Фандом: Гарри Поттер. После победы над Волдемортом в Хогвартсе организован дополнительный курс для тех, кто не смог окончить школу в позапрошлом, 1998, учебном году. Гарри, Гермиона, Рон и многие другие вновь возвращаются к учёбе. Казалось бы, всё должно быть хорошо — враги повержены, наступила новая мирная жизнь. Однако героев ждут испытания иного рода. На этот раз проверке подвергнутся незыблемая дружба и взаимная любовь.
317 мин, 21 сек 23336
Рон, видимо, решил оставить шампанское на потом и начал целовать Гермиону, стягивая с нее платье, Гермиона подчинилась его рукам и попробовала расслабиться. Разделавшись с платьем, Рон подхватил ее на руки и повалил на удивительно мягкую кровать. Гермиона почувствовала под собой шелк, и в голове завертелся вопрос: «Интересно скольких девушек сюда водил Гарри? О, нет, я не буду думать об этом!» Она мучительно застонала и порывисто прильнула к губам Рона.
«Молодец, Гермиона, ты всё делаешь правильно», — похвалила она себя и стала стягивать с него футболку. Когда футболка упала на пол рядом с платьем, Рон начал что-то нежно шептать, лаская ее тело. Гермиона не слышала его, она отключила все чувства, потому что каждое его прикосновение было звонком, напоминающим о других прикосновениях, о прикосновениях Гарри. «Ну же, Гермиона, ты же сделала выбор! И это верный выбор. Гарри приносит только страдания, тебе нужен Рон! Рон!» — горько уговаривала она себя.
— Давай, Рон, — сквозь поцелуи выдохнула Гермиона. Возможно, она, правда, хочет Рона и ей будет хорошо? Должно быть, ведь это же её Рон.
— Я вообще-то думал, мы с тобой шампанское выпьем, устроим романтический вечер… — он нежно провел рукой по ее волосам.
— Не нужно, все и так прекрасно, — прошептала Гермиона, сейчас ей хотелось лишь поскорее покончить с этим, скорее убедиться, что ей нужен Рон, удостовериться в этом без всяких ласк и шампанского.
— Как скажешь, — прошептал ей на ухо Рон и стянул с нее белье, Гермиона пожалела, что не выпила еще один бокал огневиски. Она напряглась и закрыла глаза, это было совершенно не романтично, как ей казалось когда-то, скорее неудобно. Рон неловко снял с себя боксеры, осторожно раздвинул ноги Гермионы и опустился сверху, устремив на неё вопросительный, полный желания взгляд. Гермиону охватила паника, но отступать уже было поздно, она ведь готова на всё ради Рона. Чтобы хоть как-то искупить свою вину перед ним… Чтобы не думать о Гарри… Она кивнула и зажмурилась, Рон неуверенно и медленно начал двигаться. Вдруг захотелось плакать, но даже не от боли. «Гермиона, что с тобой? Это же Рон! Твой Рон! Зачем тебе кто-то еще? — твердил внутренний голос. — Гарри сейчас делает то же самое с Джинни!» От этой мысли стало совсем дурно, она прижала Рона к себе.
— Все хорошо, дорогая? — Рон остановился и всмотрелся в лицо Гермионы, — больно?
Гермиона отрицательно покачала головой, боясь, что если начнет говорить, голос будет дрожать.
Рон продолжил входить в нее уже более уверенно, с наслаждением закрыв глаза.
Гермиона чувствовала боль и не думала уже ни о чем, кроме нее, было проще всего сейчас сосредоточиться на ней, и, как ни странно, это было самым безболезненным. Она её заслужила! И ей хотелось полностью погрузиться в неё и забыть обо всем. Физическая боль, пусть на миг, но смогла бы заглушить душевную.
— Я люблю тебя, очень люблю, ты супер, — бормотал Рон, ускоряя темп.
Гермиона не могла ничего ответить, в глазах стояли слезы, получилось только всхлипнуть. Зачем он говорит это? Она не достойна его любви, она не может ответить тем же… Еще два толчка, и Рон в экстазе повалился рядом.
Гермиона лежала неподвижно, не желая отпускать эту муку, не желая возвращаться к действительности. Рон отдышавшись, склонился над Гермионой и нежно поцеловал в губы.
— Это было восхитительно! С тобой все в порядке? — Рон настороженно посмотрел на нее, — Гермиона, в чем дело? Что не так?
Гермиона не заметила, что из глаз потекли слезы, она села, прислонившись к спинке кровати, лихорадочно натянула на себя шелковую ткань покрывала, еще толком не осознавая, что произошло. Рон посмотрел на кровавый след, оставшийся на том месте, где она лежала, и подсел ближе.
— Я сделал тебе очень больно? Гермиона, скажи что-нибудь, прошу! — он обхватил ладонями ее лицо. Гермиона закрыла глаза, она не могла смотреть на него и не могла ничего ответить, слезы тонкими струйками стекали по шее, они, казалось, лились из самого сердца. — Прости, надо было мне быть осторожней! Прости, я…
— Нет! Не извиняйся! — голос Гермионы прозвучал слишком громко и надрывно, — это я должна извиняться! — она соскочила с кровати, схватила белье и начала быстро одеваться. — Прости! Прости! — отчаянно, почти истерически закричала она.
— За что? — только и смог ответить Рон, в полном недоумении наблюдая, как Гермиона судорожно натягивает платье. — Гермиона! — Он встал и попытался обнять ее, но Гермиона отпрянула в сторону. — Что произошло? — Рон смутился своей наготы и, схватив с кровати боксеры, быстро натянул их.
