Фандом: Гарри Поттер. После победы над Волдемортом в Хогвартсе организован дополнительный курс для тех, кто не смог окончить школу в позапрошлом, 1998, учебном году. Гарри, Гермиона, Рон и многие другие вновь возвращаются к учёбе. Казалось бы, всё должно быть хорошо — враги повержены, наступила новая мирная жизнь. Однако героев ждут испытания иного рода. На этот раз проверке подвергнутся незыблемая дружба и взаимная любовь.
317 мин, 21 сек 23394
— Я всё устроил. Завтрашнюю ночь проведём в Выручай-комнате, — сообщил Гарри, вопросительно глядя на неё.
Гарри приглашает провести вместе ночь. Наверняка она будет незабываемой. А что потом?
Потом… Когда всё успело так усложниться? Ещё вчера она бы рыдала от счастья, предложи он ей такое, а сегодня вдруг мучается сомнениями. Может, не стоит накручивать? Она девушка современных воззрений и понимает, что от Гарри не стоит требовать ничего взамен. Можно позволить себе насладиться этой отчаянной страстью и не ждать ответных чувств. Ведь, как бы то ни было, Гарри не признался ей в любви, да и странно было бы надеяться после услышанного от него сегодня. Жизнь научила Гарри быть осторожным в привязанностях, ведь он стольких потерял на своём пути.
— Хорошо, — просто ответила она, и Гарри снова её поцеловал, да так, что захолонуло сердце.
Она всё же сходит по нему с ума.
И ещё ей обидно за себя. У глупости много ипостасей, одна из них — одержимость другим человеком. Она сегодня дважды отдалась Гарри, целовалась с ним на глазах у всех, но не услышала ни слова любви.
Хотя, возможно, услышит их позже.
Гарри проводил её до спальни, перед дверью прижал к себе и снова поцеловал так страстно, что она готова была затащить его к себе в спальню и, наплевав на приличия, заняться любовью.
Ночью она размышляла о том, что в любви один всегда любит больше. По всей видимости, этот один — она сама.
Гермиона открыла «Эпос» и прочла о дальнейшей судьбе Альфреда и Гвендолен. Они прожили вместе десять месяцев, ровно до того момента, пока Моргана не похитила их новорождённую дочь. Альфред отправился на поиски ребёнка и попал на остров Авалон, под власть Морганы. С тех пор про него никто ничего не слышал. Гвендолен умерла в страданиях и одиночестве, оплакивая свою несчастную судьбу.
У Гермионы перехватило дыхание. Бедняжка Гвендолен, за что ей всё это? Альфред либо снова попал под чары Иглы, либо в эпосе прозвучала метафора: он погиб в дороге и, как все благородные рыцари, после смерти попал на остров спокойствия.
В любом случае, судьба Гвендолен, бросившей вызов самой Моргане, незавидна.
Утром Гермиона столкнулась в коридоре с Гарри, который о чём-то мирно беседовал с Джинни.
Что происходит? Гарри увидел её и, кивнув на прощание Джинни, с улыбкой подошёл. Хотелось засыпать его вопросами, но Гермиона сдержалась: глупо демонстрировать ревность, да и неприятно. Хотя Рона она бы прибила на месте, посмей он так разговаривать с бывшей в присутствии Гермионы. Зыбкое ощущение, что почва уходит из-под ног, не покидало, пока они шли на завтрак.
— О чём ты разговаривал с Джинни? — не удержалась Гермиона, когда они сели рядышком на скамью.
— О квиддиче, — ответил Гарри и успокаивающе посмотрел на неё.
О квиддиче. Всё понятно: тренировки никто отменять не станет, Джинни снова будет крутиться рядом с Гарри, а Гермиона — страдать от неизвестности.
Ну вот, эти двое уже многозначительно переглядываются, словно их связывает общая тайна. Как же это невыносимо!
На занятиях по Продвинутым заклинаниям Гарри вдруг поднял руку.
— Слушаю, мистер Поттер, — доброжелательно сказал Флитвик.
— Профессор, я ужасно себя чувствую. Позвольте мне пойти в больничное крыло.
— Гарри, что случилось? — удивилась Гермиона.
— По-моему, бекон сегодня был несвежий, — ответил Гарри и схватился за живот.
— Конечно, идите.
— Профессор, позвольте Гермионе проводить меня, а то, боюсь, я один не дойду.
— Мисс Грейнджер, проводите Поттера и возвращайтесь.
Гермиона, вне себя от тревоги, отправилась вслед за Гарри. Покинув класс, Гарри вдруг взял её за руку и потянул за собой.
— Гарри, что происходит? — удивлённо произнесла она. — Куда ты меня тащишь? Больничное крыло в другой стороне.
— Нам оно не нужно, — ответил он с загадочным блеском в глазах.
— А зачем тогда… Что ты задумал?
Они вдруг оказались у входа в пустой класс. Гарри увлёк Гермиону внутрь и запер дверь.
— Может, объяснишь, наконец?! — Гермиона готова была разозлиться, но при взгляде на его лицо передумала.
Гарри задорно и по-мальчишески улыбался. Потом притянул Гермиону к себе.
— Я не могу ждать до вечера. Я хочу тебя сейчас.
— И ради этого… Ты спятил?! — возмутилась Гермиона.
— Есть немного. Иди сюда.
Он усадил Гермиону на стол и придвинулся вплотную, раздвинув ей ноги. Гарри точно сошёл с ума! Отпрашиваться с занятий, чтобы заняться любовью в пустом классе! А если их заметят?!
Гермиона попробовала воззвать к его благоразумию, но он так жарко и нежно поцеловал её, что все доводы улетучились.
