Фандом: Гарри Поттер. У нас с Северусом есть тайны друг от друга. И иногда они тяготят меня.
67 мин, 45 сек 8409
До мерзкой ссоры они с Роном почти год снимали маленькую двухкомнатную квартирку в маггловской части Лондона. Как только я смог трезво соображать после всего произошедшего между мной и Северусом, то сразу послал Гермионе сову — справиться о ее состоянии. Моя бедная подруга пребывала далеко не в самом презентабельном виде, когда я сгрузил ее на диван в их крошечной гостиной. Я в тот вечер и сам был до безобразия пьян и еле доволок ее до дома. Я даже не решился аппарировать и, воспользовавшись завалявшимися в кармане Гермионы маггловскими фунтами, вызвал такси. Не дожидаясь ее пробуждения, я поставил на журнальный столик флакончик с Антипохмельным, которое обнаружилось в шкафчике в ванной, и вернулся в Блэк-хаус, где и устроил грандиозный дебош. Остальное, надеюсь, вы помните.
Так вот, отправленная мной сова возвратилась с запиской: «Рон забрал свои вещи. Наверное, так действительно будет лучше». Я предложил Гермионе встретиться и обсудить сложившуюся ситуацию, но она лишь вежливо поблагодарила меня за заботу и попросила дать ей возможность немного прийти в себя. Одной. А еще через неделю я увидел ее в Косом переулке, за столиком восстановленного после войны кафе Фортескью. С Невиллом. Она сидела спиной ко мне, и я разглядел только удрученную физиономию Лонгботтома. Время от времени он кивал, надо полагать, соглашаясь с собеседницей. Я почувствовал чуть заметный укол ревности. Гермиона впервые не пожелала поделиться со мной своими горестями, а выбрала для этого Невилла, но, с другой стороны, самое главное, что она не была сейчас одинока. А еще я подумал, что, вероятно, с Лонгботтомом ей, как ни странно, легче. Ведь, что ни говори, я поневоле напоминал ей прошлое, которое безвозвратно ушло.
Честно признаться, я жутко волновался, собираясь на встречу с подругой детства. С двадцатого января — предполагаемой даты нашей с Джинни свадьбы — прошло только три недели. И как вразумительно объяснить ей, что я успел за это время без памяти влюбиться в своего бывшего преподавателя?! Прикинув в уме все возможные варианты, я решил, что лучше всего сказать… правду. Или, точнее, ту ее версию, которая касалась лишь моего отношения к Северусу. Но я ведь имел дело с Гермионой…
— Магический брак? Со Снейпом? Гарри, ты уверен, что он ничем не опоил тебя? — подозрительно прищурилась моя проницательная гриффиндорская всезнайка.
«Опоил, и еще как!» — мысленно усмехнулся я, откровенно радуясь, что она не владеет легилименцией. За последнюю неделю артефакт Блэков нагревался целых два раза! Северус явно нервничал перед предстоящей свадьбой и пытался привязать меня понадежнее.
— Да зачем ему это нужно?! — возмутился я вслух. — Он и так знает, что я люблю его уже больше полутора лет.
При этих словах глаза Гермионы округлились, словно чайные блюдца. Она молча встала, налила нам по чашке крепкого кофе, отрезала по куску купленного в маггловском супермаркете кекса и, придвинув ко мне тарелку, коротко приказала:
— Рассказывай!
— Значит, женившись на Джинни, ты фактически собирался разрушить свою и ее жизни? — подытожила Гермиона, укоризненно глядя на меня. — Какой же ты болван, Поттер! — она потрепала меня по волосам, будто неразумного мальчишку. — Дамблдор оказал тебе плохую услугу, привив такую ответственность за вся и всех! И вот что бы ты делал в постели с девушкой, которую любишь как сестру? Да еще при том, что тебе вообще нравятся мужчины. Точнее, один конкретный мужчина.
— Умеешь ты разложить все по полочкам, — усмехнулся я, ощущая, как краска невольно заливает мои щеки. Нам и раньше доводилось беседовать с Герми о чувствах, но еще никогда — о сексе. Впрочем, смущаться было уже явно поздно. — Похоже, Снейп не просто «нравится мне». Ты же сама понимаешь: магический брак невозможно расторгнуть. Это — на всю жизнь.
— Тогда ты действительно сошел с ума! — вздохнула она. — Ты представляешь: целая жизнь рядом с профессором Снейпом?! Расскажи тебе об этом кто-нибудь еще года три назад…
— … и Сектумсемпра показалась бы ему раем, — закончил я за нее.
