Алхимик

С помощью чудодейственного порошка, невнятного бормотания и театральных жестов он действительно совершил трансмутацию, что и было подтверждено королевским ювелиром. Удался алхимику и другой трюк — он успешно превратил в золото обыкновенное олово. И в этом случае из благородного металла были отчеканены монеты, на оборотной стороне которых имелась дата их выпуска — 1675 год и надпись: «Я превращен из олова в золото могуществом порошка Венцеля Зейлера». За эти заслуги удачливому алхимику было присвоено звание королевского придворного химикуса, а через год его произвели в рыцари и назначили, очевидно, с большой надеждой на дальнейший рост казны, обермейстером монетного двора Богемии. Однако далеко не всегда деяния алхимиков заканчивались благополучно. Скорее, наоборот.

Как правило, судьбы «умельцев» трагичны. В X веке на Востоке было широко известно имя ученого и алхимика, творца трактата«Книга тайны тайн», ученого ар-Рази. (В ней приводились считавшиеся тогда страшной тайной, а сейчас известные любому школьнику химические реакции.) Демонстрация превращения серебра в золото кончилась плачевно — драгоценный металл не получился. Разгневанный владыка, совершенно не слушая доводов алхимика, что в опыте произошла какая-то ошибка и он может повторить его, с ругательствами направился к дверям. Это послужило охране сигналом к расправе. Ослепший от побоев ученый кончил свои дни в нищете и забвении. Как правило, алхимиков, уличенных в обмане, казнили как фальшивомонетчиков. Причем казнь производили пышно, на позолоченной виселице, а обреченных облачали в особые, усыпанные блестками балахоны. В назидание другим в 1590 году в Мюнхене был повешен алхимик Брагадино, получивший до этого большие суммы денег за свою мнимую тайну Философского Камня от венецианского дожа и других великих мира сего. Для поднятия своего авторитета он хвастал, что сатана его раб, а две сопровождавшие его повсюду собаки — демоны. Когда его неспособность изготавливать золото стала очевидной, его казнили, а собак под виселицей застрелили. Через семь лет та же участь постигла Георга Гонауэра в Вюртемберге, Кронеманна — в Пруссии, Келттенберга — в Польше и т. д. и т. п. Если же алхимик не был уличен в обмане, его ожидала другая перспектива — заточение в тюрьму за отказ раскрыть тайну Философского Камня. В 1483 году в застенке скончался Луис фон Неус. За такое же преступление в железной клетке была по приказу герцога Люксембургского заживо сожжена женщина-алхимик Мария Зиглерия. Этот список можно продолжать и продолжать. Желающих нагреть руки на простаках, жаждущих быстрого обогащения, было немало. И это неудивительно — любое дело, сулящее выгоду, обрастает массой шарлатанов. В то время как ученые, влекомые жаждой познания, проводили дни и ночи у печей, изучая химические реакции, другие не менее настойчиво искали окольных и не всегда честных путей к успеху.

Европу наводнила толпа мошенников, на удочку которых попадались не только простофили, но даже образованные вельможи и короли. Частенько золото алхимиков оказывалось обманом — латунью, томпаком или бронзой, хотя еще Аристотель писал, что из меди, при нагревании ее с цинком или оловом, образуются золотисто-желтые сплавы. «Не все то золото, что блестит». Были умельцы, которые получали «серебро», добавляя к медному расплаву мышьяк. Главное, чтобы неблагородный металл приобрел желаемую окраску. В других случаях требовалась только ловкость фокусника, чтобы для цвета неза-метно подбросить в расплав кусочек золота. Как именно осуществить это — зависело от фантазии умельца. Некоторые «мастера золотой кухни» предпочитали пользоваться для перемешивания расплава полой палочкой, внутри которой прятали несколько кусочков золота, заклеивая их воском. Если палочка была деревянная, то нижняя, полая ее часть полностью сгорала в расплаве. Таким изящным способом и само вещественное доказательство уничтожалось раньше, чем у кого-нибудь могло возникнуть желание рассмотреть«волшебную палочку» поближе. В своих экспериментах«золотых дел мастера» обнаруживали необычайную изворотливость.