Июль 1924 г. был для жителей города Нью-Йорка очень тяжелым. Люди страдали от зноя и безветрия. Восьмилетний Фресис Макдоннел, живший в тихом районе Чарлтон Вудс на Стейтон-Айсленде, не был исключением.
49 мин, 39 сек 10592
Адвокат, правда, не объяснил каким образом в состоянии тяжелого, хронически протекавшего, свинцового отравления Фиш умудрялся различать своих и чужих детей и убивая одних, никогда не повышал голоса на других… В качестве несомненного признака невменяемости Фиша его адвокат указал на неоднократные случаи каннибализма, признанные обвиняемым. Элберт Галлахер свел на «нет» ход адвоката ответным заявлением, что никаких объективных свидетельств каннибализма не существует и потому Фиша в этом никто не обвиняет. В общем, тезис Демпси как бы повис в воздухе, так и не достигнув цели.
Важнейшими свидетелями обвинения стали родители погибшей Грейс Будд.
Во время перекрестного допроса отец расплакался-это была воистину душераздирающая сцена!
Во время дачи показаний Уильямом Кингом-подлинным героем этого процесса-произошел интересный инциндент. Во время перекрестного допроса детектива адвокат Демпси сильно напирал на то, что Кинг продолжал интересоваться обстоятельствами «дела Буддов» даже после прекращения активных розысков Грейс. Адвокат подводил к тому, что эта неукротимость Кинга и его стремление расследовать преступление вызваны пороками личности полицейского: бескомпромиссностью и жестокостью. Адвокат явно провоцировал Кинга на необдуманный ответный выпад и почти оскорблял полицейского. После окончания тяжелого для Кинга допроса, обвинитель Галлахер попросил внести в зал суда один из вещдоков-коробку с останками Грейс Будд. Открыв коробку, помощник атторнея вынул из нее небольших размеров черп девочки и, держа его в руках, подошел к столу адвоката. Поставив череп перед обомлевшими Демпси и Фишем, обвинитель в полной тишине произнес: «Как Вы полагаете, человек, совершивший такое, заслуживает ненависти?!» Одной этой фразой обвинитель уничтожил плоды получасового допроса адвоката и реабилитировал детектива в мнении присяжных заседателей.
Сам Фиш сидел в зале суда совершенно индифферентно. Если что-то он и говорил, то получалось это крайне неудачно для него самого. Однажды, адвокат, развивая мысль о необходимости сохранения жизни Фишу и направлении его на лечение, обратился к обвиняемому с вопросом: что тот думает о собственном будущем? Фиш встрепенулся и брякнул: «Бог все еще имеет для меня работу, которую надо делать!» Нетрудно представить, какое впечатление произвела эта фраза на присутствовавших в зале. Это был именно тот случай, когда жевать действительно лучше, чем говорить!
Чтобы усилить впечатление полной невменяемости своего подзащитного, Демпси пошел даже на то, что затеял обсуждение его бранных писем. В качестве свидетеля защиты в суд была приглашена женщина, подвергшаяся преследованиям Алберта Фиша и получавшая от него письма скабрезного содержания. Фамилия этой женщины официально оглашена не была и в протокол заседания не попала (сделано это было для того, чтобы избежать ее компрометации). Свои показания женщина давала при закрытых дверях; также публика была удалена при зачитывании писем Алберта Фиша.
Адвокат вызвал в суд психиатра Чарлза Ламберта, который до суда имел возможность на протяжении трех часов беседовать с Албертом Фишем. Ламберт заявил, что считает обвиняемого «психопатической личностью без психоза».
Суд над Албертом Фишем длился 10 дней. Жюри совещалось менее часа и признало подсудимого ответственным за убийство Грейс Будд. Судья приговорил его к смертной казни на электрическом стуле. Фиш поднялся со своего места и гаркнул: «Благодарю!» Выходка эта опять вышла как-то невпопад.
Когда Фиша выводили из зала заседаний, репортер газеты «Daily news» крикнул ему поверх голов:«что вы думаете о приговоре?» Фиш не задумываясь ответил:«Я недоволен приговором, но смерть на электрическом стуле кажется мне привлекательной».
Казнь преступника состоялась рано утром 16 января 1936 г.
Важнейшими свидетелями обвинения стали родители погибшей Грейс Будд.
Во время перекрестного допроса отец расплакался-это была воистину душераздирающая сцена!
Во время дачи показаний Уильямом Кингом-подлинным героем этого процесса-произошел интересный инциндент. Во время перекрестного допроса детектива адвокат Демпси сильно напирал на то, что Кинг продолжал интересоваться обстоятельствами «дела Буддов» даже после прекращения активных розысков Грейс. Адвокат подводил к тому, что эта неукротимость Кинга и его стремление расследовать преступление вызваны пороками личности полицейского: бескомпромиссностью и жестокостью. Адвокат явно провоцировал Кинга на необдуманный ответный выпад и почти оскорблял полицейского. После окончания тяжелого для Кинга допроса, обвинитель Галлахер попросил внести в зал суда один из вещдоков-коробку с останками Грейс Будд. Открыв коробку, помощник атторнея вынул из нее небольших размеров черп девочки и, держа его в руках, подошел к столу адвоката. Поставив череп перед обомлевшими Демпси и Фишем, обвинитель в полной тишине произнес: «Как Вы полагаете, человек, совершивший такое, заслуживает ненависти?!» Одной этой фразой обвинитель уничтожил плоды получасового допроса адвоката и реабилитировал детектива в мнении присяжных заседателей.
Сам Фиш сидел в зале суда совершенно индифферентно. Если что-то он и говорил, то получалось это крайне неудачно для него самого. Однажды, адвокат, развивая мысль о необходимости сохранения жизни Фишу и направлении его на лечение, обратился к обвиняемому с вопросом: что тот думает о собственном будущем? Фиш встрепенулся и брякнул: «Бог все еще имеет для меня работу, которую надо делать!» Нетрудно представить, какое впечатление произвела эта фраза на присутствовавших в зале. Это был именно тот случай, когда жевать действительно лучше, чем говорить!
Чтобы усилить впечатление полной невменяемости своего подзащитного, Демпси пошел даже на то, что затеял обсуждение его бранных писем. В качестве свидетеля защиты в суд была приглашена женщина, подвергшаяся преследованиям Алберта Фиша и получавшая от него письма скабрезного содержания. Фамилия этой женщины официально оглашена не была и в протокол заседания не попала (сделано это было для того, чтобы избежать ее компрометации). Свои показания женщина давала при закрытых дверях; также публика была удалена при зачитывании писем Алберта Фиша.
Адвокат вызвал в суд психиатра Чарлза Ламберта, который до суда имел возможность на протяжении трех часов беседовать с Албертом Фишем. Ламберт заявил, что считает обвиняемого «психопатической личностью без психоза».
Суд над Албертом Фишем длился 10 дней. Жюри совещалось менее часа и признало подсудимого ответственным за убийство Грейс Будд. Судья приговорил его к смертной казни на электрическом стуле. Фиш поднялся со своего места и гаркнул: «Благодарю!» Выходка эта опять вышла как-то невпопад.
Когда Фиша выводили из зала заседаний, репортер газеты «Daily news» крикнул ему поверх голов:«что вы думаете о приговоре?» Фиш не задумываясь ответил:«Я недоволен приговором, но смерть на электрическом стуле кажется мне привлекательной».
Казнь преступника состоялась рано утром 16 января 1936 г.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Страница 15 из 15
