Фандом: Гарри Поттер. У нас с Северусом есть тайны друг от друга. И иногда они тяготят меня.
67 мин, 45 сек 8411
Когда Снейп вернулся, я специально не позволил ему погасить свечи в спальне. Я снял с него рубашку, придирчиво всматриваясь — нет ли на бледной коже засосов или следов чужих холеных ногтей. Мне хотелось убить ни в чем не повинных Малфоев! Я толкнул Северуса на кровать и оседлал его бедра. Это только он так думал, что владеет мной. На самом деле это я владел им. И я ни с кем не собирался его делить!
Когда он в следующий раз предупредил, что отправляется в Малфой-мэнор, я увязался за ним. И, представьте себе, вечер прошел… довольно приятно. Нарцисса изо всех сил старалась, чтобы я чувствовал себя комфортно, Люциус не подавлял своим снобизмом, и даже Драко почти смирился с моим присутствием. После роскошного ужина Малфой-старший как бы исподволь завел разговор о родомагии (науке, в которой я был, к ужасу моего вредного эльфа Кричера, совершенно несведущ), и я понял, что мне самому это невероятно интересно. Я не заметил, как пролетели несколько часов, а наутро, поднявшись спозаранку, несмотря на воскресный день, и игнорируя одобрительные усмешки Северуса, засел в родовой библиотеке. Мне хотелось, так сказать, расширить свой кругозор, чтобы в очередной визит не выглядеть полным профаном. Кричер был вне себя от радости, когда я попросил принести мне книги по родомагии. По своей старой привычке он принялся бормотать себе под нос, считая, что все вокруг страдают тугоухостью, и я явственно услышал: «Счастливый брак с сильным темным волшебником», «… возрождение угасающего рода» и…«положительно влияет на молодого хозяина Гарри». Кричер и до того относился к Северусу с большим уважением, а теперь, похоже, боготворил его ничуть не меньше, чем «хозяюшку Блэк».
В последующие дни я решил, что глупо сидеть в библиотеке в гордом одиночестве, если в моем доме (в моей спальне… в моей душе… в моем сердце… — нужное подчеркнуть) воцарился такой ходячий кладезь знаний, как бывший профессор Хогвартса, а ныне начальник Отдела тайн Северус Снейп. Я попросил его подтянуть меня по теории Высших зелий, Боевой и некоторым разделам Темной магии. Северус предсказуемо согласился. И даже не ворчал, что я не даю ему покоя после целого дня напряженной работы в Министерстве. Кажется, ему тоже было любопытно, что же выйдет в результате этого социального эксперимента. Думаю, он все же был реалистом и не собирался за несколько месяцев превратить вчерашнего «гриффиндурка» в интеллектуала. Но, судя по изумлению, все чаще проскальзывавшему в глазах обоих Малфоев, кое-что при моем скромном участии Северусу действительно удалось.
Счастливый человек не замечает, как бежит время. В двадцать четыре года я получил должность заведующего Отделом артефактологии при Министерстве.
— Вы знаете больше иных убеленных сединами волшебников, юноша, — сказал мой предшественник перед заслуженным уходом на покой в каких-то неполных сто десять лет.
Я был всецело доволен своей карьерой. Дома меня ждал любящий муж с дежурной порцией Амортенции, не наносившей мне никакого вреда. Мы дважды посетили Париж, где встречались с Невиллом и Гермионой, уже успевшими сделаться мадам и месье Лонгботтом, а также стать родителями близнецов Фрэнка и Алисы. В общем, я считал себя абсолютно счастливым человеком.
Все изменилось в один далеко не прекрасный день, когда меня срочно вызвали к Министру магии Шеклболту.
— Добрый вечер, Кингсли, чем обязан?
В последнее время мой Отдел редко занимался какими-то экстренными проблемами. Авроры успешно переловили оставшихся на свободе Пожирателей смерти, с маниакальным упорством пытавшихся всеми доступными им способами навредить магическому сообществу. Это в бытность мою простым артефактологом нас то и дело просили разобраться с многочисленными напичканными темной магией предметами, возникавшими словно из ниоткуда. Вот тогда я пару раз едва не угодил под проклятие, вырывавшееся из «объекта исследования», и только моя невероятная везучесть спасала меня от очередного «шрама в виде молнии», а может, чего-нибудь и покруче. Я не рассказывал об этих досадных инцидентах Северусу, но секретов от начальника Отдела тайн, похоже, не было ни у кого. И дома меня всегда неизменно ждал кубок с Восстанавливающим, выволочка и в качестве компенсации — бурный секс. Он никогда не говорил мне: «Я так боюсь тебя потерять», — но я прекрасно все понимал и без слов.