— Прости, — упавшим голосом повторила Гермиона, наконец, справившись с платьем.
Она в отчаянии опустилась на диван и уронила голову на руки. Рон, сопя, поднял с пола свою футболку, которую хотел надеть, но потом видимо передумал и с раздражением бросил ее на кровать, как будто бы она была виновата в поведении Гермионы.
«Молодец, Гермиона, ты всё делаешь правильно», — похвалила она себя и стала стягивать с него футболку. Когда футболка упала на пол рядом с платьем, Рон начал что-то нежно шептать, лаская ее тело. Гермиона не слышала его, она отключила все чувства, потому что каждое его прикосновение было звонком, напоминающим о других прикосновениях, о прикосновениях Гарри. «Ну же, Гермиона, ты же сделала выбор! И это верный выбор. Гарри приносит только страдания, тебе нужен Рон! Рон!» — горько уговаривала она себя.
— Давай, Рон, — сквозь поцелуи выдохнула Гермиона. Возможно, она, правда, хочет Рона и ей будет хорошо? Должно быть, ведь это же её Рон.
— Я вообще-то думал, мы с тобой шампанское выпьем, устроим романтический вечер… — он нежно провел рукой по ее волосам.
— Не нужно, все и так прекрасно, — прошептала Гермиона, сейчас ей хотелось лишь поскорее покончить с этим, скорее убедиться, что ей нужен Рон, удостовериться в этом без всяких ласк и шампанского.
— Как скажешь, — прошептал ей на ухо Рон и стянул с нее белье, Гермиона пожалела, что не выпила еще один бокал огневиски. Она напряглась и закрыла глаза, это было совершенно не романтично, как ей казалось когда-то, скорее неудобно. Рон неловко снял с себя боксеры, осторожно раздвинул ноги Гермионы и опустился сверху, устремив на неё вопросительный, полный желания взгляд. Гермиону охватила паника, но отступать уже было поздно, она ведь готова на всё ради Рона. Чтобы хоть как-то искупить свою вину перед ним… Чтобы не думать о Гарри… Она кивнула и зажмурилась, Рон неуверенно и медленно начал двигаться. Вдруг захотелось плакать, но даже не от боли. «Гермиона, что с тобой? Это же Рон! Твой Рон! Зачем тебе кто-то еще? — твердил внутренний голос. — Гарри сейчас делает то же самое с Джинни!» От этой мысли стало совсем дурно, она прижала Рона к себе.
— Все хорошо, дорогая? — Рон остановился и всмотрелся в лицо Гермионы, — больно?
Гермиона отрицательно покачала головой, боясь, что если начнет говорить, голос будет дрожать.
Рон продолжил входить в нее уже более уверенно, с наслаждением закрыв глаза.
Гермиона чувствовала боль и не думала уже ни о чем, кроме нее, было проще всего сейчас сосредоточиться на ней, и, как ни странно, это было самым безболезненным. Она её заслужила! И ей хотелось полностью погрузиться в неё и забыть обо всем. Физическая боль, пусть на миг, но смогла бы заглушить душевную.
— Я люблю тебя, очень люблю, ты супер, — бормотал Рон, ускоряя темп.
Гермиона не могла ничего ответить, в глазах стояли слезы, получилось только всхлипнуть. Зачем он говорит это? Она не достойна его любви, она не может ответить тем же… Еще два толчка, и Рон в экстазе повалился рядом.
Гермиона лежала неподвижно, не желая отпускать эту муку, не желая возвращаться к действительности. Рон отдышавшись, склонился над Гермионой и нежно поцеловал в губы.
— Это было восхитительно! С тобой все в порядке? — Рон настороженно посмотрел на нее, — Гермиона, в чем дело? Что не так?
Гермиона не заметила, что из глаз потекли слезы, она села, прислонившись к спинке кровати, лихорадочно натянула на себя шелковую ткань покрывала, еще толком не осознавая, что произошло. Рон посмотрел на кровавый след, оставшийся на том месте, где она лежала, и подсел ближе.
— Я сделал тебе очень больно? Гермиона, скажи что-нибудь, прошу! — он обхватил ладонями ее лицо. Гермиона закрыла глаза, она не могла смотреть на него и не могла ничего ответить, слезы тонкими струйками стекали по шее, они, казалось, лились из самого сердца. — Прости, надо было мне быть осторожней! Прости, я…
— Нет! Не извиняйся! — голос Гермионы прозвучал слишком громко и надрывно, — это я должна извиняться! — она соскочила с кровати, схватила белье и начала быстро одеваться. — Прости! Прости! — отчаянно, почти истерически закричала она.
— За что? — только и смог ответить Рон, в полном недоумении наблюдая, как Гермиона судорожно натягивает платье. — Гермиона! — Он встал и попытался обнять ее, но Гермиона отпрянула в сторону. — Что произошло? — Рон смутился своей наготы и, схватив с кровати боксеры, быстро натянул их.
— Прости, — упавшим голосом повторила Гермиона, наконец, справившись с платьем.
Она в отчаянии опустилась на диван и уронила голову на руки. Рон, сопя, поднял с пола свою футболку, которую хотел надеть, но потом видимо передумал и с раздражением бросил ее на кровать, как будто бы она была виновата в поведении Гермионы.
Страница 29 из 87
