Aeternitas. Безумец

Кио медленно открыл глаза и безучастно обвел взглядом комнату, чисто механически фиксируя все более менее важное.

Повернув голову в бок, он увидел ее. Рыжеволосая женщина с пронзительно яркими голубыми глазами.

С трудом переведя дыхание, он спросил:

— Зачем?

Она мягко улыбнулась и поправила одеяло у его ног, а потом присела на край больничной койки.

— Ты нам нужен, Кио.

— Хех. Зачем Эатере мертвецы? — ему хватило сил изобразить насмешливую заинтересованность.

— Ты неверно оцениваешь ситуацию, — медленно и чуть напряженно ответила Алура, — Задание ты выполнил отлично. Более того, все твои действия от начала и до конца были единственно верными. И самое главное… ты не сдался.

— Хахаха! Вот значит как… вместо трепетно мною ожидаемой казни, я получил сомнительное на первый взгляд помилование. Интересно, это парадоксальная реальность или же я окончательно сошел с ума?! — в его голосе проскальзывали нервно-истерические нотки.

— Я всегда знала, что ты безумен, Зверь, — насмешливо и едко парировала наставница.

— Да и именно это делает меня настолько ценным для Эатеры, — с холодной, хищной усмешкой произнес тот, — Пока я безумен, мои действия почти невозможно просчитать. Безумие дает мне больше шансов на победу и выживание. А жесткий контроль над ним позволяет не стать дичью для своих же.

— Безумен, чертовски умен и едок, как и прежде, — удовлетворенно констатировала собеседница.

— Таким меня сделали вы, — резко процедил тот.

— К вашему тайному сожалению получилось не совсем то, что вы хотели, но все же! Я у вас единственный и неповторимый. Разве что Наар был лучше меня.

При упоминании последнего в темно-серых глазах Кио вспыхнуло и погасло нечто такое, заставившее Алуру почувствовать сиюминутный приступ паники и ужаса, однако она быстро взяла себя в руки.

— Ладно, на сегодня хватит разговоров. На вот, выпей, — она подала ему с прикроватной тумбы мензурку с лекарством.

— Снотворное и обезболивающее, — после принюхивания и распробования, вынес вердикт Кио и только после выпил.

Рыжеволосая женщина недовольно покачала головой. Ну, вот скажите, как можно быть настолько мнительным… хотя, с его-то судьбой, это вполне оправдано.

— До свидания, Валькирия, — произнес бледный, отощавший за время заключения, мужчина.

— Спокойной ночи, Дитрих, — с грустной улыбкой прошептала она, ласково, почти родительски, проведя рукой по спутанным темно-русым волосам уснувшего.

Да, она знала его имя и скорее всего, она последний человек, имеющий хоть какое-то отношение к прошлому агента Анастере. Правда, сам Дитрих, точнее Кио, об этом никогда не узнает. Ни к чему ему это знание. Слишком много всего в нем… горького.