Когда он в следующий раз предупредил, что отправляется в Малфой-мэнор, я увязался за ним. И, представьте себе, вечер прошел… довольно приятно. Нарцисса изо всех сил старалась, чтобы я чувствовал себя комфортно, Люциус не подавлял своим снобизмом, и даже Драко почти смирился с моим присутствием. После роскошного ужина Малфой-старший как бы исподволь завел разговор о родомагии (науке, в которой я был, к ужасу моего вредного эльфа Кричера, совершенно несведущ), и я понял, что мне самому это невероятно интересно. Я не заметил, как пролетели несколько часов, а наутро, поднявшись спозаранку, несмотря на воскресный день, и игнорируя одобрительные усмешки Северуса, засел в родовой библиотеке. Мне хотелось, так сказать, расширить свой кругозор, чтобы в очередной визит не выглядеть полным профаном. Кричер был вне себя от радости, когда я попросил принести мне книги по родомагии. По своей старой привычке он принялся бормотать себе под нос, считая, что все вокруг страдают тугоухостью, и я явственно услышал: «Счастливый брак с сильным темным волшебником», «… возрождение угасающего рода» и…«положительно влияет на молодого хозяина Гарри». Кричер и до того относился к Северусу с большим уважением, а теперь, похоже, боготворил его ничуть не меньше, чем «хозяюшку Блэк».
В последующие дни я решил, что глупо сидеть в библиотеке в гордом одиночестве, если в моем доме (в моей спальне… в моей душе… в моем сердце… — нужное подчеркнуть) воцарился такой ходячий кладезь знаний, как бывший профессор Хогвартса, а ныне начальник Отдела тайн Северус Снейп. Я попросил его подтянуть меня по теории Высших зелий, Боевой и некоторым разделам Темной магии. Северус предсказуемо согласился. И даже не ворчал, что я не даю ему покоя после целого дня напряженной работы в Министерстве. Кажется, ему тоже было любопытно, что же выйдет в результате этого социального эксперимента. Думаю, он все же был реалистом и не собирался за несколько месяцев превратить вчерашнего «гриффиндурка» в интеллектуала. Но, судя по изумлению, все чаще проскальзывавшему в глазах обоих Малфоев, кое-что при моем скромном участии Северусу действительно удалось.
Счастливый человек не замечает, как бежит время. В двадцать четыре года я получил должность заведующего Отделом артефактологии при Министерстве.
— Вы знаете больше иных убеленных сединами волшебников, юноша, — сказал мой предшественник перед заслуженным уходом на покой в каких-то неполных сто десять лет.
Я был всецело доволен своей карьерой. Дома меня ждал любящий муж с дежурной порцией Амортенции, не наносившей мне никакого вреда. Мы дважды посетили Париж, где встречались с Невиллом и Гермионой, уже успевшими сделаться мадам и месье Лонгботтом, а также стать родителями близнецов Фрэнка и Алисы. В общем, я считал себя абсолютно счастливым человеком.
Все изменилось в один далеко не прекрасный день, когда меня срочно вызвали к Министру магии Шеклболту.
— Добрый вечер, Кингсли, чем обязан?
В последнее время мой Отдел редко занимался какими-то экстренными проблемами. Авроры успешно переловили оставшихся на свободе Пожирателей смерти, с маниакальным упорством пытавшихся всеми доступными им способами навредить магическому сообществу. Это в бытность мою простым артефактологом нас то и дело просили разобраться с многочисленными напичканными темной магией предметами, возникавшими словно из ниоткуда. Вот тогда я пару раз едва не угодил под проклятие, вырывавшееся из «объекта исследования», и только моя невероятная везучесть спасала меня от очередного «шрама в виде молнии», а может, чего-нибудь и покруче. Я не рассказывал об этих досадных инцидентах Северусу, но секретов от начальника Отдела тайн, похоже, не было ни у кого. И дома меня всегда неизменно ждал кубок с Восстанавливающим, выволочка и в качестве компенсации — бурный секс. Он никогда не говорил мне: «Я так боюсь тебя потерять», — но я прекрасно все понимал и без слов.
Страница 13 из 19
