Фандом: Гарри Поттер. У нас с Северусом есть тайны друг от друга. И иногда они тяготят меня.
67 мин, 45 сек 8408
Лишь после этого я вновь склонился к его паху и взял в рот эрегированный член так глубоко, как только мог. Северус вскрикнул, дернулся, но рук так и не опустил. Вероятно, ему все же хотелось иногда расслабиться и перестать все и всегда контролировать. За прошедшие несколько недель мой «профессор сексологии» обучил меня кое-чему. Видимо, к этой науке я оказался куда более восприимчивым, чем к окклюменции или зельеварению. Я облизывал его член, посасывал, дразнил языком уретру. В то время как он сам был лишен возможности коснуться меня, мои руки гладили его промежность, нежили поджимавшиеся от удовольствия яички. Забираясь под рубашку, пощипывали соски. Северус стонал и толкался бедрами мне навстречу. По его прерывистому дыханию я понимал, что он вот-вот кончит… Как бы не так! Не позволив ему достигнуть разрядки, я отстранился, пережав его член у основания.
— Не так быстро, — промурлыкал я, словно заправский книззл, не обращая внимания на его абсолютно обалдевший от такой неслыханной наглости вид. Затем наложил на себя Очищающее, моментально стянул пижамные штаны, поудобнее устроился на диване, разведя ноги как можно шире, и принялся бесстыдно растягивать себя у него на глазах. Сначала одним, затем двумя, а скоро уже — и тремя пальцами. Главное в этом занятии было — не кончить самому раньше времени. Потому что злобной сволочью я никогда не являлся, а Северус, глядя на мое умопомрачительное шоу, уже едва не выл от возбуждения. И все еще покорно держал связанные руки за головой. Подобное послушание требовало поощрения.
— Гарри! — в голосе Северуса явственно послышалась мольба. Он ерзал на диване, не отводя от меня глаз и явно сгорая от желания.
— Ты будешь еще вмешивать журналистов в нашу интимную жизнь? — полушутя-полусерьезно спросил я, не прекращая своих совершенно развратных движений и сопровождая собственные слова глухими стонами удовольствия.
— Нет… пожалуйста.
Разумеется, я не мог дольше мучить его.
— Ладно, на первый раз — прощается, — с неприличным хлюпаньем я вытащил пальцы из растянутого ануса, расположился у него на коленях и направил его член прямо в себя. Я все-таки немного переоценил свои силы и возможности. Чувство крышесносной заполненности заставило меня на миг зажмуриться. Мне показалось, что я сейчас кончу. Или умру. Или и то и другое вместе.
— А-а-а! — крик Северуса донесся до меня словно сквозь слой плотной ваты. Он нетерпеливо двинул бедрами, и меня сорвало в дикую, необузданную скачку. Его член то практически полностью выскальзывал из меня, то входил до самого основания, задевая простату. Абсолютно не контролируя себя, я то ли расстегнул, то ли оторвал с мясом пуговицы на его рубашке. Я целовал Снейпа. Кажется, не слишком нежно, иногда — почти кусаясь. Его запах возбуждал и опьянял меня, а собственное тело вдруг стало таким легким, что я, наверное, мог бы сейчас взлететь. Наконец он закрыл глаза и прерывисто задышал. Я приник к его губам, впитывая стоны, ощущая, как пульсирует во мне его член, и в ту же секунду и меня накрыло волной оргазма…
Главная сложность, с которой я столкнулся при подготовке к обряду бракосочетания, был поиск свидетелей. Кричер приволок нам с Северусом немыслимо древний фолиант, где черным по белому указывалось, что для церемонии закрепления магического союза в свидетели требуется брать непременно близких для будущих супругов людей. И если Северус тут же назвал таковыми обоих Малфоев, не обращая внимания на мою мгновенно скисшую физиономию, то сам я оказался в полном затруднении. После отвратительной сцены в Норе с Роном, Джинни, Молли и Артуром я, естественно, не общался. Билл, Перси и, к моему удивлению и безмерному разочарованию, безбашенный драконолог Чарли тоже приняли сторону младшей сестры. А после того как две совы, выбиваясь из сил, притащили увесистый мешок с галлеонами и уведомлением от Джорджа о разрыве моего формального партнерского договора с магазином «Всевозможные волшебные вредилки», я понял, что отношения с семейством Уизли испорчены навсегда.
