Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
274 мин, 43 сек 11950
Он, как и намеревался, изложил начальнику связи во время одного из сеансов свои результаты наблюдения за местными и мысли по этому поводу. И порекомендовал довести до сведения генерала то, что беллиорцы в курсе планов менвитов по их порабощению. Связист принял информацию к сведению и в свою очередь сообщил, что в Ранавире — и без того страдавшем от нехватки качественного топлива для вертолётов — после нашествия невидимок едва не наступил полный коллапс с вылетами: большая часть бочек была продырявлена, и топливо вытекло. А перегонка местной нефти стопорилась тем, что главный инженер экспедиции был крайне недоволен её качеством и настоятельно рекомендовал Баан-Ну не рисковать ценными боевыми машинами и, соответственно — жизнью пилотов.
— Так что сидеть вам тут, я так полагаю, ещё порядком, — завершил свою речь начальник связи. — Хотя что-то мне подсказывает, что вам, Эль-Сун, это даже нравится, и вы не собираетесь спешить с возвращением в лагерь.
— Естественно! — откликнулся зоолог. — Тут у них такие зверюшки, что собранного по ним материала хватит на две-три докторских! Да ещё на пару фильмов останется. Мы тут время не теряем! И… знаете, Ра-Хор, я очень доволен вашим рабом! Такого понятливого ассистента у меня ещё никогда не было!
Сидевший над рацией арзак удивлённо вскинул брови — он явно не ожидал похвалы — и поднял на менвита взгляд, в котором явственно читалось: «Это правда, или вы так шутите?». Эль-Сун, у которого после известия об очередном откладывании их возвращения резко улучшилось настроение, на миг скорчил ему в ответ ехидно-весёлую рожу и показал язык. Чем ввёл раба в окончательный ступор.
Они действительно не теряли времени, а после разговора с Рахи Эль и правда затеялся снимать научно-популярный фильм, названный им «Драконы Беллиоры». С помощью Лана, конечно же. Отснятого до этого материала было для зоолога недостаточно, и потому он теперь много времени проводил за сочинением пояснительных монологов к кадрам, а потом, прихватив с собой раба и его камеру, шёл в драконятники снимать очередной эпизод.
— Прирученные драконы с самого раннего возраста приучаются своими хозяевами ко всеядности, — вещал Эль на камеру. — Конечно, прокормить таких огромных зверей — задача не из лёгких, но здесь на помощь приходит местный климат, позволяющий снимать с полей и огородов два-три урожая в год. Так что драконы не голодают… Лан, сними ларь с кормом, потом смонтируем, и технические моменты выбросим!
Раб тут же навёл объектив камеры на один из вместительных деревянных ларей, куда работники Реньено складывали привезённые с огорода овощи. Приближалось время кормления драконов.
Кормёжку добросовестно отсняли, причём Эль настоял на том, чтобы процесс закладывания корма поручили ему. Во время развоза и раскладывания корма по корытам он без устали рассказывал о том, что он делает, и попутно общался не только с Реньено и работниками, но и с самими драконами. Те, уже привыкнув к менвиту и его мельтешению вокруг них, только добродушно пофыркивали.
Лан следовал за господином молчаливой тенью, практически не опуская камеры и снимая всё, на что тот ему указывал.
Под конец сняли, как зоолог убирает денник Рианы и с напускной строгостью и ворчанием отмахивается от Карума, решившего, видимо, с ним поиграть.
При Эль-Суне драконы к Лану с выражениями дружбы и любви больше не лезли (хотя зоолог готов был поклясться, что это — только при нём). Даже тогда, когда арзак крутился возле них с камерой. Ящеры как будто понимали, что высокому пришельцу не нравится, что его раб быстрее и легче находит общий язык с ними, чем он сам.
— Всё идёт просто отлично! — сказал после съёмок и традиционного вечернего купания зоолог, жмурясь на закатное солнце. Немного ныла натруженная работой и плаванием левая рука, внося дискомфорт в блаженное ощущение покоя и удовлетворённости от проделанной работы. — Через денёк-два будем снимать осёдлывание дракона, полёт и работу возницы. Я договорился с Рахисом. Надеюсь, у тебя в аккумуляторах камеры ещё хватит энергии хотя бы на день съёмок?
— Энергии-то хватит, господин… — как-то рассеянно отозвался арзак. — И даже не на один день, а больше: батареи к рации универсальны, от них можно подпитать и камеру…
Он немного помолчал, помялся, а потом несмело начал:
— Господин… Можно вопрос?
— Можно.
— Я правильно вас понял, что полёт и работу возницы мы будем снимать в воздухе?
— Именно так! А что?
— А… как мы там все уместимся, и где мне при этом находиться с камерой?
— Гм…
В самом деле, об этом Эль как-то не подумал. Взглянув на раба, он заметил, что тот ощутимо волнуется.
