— Где я? -В Безысходноляндии, где же еще?, — сказал собеседник. Что… что это за место?
14 мин, 42 сек 2948
Было уже за полночь, Пятьдесят Восемь открыл квартиру и предложил Тридцать Два спать на диване. Похоже, наследство было огромное… Когда Тридцать Два проснулся, он пошел искать работу.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на строителя.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на учителя.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на тренера.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на завод.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на продавца.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на дворника.
Ответ у всех был один. Когда Тридцать Два шел в квартиру, он увидел, что палатки уже не было… Налоги уплачены.
Так проходили дни, ответ всегда был один. Прошло месяца два. За все налоги платил Пятьдесят Восемь.
— Слушай, тебя совсем нигде не берут?, — спросил Пятьдесят Восемь.
— Не знаю, в чем дело… — Извини, но даю тебе последний шанс. Сегодня. Завтра я тебя вышвырну, если не найдешь работу.
— Понятно, — сказал Тридцать Два, хныкнув.
— Нет, ты нам не нужен, ты не подходишь для палача.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на точильщика карандашей.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на гонщика.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на лакея.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на художника.
— Хм… Можем найти тебе место. Слушай, как тебе быть гробовщиком?
— Я согласен! Выхожу завтра же! А во сколько?
— Работа начинается в 9:30 и заканчивается в 20:30. Зарплата — тысяч триста, — сказал гробовщик. Тридцать Два сразу понял, что после налогов и квартплаты у него останется тысяч восемьдесят! Это в два раза больше!-Ну слушай, если с деньгами совсем проблема, можешь жить на чердаке тысяч за шестьдесят. Как тебе такое?
— Я… КОНЕЧНО! Спасибо Вам огромное! Я нашел работу!
— Ну, тогда буду вычитать тебе сию плату сразу из зарплаты. Эх, если бы было больше работников, я бы тебе такой вещи отличной не позволил! Эх, работников очень мало! Ты, да еще двое. Поэтому и так вот. А гробы сами себя не построят!, — сказал этот человек, у которого не осталось не седых волос.
— Хех.
Тридцать Два пошел домой, сообщить новость Пятьдесят Восемь.
— Пятьдесят Восемь! Я нашел работу!
— Отлично!
— Мне дадут жить на чердаке! Я могу уходить завтра же!
— Ооо. Отлично!
— Я собираю вещи, хорошо?
— Конечно! Спокойной ночи, мне пора спать!
Как бы не был добр Пятьдесят Восемь перед Тридцать Два, Тридцать Второму все равно нужно было украсть у него некоторые вещи, как ни печально. То, что он нашел в шкафу, заставило его уйти на улицу сейчас же. Он даже забыл закрыть шкаф. Он сбежал. На улицу. Спал на лавочке.
Когда он пришел на кладбище к гробовщику, он обустроился, и начал уже, в конце концов, работать. Работа была не такая уж и сложная. Он познакомился с главгробовщиком, т. е. Семьдесят Седьмым, и с вторгробовщиками, как и он. Восемнадцатым и Сорок Пятым.
— Как тебе работа?, — спросил Сорок Пятый. Типичный, грязый рабочий.
— Ничего такого ужасного в ней нет, — ответил Тридцать Два.
Тридцать Два однажды рассказал им всю свою историю, пропустив момент со шкафом, когда его споили.
— Ужасно. Как ты жил?! Черт побери, ну и выдержка!, — сказал Сорок Пять.
На чердаке было три комнаты, где каждый гробовщик ложился спать в свою.
Тридцать Второму снился пудинг. Шоколадный пудинг. Он любил, очень любил пудинг. Родители в первые дни его жизни подсадили на пудинг.
— АААА!
— ГДЕ ТРИДЦАТЬ ДВА?!, — был слышан ужасный визг.
Послышался порез. Кровь хлынула.
— ГДЕ?!
Все проснулись и вышли из комнат. Убийца уже сбежал. Он убил Сорок Пять!
— Черт побери! Сорок пять! Как?!, — впал в ступор Семьдесят Семь.
Его горло было разодрано в клочья.
— Черт побери! ЧЕРТ ПОБЕРИ!
Кто его убил, читателю уже, вероятно, стало ясно.
— Догоняйте его, придурки!, — заорал Семьдесят Семь.
— Он сбежал!, — орал Восемнадцать.
— Эх… эх… эх… Главгробовщик упал. Восемнадцать подошёл к Семьдесят Семь и проверил пульс. Он умер от инфаркта.
— Этого еще не хватало!, — промолвил Тридцать Два. Черт побери… ЧТО ДЕЛАТЬ??? ЧТО ДЕЛАТЬ?!ЧТО?!
— Надо… успокоиться…, — сказал Восемнадцать.
— Как нам успокоиться?!
— Спрячь. Их. В. Комнату. Для начала.
— Ты с ума… Другого выбора не было. Тридцать Два замолчал. Трупы были спрятаны в комнате, где спал Сорок Пять.
— Ты знаешь его? Он искал тебя, — сказал Восемнадцать.
— Я раскрыл его маленький секрет. Я поселился в его доме, открыл его шкаф… Он маньяк, там были трупы. Это был тот самый парень, что приютил меня… Ах… Те самые девушки… — Черт побери, — произнес Восемнадцать.
— Надо… Идти за ним… — Спать мы все равно не будем. Мы убьем его, а потом ты расскажешь мне, что с тобой произошло.
— Хо… хорошо… Они надели пиджаки, взяли ножи для работы с гробами и пошли туда, куда показывал Тридцать Два.
Когда они пришли, дверь была заперта холодильником.
— Он живет на первом этаже. Окно, — промолвил Тридцать Два.
Они полезли и выломали окно. Когда они зашли, Пятьдесят Восемь наставил на них нож.
