Иногда, ночные грезы могут показывать большее, чем просто сон. Напоминать о том, что вы могли забыть, или о том, что должны узнать. Именно в такую ситуацию попадает Джеффри Вудс, более известный среди людей как «Усыпляющий Маньяк». Безумие, идти искать ту, которой возможно просто нет. Но встреча с неким наставником придает лишь больше уверенности пойти на риск. А еще, настало время раз и навсегда избавиться от лишнего «мусора».
— А тебя хорошо здесь устроили, — все же нарушил долгую тишину убийца. — Ты должна быть признательна, это одна из немногих лучших комнат. Даже косметикой обеспечили, не говоря уже о средствах личной гигиены.
Девушка не ответила. Она продолжала изучать взглядом Вудса, и осознавать то, что он настоящий, было страшно. В Стране Чудес он не мог причинить ей вреда, но теперь он стоял перед ней, реальный. И что он может натворить, было известно лишь ему самому.
— У тебя что, нет никаких вопросов? — склонив голову набок, спросил Джефф. Ее молчание уже начинало раздражать его.
— Есть, и много, — ответила девушка. — Но я сомневаюсь, что ты мне все расскажешь.
— Но ты же еще даже не попробовала?
— Хорошо, — она скрестила руки на груди. — Что это за место?
— Смотря, в каком смысле ты спрашиваешь. Тебя интересует конкретно вот это место или, в общем?
Ответом послужил разгневанный взгляд Алисы. От этого Джефф продемонстрировал на губах невинную улыбку.
— Ты находишься в убежище моего наставника Джокера. А подобные места зовутся домами или зданиями, только они не такие, какие ты привыкла видеть в своем собственном столетии. Сейчас ты в двадцать первом веке в две тысячи пятнадцатом году. Для тебя это все темный лес, но ты быстро освоишься.
— Две тысячи пятнадцатый… Нет! — девушка начинала нервничать и повышать голос. — Зачем ты вообще притащил меня сюда? Меня не должно тут быть! Ты просто нагло вмешался в мою судьбу!
— Какая еще к черту судьба? Я тебя от тюрьмы спас, между прочим! — тоже начинал злиться Джефф, делая шаг в сторону Лидделл. — Тебя здесь никто не знает, и до тех пор ты остаешься в безопасности, если только сама не начнешь убивать людей. Вот тогда-то уже и возникнут трудности.
— Убивать людей? Что ты несешь? Я толкнула под поезд того уебка потому что он уничтожил мою семью! — на повышенном тоне говорила девушка, сжав руки в кулаки. — Я не собираюсь убивать кого-либо еще!
— Ты так в этом уверена? — парень усмехнулся.
Алиса не ответила и начала отступать назад. Ей не нравилось, что между ней и убийцей постепенно пропадало расстояние из-за каждого его шага. А его уродливое побледневшее и покрытое ожогами лицо наводило на девушку ужас. Этот пристальный не моргающий взгляд смотрел будто сквозь нее, а вырезанная улыбка становилась более пугающей после того как парень начинал усмехаться.
— Итак, есть ли у тебя еще какие-нибудь вопросы? — спросил Джефф.
— Есть… — девушка нервно сглотнула. — Я хочу знать, что случилось с твоим лицом, и почему ты стал убийцей.
«— Догадливая стерва», — подумал про себя парень. Он не помнил, чтобы признавался ей в своей истинной сущности. В прочем, по его виду и поведении в сновидениях девушки это итак было ясно.
— Какое тебе дело до того, что со мной произошло?
Вудс продолжал приближаться, он больше не ухмылялся. Парня радовало, что Алиса до сих пор не достала нож, а это означало только одно: его конфисковали.
— А какое собственно тогда тебе было дело до случившегося со мной? — Алиса почувствовала, что наткнулась на тупик.
Отступать теперь было некуда, что давало убийце преимущество. Не теряя ни секунды, он сорвался с места и мгновенно прижал ее к стене. Его взгляд был голодным и безумным, губы вновь расплылись в зловещей ухмылке.
— Мое лицо стало таким в результате драки с тремя ебучими уродами, которые почти сразу же сдохли, — голос Джеффа немного изменился, став еще более грубым и хриплым. — Один из них успел поджечь меня, из-за этого мое лицо стало таким, а волосы выгорели и потемнели. Я хотел все время смотреть на свое новое лицо, поэтому сам себе и прижег веки, а улыбку вырезал, потому что больше не мог улыбаться мамочке.
Все это время пока Вудс объяснял то, что с ним произошло, жестами одной руки он показывал на признаки своего уродства, второй же продолжал не давать прохода девушке.
— Но мамочке не понравилось мое лицо и она пошла к папочке с просьбой, чтобы он застрелил меня. Я обиделся и выпотрошил их обоих.
Он издал истерический смешок и плотнее прижал Алису к стене. Лицо девушки выражало страх и непонимание, ее сердце начало учащенно биться, и убийца чувствовал это.
— А потом я уложил спать и своего старшего брата, потому что ему тоже не понравилось мое новое лицо, — он рассмеялся.
И в этом смехе чувствовалась радость, зловещая радость. За окном сверкнула молния и дождь сильнее затарабанил по стеклу.
— Отпусти меня, чертов психопат!
Лидделл предприняла попытку оттолкнуть парня от себя, но тот лишь плотнее прижался к ней своим телом, а затем она почувствовала ледяное лезвие ножа на своей шее.