40 миниатюр

Сказка про петуха

Жил-был петух. Глупый-глупый! Сначала он орал по-тупому (орал часто, ГРОМКО, и голос у него такой… противный был! Хотелось кинуть в него чем-нибудь, но петух поднимался и начинал орать ещё громче и противнее. Его ногой пытаешься растоптать, отдерёшь крыло или лапку от туловища, но петух всё равно… Как-то поднимется, приведёт себя в порядок и… ОР-РЁТ), но потом начал подлетать к каждому и кричать в самое ухо. Ну, так слышнее было. В смысле, понятнее. Петух заботился в первую очередь о том, чтоб окружающим был понятен смысл его воплей. Да это даже не вопли были, просто петуху думалось типо его никто не слышит (следовательно, не врубается; все тупые и тормознутые). Короче, петух конкретно был ненормальный. Нормальные петухи не пытаются ни до кого доораться, а если им чё-то не нравится, они подскакивают к человеку и гасят его (подпрыгивают, заскакивают на самые плечи).

Я не буду рассказывать подробности идиотских выходок этого тупого петуха (если со стороны наблюдать за этим придурком, то можно сразу — резко падать себе под ноги и кататься, задыхаясь от смеху. А вот если быть жертвой петуха… врагу такое не пожелаешь). Выходок очень много, они связаны друг между другом, как будто главы романа, но всё время ничем не заканчивались… В смысле, главы не заканчивались. Выходки-то очень удачно заканчивались! Поэтому рассказать нечего. Скажу только, что пришёл однажды в село некий бродяга. Петух на него быстренько набросился, а бродяга ему так говорит: «О, сколько в тебе радости, петух! Пришёл новый человек и ты на него набросился? — имел он в виду себя» нового человека«. — А почему ты не выйдешь на дорогу? У вас за селом дорога. Там очень много новых людей!» Петух, не зная себя от счастья, стремглав понёсся в сторону шумящей трассы. По ней денно и нощно пролетали грузовики фирмы«Оринко», а неподалёку находилась тропинка, она вела на игрушечное кладбище, устроенное маленькими детьми.

Петух подскакивал, подлетал, но его ветром относило назад. Грузовики пролетали с бешеной скоростью, они приносили с собой порывы ветра и петух отлетал всякий раз, как пытался заскочить в водительскую кабину и проорать дальнобойщику что-то своё. Неподалёку оказался и тот человек, который предложил нашему Пете отправиться на дорогу. Он подошёл к отлетевшей очередным залпом ветра птице и прошелестел в самое ухо (голос у бродяги был, как змея): «Ну что, петя, бросить тебя под колёса? Сам видишь: людям не нравится, что ты пытаешься их остановить, они дунут на тебя и ты отлетаешь, как пушинка. Но я тебя кину с силой и ты остановишь»… — «Конечно! — ответил ожесточённый петух. — Помоги мне, добрый человек, брось под колёса, я остановлю эти громадины». — «Нет-нет. Мы сделаем так: Я брошу под колёса грузовика свою колючую проволоку. — Он показал провод петуху и провод, как по мановению волшебной палочки, начал увеличиваться в руках бродяги, шипы/иглы делались больше и крепче. — А ты поскачешь подальше. Понял? Грузовику проткнёт колёса, он поедет тише и ты сможешь заскочить, сказать водителю всё, что ты хочешь».

Петух так и сделал: Поскакал далеко вперёд, по направлению движущихся грузовиков. Потом увидел, как медленно-медленно ползёт грузовик. Бродяга перед этим метнул ему под колёса колючую проволоку, пробил шины, но дальнобойщик не высовывал носу, он продолжал и продолжал ползти, потому что второй дальнобойщик прошептал ему на ухо: «Видел могилу? Прямо, у обочины дороги! Это могила того психа. Не останавливайся! Он по ночам иногда поднимается из могилы и бродит по дороге. Мужики рассказывали: один швырнул его, псих подлетел, упал, у него голова аж отлетела. Но он всё равно поднялся и продолжал бродить. Без головы! Тот парень, который его сшиб, хотел выскочить из кабины, проверить, жив ли, здоров, но как увидел, что голова в одном месте, а поднимающееся на ноги тело в другом, так»… И тот, который вёл грузовик, не останавливался. Он мог конечно остановиться, но дело в том, что дальнобойщики были голубыми. За рулём сидел «папа», а байку травил ему «сынок», поэтому «папа» строил из себя доверчивого добрячка.

Когда грузовик приблизился к Пете на почтительное расстояние, чтобы можно уже было подпрыгнуть и напор ветра больше не отнесёт в сторону, то в кабине никого не было. Кабина полностью была пустой, но грузовик продолжал тянуться, словно кто-то усиленно давил на газ и пробитые шины хлюпали по дороге. Следом оставались кровавые полосы, словно шины были до отказа набиты кетчупом, а из радиоприёмника слышался голос тех голубых дальнобойщиков: «Не останавливайся, я тебя умоляю! Не останавливайся. Ни в коем случае не останавливайся. Я до ужаса боюсь ходячих мертвяков! Жми. Надо как можно дальше уехать из этой гиблой местности! ЖМИ!» Пете тоже передалось ощущение страха и он отлетел, как всегда отлетал под напором ветра. Грузовик ковылял и ковылял дальше.