Фандом: Ориджиналы. Мария любит готовить, а Джон в свою очередь любит наблюдать за процессом. Обычно она не замечает его присутствия, продолжает шинковать овощи или отбивать стейки, мурлыча под нос какую-нибудь не имеющую смысла нелепость.
19 мин, 32 сек 13830
Коичи невольно вздрогнул.
Он никак не мог взять в толк, почему эти дети спасли его, старика, у которого за душой не осталось ничего, кроме покосившегося родительского дома под снос, да небольших сбережений в банке.
Впрочем, спасли ли?
«Не надо, пожалуйста!» — вдруг оглушительно завизжала в голове Коичи та девчонка, что осталась последней.
Она подняла в воздух руки, увешанные десятками дребезжащих браслетиков. Го и Року взглянули друг на друга, и в тот же миг на теле девчонки появились глубокие порезы. Десятки.
Почти наверняка их было столько же, сколько браслетиков.
Коичи начал задыхаться.
Только сейчас он вспомнил, что оставил ингалятор в том переулке.
— Ты в порядке, дедуля Коичи? — обеспокоенно спросил Року.
— Вот, выпей, — Го протянула ему его же собственный стакан.
Коичи знал, что чай ни за что не остановит приступ, но подчинился. Или его заставили подчиниться — он не знал.
Полупрозрачная жидкость почему-то имела красноватый оттенок и на вкус отдавала железом.
Коичи даже не обратил внимания на то, что приступ мгновенно прошел — по всему телу разлилась боль и незнакомое ощущение, будто неведомое растение пускало корни во все его органы разом.
— Что происходит? — прохрипел он, падая на колени.
— Прости, дедуля Коичи, — Го прикоснулась к его щеке тыльной стороной ладони. На ладони ее была небольшая кровящая ранка. — Я знаю, что больно, но без этого никак.
— Без этого мы не сможем стать семьей, — глаза Року черны как зола. — А мы хотим стать с тобой одной семьей, дедуля Коичи. Мы хотим, чтобы ты стал таким же, как мы.
Коичи закричал.
Он никак не мог взять в толк, почему эти дети спасли его, старика, у которого за душой не осталось ничего, кроме покосившегося родительского дома под снос, да небольших сбережений в банке.
Впрочем, спасли ли?
«Не надо, пожалуйста!» — вдруг оглушительно завизжала в голове Коичи та девчонка, что осталась последней.
Она подняла в воздух руки, увешанные десятками дребезжащих браслетиков. Го и Року взглянули друг на друга, и в тот же миг на теле девчонки появились глубокие порезы. Десятки.
Почти наверняка их было столько же, сколько браслетиков.
Коичи начал задыхаться.
Только сейчас он вспомнил, что оставил ингалятор в том переулке.
— Ты в порядке, дедуля Коичи? — обеспокоенно спросил Року.
— Вот, выпей, — Го протянула ему его же собственный стакан.
Коичи знал, что чай ни за что не остановит приступ, но подчинился. Или его заставили подчиниться — он не знал.
Полупрозрачная жидкость почему-то имела красноватый оттенок и на вкус отдавала железом.
Коичи даже не обратил внимания на то, что приступ мгновенно прошел — по всему телу разлилась боль и незнакомое ощущение, будто неведомое растение пускало корни во все его органы разом.
— Что происходит? — прохрипел он, падая на колени.
— Прости, дедуля Коичи, — Го прикоснулась к его щеке тыльной стороной ладони. На ладони ее была небольшая кровящая ранка. — Я знаю, что больно, но без этого никак.
— Без этого мы не сможем стать семьей, — глаза Року черны как зола. — А мы хотим стать с тобой одной семьей, дедуля Коичи. Мы хотим, чтобы ты стал таким же, как мы.
Коичи закричал.
Страница 6 из 6