Ни на что особенно не рассчитывая, я написал письмо Гермионе, в котором без лишних подробностей изложил суть своей просьбы: стать свидетелем у меня на свадьбе. Ответ пришел довольно быстро и был необычайно краток: «Сегодня в пять. У меня».
— Не так быстро, — промурлыкал я, словно заправский книззл, не обращая внимания на его абсолютно обалдевший от такой неслыханной наглости вид. Затем наложил на себя Очищающее, моментально стянул пижамные штаны, поудобнее устроился на диване, разведя ноги как можно шире, и принялся бесстыдно растягивать себя у него на глазах. Сначала одним, затем двумя, а скоро уже — и тремя пальцами. Главное в этом занятии было — не кончить самому раньше времени. Потому что злобной сволочью я никогда не являлся, а Северус, глядя на мое умопомрачительное шоу, уже едва не выл от возбуждения. И все еще покорно держал связанные руки за головой. Подобное послушание требовало поощрения.
— Гарри! — в голосе Северуса явственно послышалась мольба. Он ерзал на диване, не отводя от меня глаз и явно сгорая от желания.
— Ты будешь еще вмешивать журналистов в нашу интимную жизнь? — полушутя-полусерьезно спросил я, не прекращая своих совершенно развратных движений и сопровождая собственные слова глухими стонами удовольствия.
— Нет… пожалуйста.
Разумеется, я не мог дольше мучить его.
— Ладно, на первый раз — прощается, — с неприличным хлюпаньем я вытащил пальцы из растянутого ануса, расположился у него на коленях и направил его член прямо в себя. Я все-таки немного переоценил свои силы и возможности. Чувство крышесносной заполненности заставило меня на миг зажмуриться. Мне показалось, что я сейчас кончу. Или умру. Или и то и другое вместе.
— А-а-а! — крик Северуса донесся до меня словно сквозь слой плотной ваты. Он нетерпеливо двинул бедрами, и меня сорвало в дикую, необузданную скачку. Его член то практически полностью выскальзывал из меня, то входил до самого основания, задевая простату. Абсолютно не контролируя себя, я то ли расстегнул, то ли оторвал с мясом пуговицы на его рубашке. Я целовал Снейпа. Кажется, не слишком нежно, иногда — почти кусаясь. Его запах возбуждал и опьянял меня, а собственное тело вдруг стало таким легким, что я, наверное, мог бы сейчас взлететь. Наконец он закрыл глаза и прерывисто задышал. Я приник к его губам, впитывая стоны, ощущая, как пульсирует во мне его член, и в ту же секунду и меня накрыло волной оргазма…
Главная сложность, с которой я столкнулся при подготовке к обряду бракосочетания, был поиск свидетелей. Кричер приволок нам с Северусом немыслимо древний фолиант, где черным по белому указывалось, что для церемонии закрепления магического союза в свидетели требуется брать непременно близких для будущих супругов людей. И если Северус тут же назвал таковыми обоих Малфоев, не обращая внимания на мою мгновенно скисшую физиономию, то сам я оказался в полном затруднении. После отвратительной сцены в Норе с Роном, Джинни, Молли и Артуром я, естественно, не общался. Билл, Перси и, к моему удивлению и безмерному разочарованию, безбашенный драконолог Чарли тоже приняли сторону младшей сестры. А после того как две совы, выбиваясь из сил, притащили увесистый мешок с галлеонами и уведомлением от Джорджа о разрыве моего формального партнерского договора с магазином «Всевозможные волшебные вредилки», я понял, что отношения с семейством Уизли испорчены навсегда.
Ни на что особенно не рассчитывая, я написал письмо Гермионе, в котором без лишних подробностей изложил суть своей просьбы: стать свидетелем у меня на свадьбе. Ответ пришел довольно быстро и был необычайно краток: «Сегодня в пять. У меня».
Страница 10 из 19
