Белая Горячка

И тут его вдруг опять охватил приступ ярости, на сей раз по отношению к себе, должно быть ведьма накаркала. Череп решил непременно отравиться. В течение дня он перепил все, что попадалось под руку: уксус, ацетон, шампунь, скипидар, бензин — но все превращалось в воду. «От воды, видать, моя погибель», — подумал тогда Череп и решил утопиться. Вышел к пруду, скинул одежду, взял камень потяжелее, зашел в воду и все шел и шел, пока вода не накрыла с головой. Дышать было уже совершенно нечем, но он упорно двигался вперед. А где-то на середке пруда Череп закрыл глаза и думал, что уже помер, но не тут-то было. Ноздри вдруг вдохнули воздух, он открыл глаза и увидел перед собой противоположный берег. У самой воды сидел черный кот и весело ему подмигивал. Когда несостоявшийся утопленник обошел пруд, ко всему прочему выяснилось, что еще и одежду украли. Так и вернулся домой голышом.

Наверняка Черепу как-нибудь все же удалось бы угробить себя (он уж и с крыши прыгал, и газом травился, но все портила проклятая ведьма), если бы однажды на пороге не появился сияющий Леший. Причесанный, гладко выбритый и весь в белом. Череп его даже поначалу не признал, тем более что был тот изрядно пьян. Но ведь это могло означать только одно! Пока Леший пытался вписаться в дверной проем, Череп с одной лишь мыслью: «Заклятье снято!» бросился к контрольной бутылке и трясущимися руками наливал самогон в стакан. Спустя пару минут разочарованию Черепа не было предела — алкоголь не действовал. Тем временем Леший все же доплелся до дивана и рухнул, широко раскинув руки. Череп подскочил к нему, схватил за грудки и начал было пытать, как тому удалось так нажраться, но тщетно — Леший отрубился. Череп за два часа, пока ждал, когда Леший проспится, весь извелся и жрал сигарету за сигаретой. Наконец Леший впервые пошевелился. Череп подскочил к приятелю и принялся трясти того, чуть не всхлипывая:

— Вот везет же, а! А мне. Хоть бы гамм усвоился — все бы за то отдал.

— Грамм? — открыл один глаз Леший.

— Это устроить можно.

— Как?! — аж подпрыгнул Череп.

— Ну и рожа у тебя, — не ответил на вопрос Леший.

— Короче: брейся, башку хоть сполосни, да оденься поприличнее. А я пока за кофем схожу. Нужно быть как огурчик. Чайник поставь.

— Да ты хоть скажи, какой расклад, в натуре! — умолял Череп.

— Делай что сказано, — с этими словами Леший поднялся и направился к выходу. Когда он вернулся с пакетиком кофе, Череп уже был готов.

— Во! — одобрил Леший его внешний вид, — щас кофе хлебну и пойдем.

— Да куда же?!

— В церковь. И заткнись, — отрубил Леший.

Лишь на подходе Череп все же не выдержал:

— Ты хочешь… У Него… И что мы будем у Него просить? Не пить же?

— Раскинь мозгами-то, — отозвался Леший.

— Это нечистая сила навела на нас порчу… — И что?

— Сейчас все поймешь. Стой и слушай.

Приятели отстояли всю службу, правда, Череп ее совсем не слушал: его всего колотило от нетерпения, а вот Леший и крестился и поклоны бил — все как положено. Только когда дело дошло до причастия, Череп понял в чем дело, и рванулся было к чаше со святыми дарами, но его тормознул Леший:

— Последним пойдешь и все остатки попросишь.

Наконец, Череп дождался. Он с трепетом вкусил с ложечки святых даров и… впервые за долгое время почувствовал вкус вина. Заклятье ведьмы не действовало!

— Батюшка, — вцепился Череп в попову рясу, — а что ты делаешь с чашей, когда в ней святые дары после причастия остаются?!

— А тебе зачем, сын мой? — очень удивился поп.

— Дай мне ее, Христа ради! — взмолился Череп и, не дожидаясь пока поп примет какое-либо решение, выхватил у того чашу и выпил все остатки залпом. Хоть и было там вина перемешанного с просфорой всего на пару глотков, но после них Череп совершенно ожил. Он готов был плясать, а поп так и застыл, пораженный странным поведением захожанина.

— Спасибо тебе, батюшка! — радостно вопил тот.

— И Ему передай спасибо! Век не забуду!

— Ну как? — толкнул Леший Черепа в бок, когда они вышли из церкви.

— У-У-У! — издал звуки всепоглощающей радости Череп.

— Вот, — принялся объяснять Леший.

— Меня тут жена взяла обратно, как узнала, что не пью. Я ей про ведьму рассказываю, а она не верит, говорит, что это проведение, не зря, мол, свечки ставила. Надо, говорит, Богу молиться, вот и затащила меня в церковь. А я как причастился, так и понял: заклятье пало! Ну, тут же в магазин. Того же кагору взял, заглотил разом — и к тебе. Да развезло, видать, с непривычки… Ну ты чего, бродяга, опохмелился, наконец?

— У-У-У! — снова благостно проурчал Череп.

— А теперь можно и бухнуть!

С бутылки кагора Лешего вновь стало развозить, а вот на Черепа магазинное вино не произвело совершенно никакого впечатления. В полной прострации сидел он на лавочке в церковном сквере. Захмелевший было Леший, глядя на приятеля, аж протрезвел.

— Ну ты, это, не переживай так. Зато хоть опохмелился, будешь теперь жить как человек.