.
— Нет, мы не встречались раньше. Алек Дин. Слышала?
— Слышала, но не читала, — на автомате сказала Лотти. И только тут сообразила, что сказала глупость.
Алек Дин, автор гиперреалистичных остросюжетных детективов сидел рядом с ней.
Алек рассмеялся.
— Ничего. Ты еще слишком маленькая для таких ужасов. Как тебя угораздило перекинуться? Несчастный случай, авария?
Лотти уставилась на крышку бардачка– пластмассовую, под дерево. Да нет– лакированную, деревянную.
— Задел больную тему? Ну извини. Просто в моем случае была именно авария.
Продолжая вести машину, он засунул пальцы левой руки в рот и вытащил свою белоснежную улыбку. И положил на приборную панель.
Вот теперь он улыбнулся– оскалился– по-настоящему.
Клыки, заменившие собою резцы, были желто-серые, крупные, но выглядели аккуратнее, чем у Лотти.
— Подпилены, — сообщил Алек, словно угадав ее мысли.
— Чтобы влезали под протез. Полтора года назад слетел с дороги. Даже не после вечеринки, трезвый. Разве справедливо? Не смог «перешагнуть»– как раз роман заканчивал. А ты недавно? Как угораздило?
Лотти соображала, постепенно усваивая информацию.
— Зачем вы меня сейчас подобрали?
— А что, не надо было? Я когда увидел, как ты за той телкой идешь, сразу понял, зачем. И то, что только вылупилась, тоже понял. Интересно стало, чем все закончится. Но я ведь прям вовремя!
— Вовремя, — спокойно подтвердила Лотти. Алек пугал ее едва ли не больше, чем прочие виденные ею упыри. Очень странно было видеть открывающуюся при разговоре упыриную пасть на совершенно нормальном, идеально загримированном лице. А ведь одна из девчонок в классе Лотти в колледже увлекалась его детективами к вящему ужасу родителей и учителей.
— А куда и зачем мы едем?
— Ко мне в гости. Ты не против?
— Зачем?
— А у тебя дела? Если тебе нечего делать, почему не заглянуть на чашечку горячительного? У меня найдется угощение получше, чем то дерьмо, которое раздают в донорских пунктах. И потом, кроме совместной выпивки и разговора о загробной жизни у нас с тобой уже никаких дел быть не может, — Алек рассмеялся.
Страница 4 из 6
