— Открывает, значит, муж дверь машины, а там они резвятся, и она такая… — Дулли не успел закончить…
6 мин, 56 сек 15034
Мощными волнами на него накатывало ощущение безудержной тревоги. Но голос, голос! Он глушил окружающие звуки, баюкал все инстинкты. Завелась машина, и цепь, стрекоча, наматывается на барабан. Дулли поворачивает башню для размаха. По дороге подходит ещё одна девочка. Все они смотрят туда, где раньше был главный вход. Который обрушился, похоронив под обломками маленьких пациентов несколько лет назад.
Дон, кажется, слышит хныканье.
С ударом рушится замурованный проём, и реальность взрывом влетает в глаза и уши Дона. Сквозь бурю пыли он замечает, что в здании кто-то есть. Человек в чёрном костюме. Мать твою! Дон похолодел. Задница! Это наверняка проверяющий!
— Дулли! — заорал Дон и замахал руками.
— Стой! Стоп-машина!
Но машина ревёт и Дулли его не слышит. Он вновь поворачивает башню для размаха. Слишком.
резко. Дон бежит к крану, а взглядом шарит по окнам и ищет мужчину. Он ещё там! Клубы пыли плывут по зданию, но всё же видно как он идёт по коридору, то и дело, мелькая в окнах.
Мимо Дона пролетает шар, увлекаемый цепью.
Чёртов Дулли! Шар на полном ходу врезается в строительный фургон, сминая его как жестяную коробочку печенья. Дон в ужасе замирает. Он слышит из жестянки истошные человеческие вопли. Стрекот крана смешивается с криками и детским плачем. Это плачут собравшиеся дети. Их уже больше пяти.
Д-оооооооооооо-нннннн…
— Снова разливается волна блаженства в его голове. Ему кажется, он чувствует направление голоса. Это дыра, которую проделал Дулли. Оттуда выплывает тот самый проверяющий. Он скользит по обломкам на многочисленных щупальцах, которые несут его худощавое жилистое тело, обёрнутое в строгий деловой костюм.
Дон трясёт головой, пытаясь избавиться от наваждения. Он видит как, шатаясь, поднимается и снова падает выбравшийся из мышеловки Костнер. Осколки стёкол вонзились ему в лицо. Он мычит глядя на существо из больницы и разбрызгивает капли крови вокруг себя.
Дети потянулись к монстру. Дон хочет остановить их, но руки вместо того чтобы хватать, только гладят и подталкивают ребят. Он идёт вместе с ними.
Дулли включил передачу и направил машину. Все вместе они приближались к зловещему созданию. Дон с детьми и Дулли, давящий обломки огромными траками.
Солнце укрылось от них. Будто не желая освещать творящийся здесь кошмар. Граффити на стенах здания наполняются тьмой, а самые тёмные из них буквы и иероглифы начинают шевелиться.
Проверяющий покачивается на своих огромных щупальцах, которые выходят прямо из подола костюма, такого же чернильно-черного, как и они. Из воротника белой рубашки выглядывает его безобразная голова. Она покрыта струпом, который скрывает лицо и наросты на голове, рога или уши. Наросты делают лицо подобно оплывшему воском. Под кожаной маской угадывается нос и глазные впадины, которые сейчас обращены в сторону крана.
Щупальца вскипают как ошпаренные змеи, и Дон слышит нечеловеческий вопль. Но это не тварь издаёт его! Дона начинает трясти при мысли, что же должно ощущать существо, издающее такие звуки! Он оглядывается и видит, что это орёт Дулли. Его ногу изжёвывает между бетоном и гусеницей. Он хотел выпрыгнуть из кабины, но не удержался и свалился прямо в мясорубку.
Дулли верещит и пытается выдернуть обрубок. Он пытается оттолкнуться второй ногой. Она изрывает щебёнку с камнями, судорожно ищет, какую либо опору. Рвутся сухожилия, окончательно превращая ногу в культю и новый, незнакомый звук оглашает площадку. т.
Это со звонким треском лопается коленный сустав второй ноги, до которой подобрался кровожадный кран. Визг переходит ту грань, которую способна выдержать психика.
человека.
— Дулли!
— Дон рванул к бедному другу. Через несколько шагов удар по затылку заставил его присесть на землю. Сквозь чёрно-белых муравьёв, бегающих по глазам, он видит мальчика, который пришёл с альбомом для рисования. Он замахивается второй половиной кирпича.
Будто отголосок прежнего, ласкающего, зова, желание чтобы парень бил точнее, проникает в его пульсирующий мозг.
Лишь бы не слышать рокот крана, который выдавливает из Дулли внутренности, как из тюбика с любимым цветом краски. Не знать, что неподалёку валяется полуживой Костнер, а в фургоне покоится скромняга Майкл. Не осознавать, что десяток детей движется прямиком в лапы безликого создания.
