Багровый этюд

Я взял у Светы стакан, сделал несколько глотков и отставил его на подоконник.

— Извини, — сказала Света. — Я навернула тебя кулаком. От неожиданности.

— Сильно?

— Не очень. Под правой скулой синяк, но если подержишь холод, скоро пройдет.

Марина села на стул, Света вытащила из пачки сигарету и подожгла её.

— Я тоже хочу покурить. — сказал я и потянулся за сигаретой.

— Ты же бросил? — Света посмотрела на меня с детской усмешкой.

— Ну и что. Оставь мне, пожалуйста, свою пачку. Я не хочу выходить в магазин, но думаю, это не последняя сигарета за сегодня.

Вскоре после этого девушки ушли.

Теперь мой лучший друг — Интернет.

Именно в него я ринулся спасаться от страха и надвигающейся ночи. В голове звенело двойное «пока» от моих подруг, и резких хлопок входной двери, за которым потянулись сигареты, горький чай без сахара и чёртовы размышления. Восстанавливая в голове картину событий, я не досчитался нескольких мелких деталей. Если все произошло именно так, как мне рассказала Света, дела плохи.

Я закинул в рот мятный леденец, и направился в комнату, прихватив с собой пепельницу и сигареты.

На электронный ящик прислали много хлама. Я почти привык автоматически избавляться от него.

Последнее сообщение в списке было отослано мне «роботом» сайта целителей и экстрасенсов.

«Что за чушь!» — подумал я и ради интереса кликнул мышкой по письму.

Вот так и вляпываешься в какую-нибудь дрянь. Ради интереса. Интерес питает желание разузнать побольше, разведать, докопаться до сущности проблемы. А в итоге…

«Позавчера на городской свалке был найден»…

Как сказала Дана Скалли из сериала «Секретные материалы», фанатом которого я был в детстве, — борясь с монстрами в чужих головах вы рискуете пустить их в свой разум.

Но ведь я не с кем не боролся. Я просто наблюдал события с мачты в несколько этажей. А сейчас я чувствую приближение тайфуна, но сматывать удочки поздно. Мой разум готов смести багровый шторм.

Содержание письма от центра магии и ясновидения вызвало у меня улыбку.

«Сниму порчу, изготовлю талисманы на удачу, защищу от негативного влияния»…

Да, защитите меня от мира. Я не хочу в нем жить. Я хочу быть простым наблюдателем, но сейчас меня мучает боль в лице и багровые пятна.

Сквозняк захлопнул форточку на кухне.

«Индивидуальная работа с клиентами, избавление от проклятий, помощь одержимым».

— Стоп! — кольнуло в моей голове. — Одержимость!

Как же я раньше не догадался.

Я закрыл письмо и набрал в строке поисковика слово «Одержимость».

Сервер выдал несколько тысяч ссылок.

Я закурил, придвинул пепельницу и погрузился в чтение статей.

«Существует несколько разновидностей одержимости… Когда душа умершего человека не находит покоя, она возвращается в мир и навещает тех людей, с которыми у человека имелся последний контакт при жизни… в некоторых случаях, разгневанный дух завладевает телом эмоционально-слабого человека, заставляя его совершать разные действия, испытывать галлюцинации… после внутреннего контакта с духом или вредоносной сущностью у человека наблюдаются провалы в памяти… как показывает практика, одержимости духами больше подвержены люди с психическими и неврологическими заболеваниями, т. к. их внутренний фон ослаблен, а разрушающаяся личность становиться наиболее ведомой».

Я выключил компьютер и снова направился на кухню.

Из окна лилась темнота, смешанная со светом фонарей.

Почему именно я? Почему именно я стал тем, который острее чувствует мир? Многие годы я мечтал избавиться от своей сверхчувствительности, которая настигала меня в момент ауры. Приступ сглаживал острые углы, я был мертвой водорослью, дрейфующей в открытом море в момент шторма.

Я поставил чайник и включил телевизор. Звуки из динамиков распределялись по комнате, иногда на экране вспыхивали полосы помех.

Порой мне казалось, что люди создают себе четкие связи, и сами живут в них. В этих связях укладывается поход в магазин, ежедневная работа, образование, просмотр телевизора по вечерам, иногда любовь, болезни, потери родственников, секс, ненужные друзья. И какого же себя чувствую такие, как я? И сколько таких? Может, я совсем один, заигрался в наблюдателя и сам выбрал печальный финал.

Пространство дернулось, словно помехи на экране.

— О, нет! — прошептал я.

По телевизору снова показывают материал об убийстве. Я стараюсь не смотреть, но взгляд невольно притягивается к экрану.

Я чувствую, что стены рушатся, и в то же время им на смену приходит темное губчатое вещество, из которого сочиться багровый воздух.

Я закрываю глаза и сажусь на стул.

Пространство порождает звук диффузии.

Поток людей двинулся через дорогу. Я стою у обочины, облокачиваюсь на светофор. Люди проходят мимо, задевают меня плечами.

— Что за идиотка!

— Вы посмотрите на неё, она же в стельку пьяная!

Я провожу рукой по телу, и понимаю, что у меня есть грудь. Я никуда не двигаюсь, просто стою, слушаю шум в ушах, гул толпы и редкие высказывания в мою сторону. К горлу подкатывается тошнота.