Амортенция для Героя

— Угу… — отозвался я, не отрывая от него взгляда и сгорая от острого, почти болезненного возбуждения. Вероятно, я ответил бы согласием, пожелай он сейчас забрать мою жизнь. Не знаю, как бы я чувствовал себя, если бы Амортенция действительно бурлила в моей крови, растекаясь по венам сладким ядом, но и без нее я был уже по уши влюблен в Северуса Снейпа. Как же мне не хотелось лгать ему! Каждый проведенный рядом с ним день я жаждал открыться ему, что моя страсть не вызвана искусственно. Что я люблю его без всяких зельедельческих ухищрений и вмешательства Магии, но это значило обнаружить свой обман. А так как я все еще имел дело с Северусом Снейпом, пусть и сильно изменившимся, я не решался пойти на это. Я опасался, что его немыслимая гордость и параноидальное стремление держать все под контролем заставят его бросить меня. Получался замкнутый круг, и выхода из него я не видел.

Вы спросите, когда «национальный Герой», победитель Волдеморта успел стать таким безвольным и малодушным размазней? А вам никогда не говорили, что герои могут быть мегакрутыми, если надо побороть вселенское зло, а вот в собственной личной жизни, когда рядом с тобой человек, в присутствии которого забываешь как дышать, вся твоя мегакрутизна летит в тартарары. Так что не судите меня строго! Мне в ту пору было всего девятнадцать лет, и я до смерти боялся потерять Северуса. Да кого я обманываю?! Я до сих пор боюсь его потерять!

Глава 4

Поначалу я не слишком поверил в серьезность намерений Снейпа вступить со мной в магический партнерский союз. В конце концов, чего не пообещаешь в порыве страсти! Но все изменилось, когда в «Ежедневном пророке» с завидным постоянством замелькали наши с ним колдографии под тошнотворно-романтическими заголовками. Создавалось впечатление, что кто-то умышленно готовит общественное мнение к нашему бракосочетанию, которое, кстати, было назначено через месяц. Меня подобная популярность раздражала и расстраивала, а Северус… он относился к творящейся вокруг журналистской вакханалии с подозрительным спокойствием. Не плевался ядом, не угрожал заавадить или отравить пронырливых корреспондентов. Казалось, он задумал какую-то хитроумную, понятную исключительно ему одному аферу, и это доставляло ему удовольствие. Я до поры до времени делал вид, что все происходящее — немного неприятное, но, увы, неизбежное явление, все-таки мы с Северусом были не последними людьми в волшебном мире. Но однажды и у меня лопнуло терпение. Нас со Снейпом подловили выходящими из ювелирной лавки, где мы покупали обручальные кольца для предстоящей церемонии, а «Пророк» по такому случаю разродился душещипательной статьей.«Два одиноких сердца будут биться в унисон», — гласила надпись над колдофото.

— Признайся, ты специально затеял эту кампанию в прессе? — укоризненно спросил я у Снейпа.

— Ну ты же не хочешь, чтобы меня линчевали за совращение спасителя магической Британии? — он еле заметно коснулся губами моей скулы. При иных обстоятельствах я бы растекся у его ног лужицей от этой незамысловатой ласки, но в данный момент я впервые был рассержен на него по-настоящему. Вы хотите поиграть, господин начальник Отдела тайн? Ну так я устрою вам игру! Газета с проклятущей статьей полетела на пол.

— Я тебя сейчас сам линчую… Лично…

Для начала я стащил с него брюки вместе с бельем, после чего достал из кармана небольшой тюбик с лубрикантом: предупрежден — значит вооружен, мало ли где в доме нас застигнет «порыв страсти». Северус самонадеянно приготовился получить свой утренний минет, но не тут-то было. Я лишь подул на заинтересованно поднявшуюся мне навстречу головку, а затем обхватил ее губами. Но когда Снейп закрыл глаза и блаженно откинулся на спинку дивана, тут же выпустил его член изо рта.

— Ты плохо вел себя, Северус. Тебя необходимо наказать, — сказал я с дьявольской улыбкой.

Я наколдовал мягкий шелковый шарф и скомандовал:

— Вытяни вперед руки.

Он подчинился. Вид у него был совершенно обескураженный и неимоверно возбужденный. Похоже, пожелай я сейчас взять его, несмотря на уже устоявшиеся между нами отношения, где мое место было исключительно снизу, он бы и возражать не стал.

— Положи руки за голову, — не то приказал, не то попросил я, крепко, но не слишком туго связав его запястья.