Перед тем как отключиться, он увидел исчезающих в пробитом проёме детей. Уходящих вслед за страшилищем в каменную могилу, этот детский хоспис.
Ибо Дон был уверен, что никто из них не вернётся оттуда живым.
Дон, кажется, слышит хныканье.
С ударом рушится замурованный проём, и реальность взрывом влетает в глаза и уши Дона. Сквозь бурю пыли он замечает, что в здании кто-то есть. Человек в чёрном костюме. Мать твою! Дон похолодел. Задница! Это наверняка проверяющий!
— Дулли! — заорал Дон и замахал руками.
— Стой! Стоп-машина!
Но машина ревёт и Дулли его не слышит. Он вновь поворачивает башню для размаха. Слишком.
резко. Дон бежит к крану, а взглядом шарит по окнам и ищет мужчину. Он ещё там! Клубы пыли плывут по зданию, но всё же видно как он идёт по коридору, то и дело, мелькая в окнах.
Мимо Дона пролетает шар, увлекаемый цепью.
Чёртов Дулли! Шар на полном ходу врезается в строительный фургон, сминая его как жестяную коробочку печенья. Дон в ужасе замирает. Он слышит из жестянки истошные человеческие вопли. Стрекот крана смешивается с криками и детским плачем. Это плачут собравшиеся дети. Их уже больше пяти.
Д-оооооооооооо-нннннн…
— Снова разливается волна блаженства в его голове. Ему кажется, он чувствует направление голоса. Это дыра, которую проделал Дулли. Оттуда выплывает тот самый проверяющий. Он скользит по обломкам на многочисленных щупальцах, которые несут его худощавое жилистое тело, обёрнутое в строгий деловой костюм.
Дон трясёт головой, пытаясь избавиться от наваждения. Он видит как, шатаясь, поднимается и снова падает выбравшийся из мышеловки Костнер. Осколки стёкол вонзились ему в лицо. Он мычит глядя на существо из больницы и разбрызгивает капли крови вокруг себя.
Дети потянулись к монстру. Дон хочет остановить их, но руки вместо того чтобы хватать, только гладят и подталкивают ребят. Он идёт вместе с ними.
Дулли включил передачу и направил машину. Все вместе они приближались к зловещему созданию. Дон с детьми и Дулли, давящий обломки огромными траками.
Солнце укрылось от них. Будто не желая освещать творящийся здесь кошмар. Граффити на стенах здания наполняются тьмой, а самые тёмные из них буквы и иероглифы начинают шевелиться.
Проверяющий покачивается на своих огромных щупальцах, которые выходят прямо из подола костюма, такого же чернильно-черного, как и они. Из воротника белой рубашки выглядывает его безобразная голова. Она покрыта струпом, который скрывает лицо и наросты на голове, рога или уши. Наросты делают лицо подобно оплывшему воском. Под кожаной маской угадывается нос и глазные впадины, которые сейчас обращены в сторону крана.
Щупальца вскипают как ошпаренные змеи, и Дон слышит нечеловеческий вопль. Но это не тварь издаёт его! Дона начинает трясти при мысли, что же должно ощущать существо, издающее такие звуки! Он оглядывается и видит, что это орёт Дулли. Его ногу изжёвывает между бетоном и гусеницей. Он хотел выпрыгнуть из кабины, но не удержался и свалился прямо в мясорубку.
Дулли верещит и пытается выдернуть обрубок. Он пытается оттолкнуться второй ногой. Она изрывает щебёнку с камнями, судорожно ищет, какую либо опору. Рвутся сухожилия, окончательно превращая ногу в культю и новый, незнакомый звук оглашает площадку. т.
Это со звонким треском лопается коленный сустав второй ноги, до которой подобрался кровожадный кран. Визг переходит ту грань, которую способна выдержать психика.
человека.
— Дулли!
— Дон рванул к бедному другу. Через несколько шагов удар по затылку заставил его присесть на землю. Сквозь чёрно-белых муравьёв, бегающих по глазам, он видит мальчика, который пришёл с альбомом для рисования. Он замахивается второй половиной кирпича.
Будто отголосок прежнего, ласкающего, зова, желание чтобы парень бил точнее, проникает в его пульсирующий мозг.
Лишь бы не слышать рокот крана, который выдавливает из Дулли внутренности, как из тюбика с любимым цветом краски. Не знать, что неподалёку валяется полуживой Костнер, а в фургоне покоится скромняга Майкл. Не осознавать, что десяток детей движется прямиком в лапы безликого создания.
Перед тем как отключиться, он увидел исчезающих в пробитом проёме детей. Уходящих вслед за страшилищем в каменную могилу, этот детский хоспис.
Ибо Дон был уверен, что никто из них не вернётся оттуда живым.
Страница 2 из 2