— А может, тебе все-таки стоит сходить к Сметвику и проверить, нет ли в крови Амортенции? — никак не унималась Гермиона. — Так, на всякий случай.
— Я тебя обожаю, но ты все же — жуткая зануда! — засмеялся я. — Сколько раз тебе повторять: я его уже давно люблю. И любовное зелье тут совершенно ни при чем. Вот почему ты не спрашиваешь, не опоил ли я его? А? С чего это он вдруг воспылал ко мне страстью? Помнится, в Хогвартсе мы глотки друг другу готовы были перерезать.
Так вот, отправленная мной сова возвратилась с запиской: «Рон забрал свои вещи. Наверное, так действительно будет лучше». Я предложил Гермионе встретиться и обсудить сложившуюся ситуацию, но она лишь вежливо поблагодарила меня за заботу и попросила дать ей возможность немного прийти в себя. Одной. А еще через неделю я увидел ее в Косом переулке, за столиком восстановленного после войны кафе Фортескью. С Невиллом. Она сидела спиной ко мне, и я разглядел только удрученную физиономию Лонгботтома. Время от времени он кивал, надо полагать, соглашаясь с собеседницей. Я почувствовал чуть заметный укол ревности. Гермиона впервые не пожелала поделиться со мной своими горестями, а выбрала для этого Невилла, но, с другой стороны, самое главное, что она не была сейчас одинока. А еще я подумал, что, вероятно, с Лонгботтомом ей, как ни странно, легче. Ведь, что ни говори, я поневоле напоминал ей прошлое, которое безвозвратно ушло.
Честно признаться, я жутко волновался, собираясь на встречу с подругой детства. С двадцатого января — предполагаемой даты нашей с Джинни свадьбы — прошло только три недели. И как вразумительно объяснить ей, что я успел за это время без памяти влюбиться в своего бывшего преподавателя?! Прикинув в уме все возможные варианты, я решил, что лучше всего сказать… правду. Или, точнее, ту ее версию, которая касалась лишь моего отношения к Северусу. Но я ведь имел дело с Гермионой…
— Магический брак? Со Снейпом? Гарри, ты уверен, что он ничем не опоил тебя? — подозрительно прищурилась моя проницательная гриффиндорская всезнайка.
«Опоил, и еще как!» — мысленно усмехнулся я, откровенно радуясь, что она не владеет легилименцией. За последнюю неделю артефакт Блэков нагревался целых два раза! Северус явно нервничал перед предстоящей свадьбой и пытался привязать меня понадежнее.
— Да зачем ему это нужно?! — возмутился я вслух. — Он и так знает, что я люблю его уже больше полутора лет.
При этих словах глаза Гермионы округлились, словно чайные блюдца. Она молча встала, налила нам по чашке крепкого кофе, отрезала по куску купленного в маггловском супермаркете кекса и, придвинув ко мне тарелку, коротко приказала:
— Рассказывай!
— Значит, женившись на Джинни, ты фактически собирался разрушить свою и ее жизни? — подытожила Гермиона, укоризненно глядя на меня. — Какой же ты болван, Поттер! — она потрепала меня по волосам, будто неразумного мальчишку. — Дамблдор оказал тебе плохую услугу, привив такую ответственность за вся и всех! И вот что бы ты делал в постели с девушкой, которую любишь как сестру? Да еще при том, что тебе вообще нравятся мужчины. Точнее, один конкретный мужчина.
— Умеешь ты разложить все по полочкам, — усмехнулся я, ощущая, как краска невольно заливает мои щеки. Нам и раньше доводилось беседовать с Герми о чувствах, но еще никогда — о сексе. Впрочем, смущаться было уже явно поздно. — Похоже, Снейп не просто «нравится мне». Ты же сама понимаешь: магический брак невозможно расторгнуть. Это — на всю жизнь.
— Тогда ты действительно сошел с ума! — вздохнула она. — Ты представляешь: целая жизнь рядом с профессором Снейпом?! Расскажи тебе об этом кто-нибудь еще года три назад…
— … и Сектумсемпра показалась бы ему раем, — закончил я за нее.
— А может, тебе все-таки стоит сходить к Сметвику и проверить, нет ли в крови Амортенции? — никак не унималась Гермиона. — Так, на всякий случай.
— Я тебя обожаю, но ты все же — жуткая зануда! — засмеялся я. — Сколько раз тебе повторять: я его уже давно люблю. И любовное зелье тут совершенно ни при чем. Вот почему ты не спрашиваешь, не опоил ли я его? А? С чего это он вдруг воспылал ко мне страстью? Помнится, в Хогвартсе мы глотки друг другу готовы были перерезать.
Страница 11 из 19