Господи, какое бесстыдство… Какое сладкое и блаженное бесстыдство. Гарри доведёт её до безумия. Уже довёл… Гермионе и в голову не приходило, что она способна на такое телесное бесчинство. Вцепившись в Гарри, как одержимая, она уже не отпускала его во время охватившей их внезапной горячечной вспышки страсти; до тех пор, пока они, утомлённые и пресыщенные, не оторвались друг от друга.
Гарри приглашает провести вместе ночь. Наверняка она будет незабываемой. А что потом?
Потом… Когда всё успело так усложниться? Ещё вчера она бы рыдала от счастья, предложи он ей такое, а сегодня вдруг мучается сомнениями. Может, не стоит накручивать? Она девушка современных воззрений и понимает, что от Гарри не стоит требовать ничего взамен. Можно позволить себе насладиться этой отчаянной страстью и не ждать ответных чувств. Ведь, как бы то ни было, Гарри не признался ей в любви, да и странно было бы надеяться после услышанного от него сегодня. Жизнь научила Гарри быть осторожным в привязанностях, ведь он стольких потерял на своём пути.
— Хорошо, — просто ответила она, и Гарри снова её поцеловал, да так, что захолонуло сердце.
Она всё же сходит по нему с ума.
И ещё ей обидно за себя. У глупости много ипостасей, одна из них — одержимость другим человеком. Она сегодня дважды отдалась Гарри, целовалась с ним на глазах у всех, но не услышала ни слова любви.
Хотя, возможно, услышит их позже.
Гарри проводил её до спальни, перед дверью прижал к себе и снова поцеловал так страстно, что она готова была затащить его к себе в спальню и, наплевав на приличия, заняться любовью.
Ночью она размышляла о том, что в любви один всегда любит больше. По всей видимости, этот один — она сама.
Гермиона открыла «Эпос» и прочла о дальнейшей судьбе Альфреда и Гвендолен. Они прожили вместе десять месяцев, ровно до того момента, пока Моргана не похитила их новорождённую дочь. Альфред отправился на поиски ребёнка и попал на остров Авалон, под власть Морганы. С тех пор про него никто ничего не слышал. Гвендолен умерла в страданиях и одиночестве, оплакивая свою несчастную судьбу.
У Гермионы перехватило дыхание. Бедняжка Гвендолен, за что ей всё это? Альфред либо снова попал под чары Иглы, либо в эпосе прозвучала метафора: он погиб в дороге и, как все благородные рыцари, после смерти попал на остров спокойствия.
В любом случае, судьба Гвендолен, бросившей вызов самой Моргане, незавидна.
Утром Гермиона столкнулась в коридоре с Гарри, который о чём-то мирно беседовал с Джинни.
Что происходит? Гарри увидел её и, кивнув на прощание Джинни, с улыбкой подошёл. Хотелось засыпать его вопросами, но Гермиона сдержалась: глупо демонстрировать ревность, да и неприятно. Хотя Рона она бы прибила на месте, посмей он так разговаривать с бывшей в присутствии Гермионы. Зыбкое ощущение, что почва уходит из-под ног, не покидало, пока они шли на завтрак.
— О чём ты разговаривал с Джинни? — не удержалась Гермиона, когда они сели рядышком на скамью.
— О квиддиче, — ответил Гарри и успокаивающе посмотрел на неё.
О квиддиче. Всё понятно: тренировки никто отменять не станет, Джинни снова будет крутиться рядом с Гарри, а Гермиона — страдать от неизвестности.
Ну вот, эти двое уже многозначительно переглядываются, словно их связывает общая тайна. Как же это невыносимо!
На занятиях по Продвинутым заклинаниям Гарри вдруг поднял руку.
— Слушаю, мистер Поттер, — доброжелательно сказал Флитвик.
— Профессор, я ужасно себя чувствую. Позвольте мне пойти в больничное крыло.
— Гарри, что случилось? — удивилась Гермиона.
— По-моему, бекон сегодня был несвежий, — ответил Гарри и схватился за живот.
— Конечно, идите.
— Профессор, позвольте Гермионе проводить меня, а то, боюсь, я один не дойду.
— Мисс Грейнджер, проводите Поттера и возвращайтесь.
Гермиона, вне себя от тревоги, отправилась вслед за Гарри. Покинув класс, Гарри вдруг взял её за руку и потянул за собой.
— Гарри, что происходит? — удивлённо произнесла она. — Куда ты меня тащишь? Больничное крыло в другой стороне.
— Нам оно не нужно, — ответил он с загадочным блеском в глазах.
— А зачем тогда… Что ты задумал?
Они вдруг оказались у входа в пустой класс. Гарри увлёк Гермиону внутрь и запер дверь.
— Может, объяснишь, наконец?! — Гермиона готова была разозлиться, но при взгляде на его лицо передумала.
Гарри задорно и по-мальчишески улыбался. Потом притянул Гермиону к себе.
— Я не могу ждать до вечера. Я хочу тебя сейчас.
— И ради этого… Ты спятил?! — возмутилась Гермиона.
— Есть немного. Иди сюда.
Он усадил Гермиону на стол и придвинулся вплотную, раздвинув ей ноги. Гарри точно сошёл с ума! Отпрашиваться с занятий, чтобы заняться любовью в пустом классе! А если их заметят?!
Гермиона попробовала воззвать к его благоразумию, но он так жарко и нежно поцеловал её, что все доводы улетучились.
Господи, какое бесстыдство… Какое сладкое и блаженное бесстыдство. Гарри доведёт её до безумия. Уже довёл… Гермионе и в голову не приходило, что она способна на такое телесное бесчинство. Вцепившись в Гарри, как одержимая, она уже не отпускала его во время охватившей их внезапной горячечной вспышки страсти; до тех пор, пока они, утомлённые и пресыщенные, не оторвались друг от друга.
Страница 82 из 87