«Ах, ты ж блин, он же высоты боится! — вдруг вспомнил менвит. — Однако, засада!»
Он ещё подумал и сказал.
— Будешь вести съёмку из той кабинки, в которой мы тогда летели. Для подстраховки я тебя привяжу к ней тросом. Ну а в особо важных случаях… Можно будет закрепить камеру на голове Рахиса. Только ты должен будешь научить его ею пользоваться.
— Так что сидеть вам тут, я так полагаю, ещё порядком, — завершил свою речь начальник связи. — Хотя что-то мне подсказывает, что вам, Эль-Сун, это даже нравится, и вы не собираетесь спешить с возвращением в лагерь.
— Естественно! — откликнулся зоолог. — Тут у них такие зверюшки, что собранного по ним материала хватит на две-три докторских! Да ещё на пару фильмов останется. Мы тут время не теряем! И… знаете, Ра-Хор, я очень доволен вашим рабом! Такого понятливого ассистента у меня ещё никогда не было!
Сидевший над рацией арзак удивлённо вскинул брови — он явно не ожидал похвалы — и поднял на менвита взгляд, в котором явственно читалось: «Это правда, или вы так шутите?». Эль-Сун, у которого после известия об очередном откладывании их возвращения резко улучшилось настроение, на миг скорчил ему в ответ ехидно-весёлую рожу и показал язык. Чем ввёл раба в окончательный ступор.
Они действительно не теряли времени, а после разговора с Рахи Эль и правда затеялся снимать научно-популярный фильм, названный им «Драконы Беллиоры». С помощью Лана, конечно же. Отснятого до этого материала было для зоолога недостаточно, и потому он теперь много времени проводил за сочинением пояснительных монологов к кадрам, а потом, прихватив с собой раба и его камеру, шёл в драконятники снимать очередной эпизод.
— Прирученные драконы с самого раннего возраста приучаются своими хозяевами ко всеядности, — вещал Эль на камеру. — Конечно, прокормить таких огромных зверей — задача не из лёгких, но здесь на помощь приходит местный климат, позволяющий снимать с полей и огородов два-три урожая в год. Так что драконы не голодают… Лан, сними ларь с кормом, потом смонтируем, и технические моменты выбросим!
Раб тут же навёл объектив камеры на один из вместительных деревянных ларей, куда работники Реньено складывали привезённые с огорода овощи. Приближалось время кормления драконов.
Кормёжку добросовестно отсняли, причём Эль настоял на том, чтобы процесс закладывания корма поручили ему. Во время развоза и раскладывания корма по корытам он без устали рассказывал о том, что он делает, и попутно общался не только с Реньено и работниками, но и с самими драконами. Те, уже привыкнув к менвиту и его мельтешению вокруг них, только добродушно пофыркивали.
Лан следовал за господином молчаливой тенью, практически не опуская камеры и снимая всё, на что тот ему указывал.
Под конец сняли, как зоолог убирает денник Рианы и с напускной строгостью и ворчанием отмахивается от Карума, решившего, видимо, с ним поиграть.
При Эль-Суне драконы к Лану с выражениями дружбы и любви больше не лезли (хотя зоолог готов был поклясться, что это — только при нём). Даже тогда, когда арзак крутился возле них с камерой. Ящеры как будто понимали, что высокому пришельцу не нравится, что его раб быстрее и легче находит общий язык с ними, чем он сам.
— Всё идёт просто отлично! — сказал после съёмок и традиционного вечернего купания зоолог, жмурясь на закатное солнце. Немного ныла натруженная работой и плаванием левая рука, внося дискомфорт в блаженное ощущение покоя и удовлетворённости от проделанной работы. — Через денёк-два будем снимать осёдлывание дракона, полёт и работу возницы. Я договорился с Рахисом. Надеюсь, у тебя в аккумуляторах камеры ещё хватит энергии хотя бы на день съёмок?
— Энергии-то хватит, господин… — как-то рассеянно отозвался арзак. — И даже не на один день, а больше: батареи к рации универсальны, от них можно подпитать и камеру…
Он немного помолчал, помялся, а потом несмело начал:
— Господин… Можно вопрос?
— Можно.
— Я правильно вас понял, что полёт и работу возницы мы будем снимать в воздухе?
— Именно так! А что?
— А… как мы там все уместимся, и где мне при этом находиться с камерой?
— Гм…
В самом деле, об этом Эль как-то не подумал. Взглянув на раба, он заметил, что тот ощутимо волнуется.
«Ах, ты ж блин, он же высоты боится! — вдруг вспомнил менвит. — Однако, засада!»
Он ещё подумал и сказал.
— Будешь вести съёмку из той кабинки, в которой мы тогда летели. Для подстраховки я тебя привяжу к ней тросом. Ну а в особо важных случаях… Можно будет закрепить камеру на голове Рахиса. Только ты должен будешь научить его ею пользоваться.
Страница 44 из 77
