Адский рай

— Ты считаешь, он её ещё любит?

— Возможно, — всхлипнула Гермиона. — Я уже не знаю, что и думать.

— Вы были с ним сегодня, да? У вас обоих такой сытый вид.

— Да. В хижине Хагрида.

— Вау! И как? Всё по-взрослому? — поинтересовалась Парвати.

— Угу.

— И после этого он пялится на Джинни? Я б его убила! Почему ты ничего не сделала?

— Я не могу. Это так странно. Если бы на его месте был Рон, я бы уже над трупом измывалась. Но с Гарри совсем другое дело. Никогда не знаю, что он предпримет в следующий момент, на кого обратит внимание. С ним будто на пороховой бочке. И в то же время он такой…

— Понятно. Ты безнадёжна, — махнула рукой Парвати.

— Это точно. Знаешь, мне сказали, что с Гарри меня ждут одни страдания. Может, так оно и есть? — Гермиона подняла глаза на Парвати в надежде на отрицательный ответ.

— Когда имеешь дело с таким как он, ни в чём нельзя быть уверенной. Это же альтруист чистой воды. Я думаю, что он просто пожалел Джинни. И станет жалеть каждую девчонку, попавшую в беду, пока ты будешь зеленеть от ревности.

— Ревность — это проявление эгоизма.

— Очень правильное проявление. Или ты считаешь, что, переспав с тобой, он может зариться на другую? — спросила Парвати.

— Я вообще не знаю, имею ли я право ограничивать его свободу.

— Не неси бред, Гермиона. Кем ты его возомнила? Да, он герой и он в чём-то лучше многих, но это не значит, что ему всё позволено. Не глупи, потребуй к себе уважения.

— Боюсь, если последую твоему совету, то потеряю его навсегда, — горько усмехнулась Гермиона.

— Тогда тот, кто сказал тебе про страдания, был прав.

— Нужно ли мне это? — задумалась Гермиона.

— Ничто не мешает тебе наслаждаться тем, что есть, и не строить далеко идущих планов. Люби своего Гарри, спи с ним, но не надейся на большее. Мне сейчас пришла в голову мысль, что Джинни с её хваткой могла бы держать Гарри в узде, причём, не гнушаясь ничем. А ты слишком порядочная для этого. Прости, но у тебя не получится.

Гермиона обречённо сникла. Может, Парвати права? Наслаждаться жизнью?

— Как думаешь, что они сейчас делают?

— Я схожу, посмотрю. Жди меня, — сказала Парвати и вышла.

Вернулась она с загадочным блеском в глазах.

— Ну? — с нетерпением спросила Гермиона.

— Джинни нет в гостиной. Зато там Гарри с Роном что-то горячо обсуждают. Хочешь послушать? — Парвати порылась в тумбочке и протянула Гермионе Удлинители ушей.

— Нет. Хотя да, очень, — загорелась Гермиона и встала.

У двери она оглянулась.

— Всё ещё считаешь меня чересчур порядочной?

— Ты растёшь на глазах, подруга, — улыбнулась Парвати.

Но план по подслушиванию чужих разговоров осуществить не удалось, потому что раздался стук в дверь. Это оказался Гарри, очевидно, с хорошими новостями, судя по сияющему виду. Пришлось спрятать Удлинители ушей за спину. Мельком глянув в зеркало, Гермиона заметила, как заалели её щёки. Гарри, похоже, не обратил внимания на её смущение, лишь спросил:

— Можно тебя?

— Да, конечно. Ты иди, я догоню.

Дождавшись, когда он выйдет, Гермиона с облегчением вздохнула, вернула Удлинители ушей Парвати и выскользнула вслед за Гарри, не скрывая радостной улыбки. Глядя ему в спину, когда они спускались по лестнице, она подумала, что готова летать от счастья.

Глава 24

Гарри увёл Гермиону в дальний угол гостиной и усадил на диванчик. Довольная улыбка на его лице слегка настораживала, учитывая, что накануне он оставался наедине с Роном. Гермиона не решалась его торопить, просто любовалась ласковым сиянием зелёных глаз.

— Мы с Роном обо всём поговорили, — наконец сказал он.

— В каком смысле: «обо всём»?

— Обо всём, — повторил он, успокаивающе махнув рукой, как будто это могло стать веским аргументом. — И теперь всё будет хорошо.

— Ну, раз ты обещаешь, — пожала плечами Гермиона. — Хотя хотелось бы подробностей.

— В общем, он в курсе манипуляций Джинни и Молли и осуждает их за это.

— Ты уверен?

— Да, — твёрдо сказал Гарри.

— И что он предпримет?

— А что тут сделаешь? Они его родня. Главное, он не на их стороне.

— Ты сказал ему о нас?

— Да. — Гарри серьёзно посмотрел на неё.

— И как он отреагировал?

— Нормально. Можешь не беспокоиться.

— Я и не беспокоюсь. Если ты, конечно, правильно его понял, — Гермиона внимательно взглянула на него, оценивая реакцию на последнюю фразу.

Гарри был невозмутим. Неужели Рон действительно так легко сдался? Не верится. Может, он что-то задумал, или просто не сомневается, что Гермиона всё равно к нему вернётся? Молли ведь говорила, что чары Иглы невозможно преодолеть.

Её подмывало спросить о Джинни, но тут Гарри склонился для поцелуя. Впервые за всё это время он сделал это прилюдно. И хоть в гостиной было не так много народу, Гермиона кожей ощутила, как все смотрят на них. Однако она обо всём забыла, оказавшись в тёплых объятиях. Кажется, кто-то из гриффиндорцев многозначительно кашлянул, потом наступила напряжённая тишина. Когда их губы разъединились, Гермиона смущённо огляделась. Никто не проявлял видимого интереса.