— Тебе не стоило открывать шкаф.
— Я знаю, — сказал Тридцать Два.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на строителя.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на учителя.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на тренера.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на завод.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на продавца.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на дворника.
Ответ у всех был один. Когда Тридцать Два шел в квартиру, он увидел, что палатки уже не было… Налоги уплачены.
Так проходили дни, ответ всегда был один. Прошло месяца два. За все налоги платил Пятьдесят Восемь.
— Слушай, тебя совсем нигде не берут?, — спросил Пятьдесят Восемь.
— Не знаю, в чем дело… — Извини, но даю тебе последний шанс. Сегодня. Завтра я тебя вышвырну, если не найдешь работу.
— Понятно, — сказал Тридцать Два, хныкнув.
— Нет, ты нам не нужен, ты не подходишь для палача.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на точильщика карандашей.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на гонщика.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на лакея.
— Нет, ты нам не нужен, ты не пойдешь на художника.
— Хм… Можем найти тебе место. Слушай, как тебе быть гробовщиком?
— Я согласен! Выхожу завтра же! А во сколько?
— Работа начинается в 9:30 и заканчивается в 20:30. Зарплата — тысяч триста, — сказал гробовщик. Тридцать Два сразу понял, что после налогов и квартплаты у него останется тысяч восемьдесят! Это в два раза больше!-Ну слушай, если с деньгами совсем проблема, можешь жить на чердаке тысяч за шестьдесят. Как тебе такое?
— Я… КОНЕЧНО! Спасибо Вам огромное! Я нашел работу!
— Ну, тогда буду вычитать тебе сию плату сразу из зарплаты. Эх, если бы было больше работников, я бы тебе такой вещи отличной не позволил! Эх, работников очень мало! Ты, да еще двое. Поэтому и так вот. А гробы сами себя не построят!, — сказал этот человек, у которого не осталось не седых волос.
— Хех.
Тридцать Два пошел домой, сообщить новость Пятьдесят Восемь.
— Пятьдесят Восемь! Я нашел работу!
— Отлично!
— Мне дадут жить на чердаке! Я могу уходить завтра же!
— Ооо. Отлично!
— Я собираю вещи, хорошо?
— Конечно! Спокойной ночи, мне пора спать!
Как бы не был добр Пятьдесят Восемь перед Тридцать Два, Тридцать Второму все равно нужно было украсть у него некоторые вещи, как ни печально. То, что он нашел в шкафу, заставило его уйти на улицу сейчас же. Он даже забыл закрыть шкаф. Он сбежал. На улицу. Спал на лавочке.
Когда он пришел на кладбище к гробовщику, он обустроился, и начал уже, в конце концов, работать. Работа была не такая уж и сложная. Он познакомился с главгробовщиком, т. е. Семьдесят Седьмым, и с вторгробовщиками, как и он. Восемнадцатым и Сорок Пятым.
— Как тебе работа?, — спросил Сорок Пятый. Типичный, грязый рабочий.
— Ничего такого ужасного в ней нет, — ответил Тридцать Два.
Тридцать Два однажды рассказал им всю свою историю, пропустив момент со шкафом, когда его споили.
— Ужасно. Как ты жил?! Черт побери, ну и выдержка!, — сказал Сорок Пять.
На чердаке было три комнаты, где каждый гробовщик ложился спать в свою.
Тридцать Второму снился пудинг. Шоколадный пудинг. Он любил, очень любил пудинг. Родители в первые дни его жизни подсадили на пудинг.
— АААА!
— ГДЕ ТРИДЦАТЬ ДВА?!, — был слышан ужасный визг.
Послышался порез. Кровь хлынула.
— ГДЕ?!
Все проснулись и вышли из комнат. Убийца уже сбежал. Он убил Сорок Пять!
— Черт побери! Сорок пять! Как?!, — впал в ступор Семьдесят Семь.
Его горло было разодрано в клочья.
— Черт побери! ЧЕРТ ПОБЕРИ!
Кто его убил, читателю уже, вероятно, стало ясно.
— Догоняйте его, придурки!, — заорал Семьдесят Семь.
— Он сбежал!, — орал Восемнадцать.
— Эх… эх… эх… Главгробовщик упал. Восемнадцать подошёл к Семьдесят Семь и проверил пульс. Он умер от инфаркта.
— Этого еще не хватало!, — промолвил Тридцать Два. Черт побери… ЧТО ДЕЛАТЬ??? ЧТО ДЕЛАТЬ?!ЧТО?!
— Надо… успокоиться…, — сказал Восемнадцать.
— Как нам успокоиться?!
— Спрячь. Их. В. Комнату. Для начала.
— Ты с ума… Другого выбора не было. Тридцать Два замолчал. Трупы были спрятаны в комнате, где спал Сорок Пять.
— Ты знаешь его? Он искал тебя, — сказал Восемнадцать.
— Я раскрыл его маленький секрет. Я поселился в его доме, открыл его шкаф… Он маньяк, там были трупы. Это был тот самый парень, что приютил меня… Ах… Те самые девушки… — Черт побери, — произнес Восемнадцать.
— Надо… Идти за ним… — Спать мы все равно не будем. Мы убьем его, а потом ты расскажешь мне, что с тобой произошло.
— Хо… хорошо… Они надели пиджаки, взяли ножи для работы с гробами и пошли туда, куда показывал Тридцать Два.
Когда они пришли, дверь была заперта холодильником.
— Он живет на первом этаже. Окно, — промолвил Тридцать Два.
Они полезли и выломали окно. Когда они зашли, Пятьдесят Восемь наставил на них нож.
— Тебе не стоило открывать шкаф.
— Я знаю, — сказал Тридцать Два.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 4