28 августа 2013 года исполнилось ровно 10 лет началу цепи в высшей степени неординарных преступлений, аналог которым в мировой криминальной истории вряд ли можно отыскать даже при всём старании.
176 мин, 43 сек 17062
Итак, в ходе шести официальных допросов, проведенных в августе, сентябре и декабре 2005 г., Барнс дал показания, позволившие ФБР прочно «привязать» Диль-Армстронг к преступлению. Да-да, именно так, ведь если вдуматься, то вся суть рассказанного Барнсом сводится к тому, что Марджори являлась«волевым приводом» преступной группы. Сам Барнс, если следовать его логике, ничего плохого не задумывал, не готовил и не исполнял. Он даже папашку Марджори убивать не собирался, хотя и намеревался получить в качестве предоплаты за это преступление 100 тыс.$, добытых путём ограбления банка. Примечательна также деталь, связанная с таймерами«Sunbeam» — изделия эти не являлись уникальными и тот факт, что Кеннет Барнс видел таймеры у Марджори (даже если это действительно было так!), ни в чём её не уличал, но… Тем не менее, сотрудники ФБР старательно зафиксировали эту деталь. Казалось бы, почему? что в этом такого принципиально важного? Ответ обескураживающе прост: таймеры«Sunbeam», якобы переданные Марджори Диль-Армстронг её бывшему любовнику Уилльяму Ротштейну — это единственная улика, хоть как-то привязывающая Марджори к «бомбе на шее». Без этих таймеров следствие вообще бы ничего не могло предъявить Марджори, кроме её собственного признания, от которого она в любой момент могла отказаться. Поэтому очень трудно отделаться от ощущения, что главная цель, которая преследовалась спецагентом Кларком при «введении в сюжет» Кеннета Барнса, заключалась в том, чтобы сделать невозможным отказ Марджори Диль-Армстронг от сделанных в июне 2005 г. признаний.
Однако, от собственных признаний мог отказаться и Кен Барнс. Дабы исключить всякую возможность изменения или отказа в будущем от сделанных заявлений, рассказы Барнса надлежало чем-то подкрепить. Поскольку вещественные улики спустя более 2 лет с момента совершения преступления отыскать уже не представлялось возможным, надеяться приходилось лишь на рассказы очевидцев давно минувших событий. Спецагент Кларк в конце декабря 2005 г. разыскал и допросил Анджел Оуэнс, сожительницу Кеннета Барнса, которая припомнила, что в конце августа 2003 г. последний несколько раз высказывался в том духе, что «имеются проблемы от которых не сбежать». О каких проблемах толковал Кен она не знала, но высказывания такого рода запомнила очень хорошо.
И вот 4 января 2006 г. к агенту Кларку на допрос доставили Джессику Хупсик, да-да, ту самую проститутку, о которой упомянул Кеннет Барнс на допросе тремя неделями ранее. Примечательно, что ФБР на розыск проститутки, которая ни от кого не пряталась, потребовалось так много времени. Отношения в треугольнике «Кеннет Барнс — Брайан Уэллс — проститутки города Эри» до такой степени, что на их разборе мы остановимся чуть ниже, но пока просто заметим, что всё, связанное с Джессикой в контексте истории«бомбы-на-шее» чрезвычайно интересно и заслуживает особого внимания.
Итак, 4 января Джессика рассказала специальному агенту Кларку историю, приключившуюся с ней 27 августа 2003 г., т. е. накануне неудачного ограбления отделения банка PNC. По словам дамочки, в тот день она встретилась со своим постоянным клиентом Брайаном Уэллсом и сидела в автомашине последнего, когда на парковке рядом остановилась машина, за рулём которой оказался Кеннет Барнс. Джессика знала обоих мужчин и, как воспитанная дама, представила их друг другу, сказав буквально: «Брайан, это Кеннет. Кеннет, это Брайан», на что Барнс коротко буркнул «Я знаю!» и быстро удалился с парковки. Сказанное чрезвычайно озадачила Джессику и отложилось в её голове, тем более, что на следующий день Брайан Уэллс погиб, можно сказать, в прямом телеэфире. Встретившись с Барнсом через несколько дней, Джессика поинтересовалась у него, откуда тот знает Уэллса? Барнс повёл себя странно — он принялся утверждать, будто он вовсе и не был знаком с Брайаном, а слова, сказаннае им на парковке, Джессика просто-напросто неверно истолковала. Такой вот рассказ ни о чём… хотя в дальнейшем он и попал в обвинительное заключение.
В конце января 2006 г. Кларк в сопровождении ещё одного сотрудника ФБР отправился в штат Вашингтон для встречи с вышедшим на свободу Флойдом Стоктоном. В этой встрече участвовал и Маршалл Пиччинини (Marshall Piccinini), работник федерального Департамента юстиции, курировавший северо-востончые округа штата Пенсильвания. До 1994 г. Пиччинини работал в военной прокуратуре, после демобилизации устроился помощником окружного прокурора, а через пять лет перешёл в федеральную прокуратуру. Он с самого начала участвовал в расследовании ограбления банка PNC. Встреча оказалась безрезультатной — Стоктон не пожелал говорить о своём пребывании в доме Ротштейна и заявил, что не верит представителям государственной власти.
Однако, от собственных признаний мог отказаться и Кен Барнс. Дабы исключить всякую возможность изменения или отказа в будущем от сделанных заявлений, рассказы Барнса надлежало чем-то подкрепить. Поскольку вещественные улики спустя более 2 лет с момента совершения преступления отыскать уже не представлялось возможным, надеяться приходилось лишь на рассказы очевидцев давно минувших событий. Спецагент Кларк в конце декабря 2005 г. разыскал и допросил Анджел Оуэнс, сожительницу Кеннета Барнса, которая припомнила, что в конце августа 2003 г. последний несколько раз высказывался в том духе, что «имеются проблемы от которых не сбежать». О каких проблемах толковал Кен она не знала, но высказывания такого рода запомнила очень хорошо.
И вот 4 января 2006 г. к агенту Кларку на допрос доставили Джессику Хупсик, да-да, ту самую проститутку, о которой упомянул Кеннет Барнс на допросе тремя неделями ранее. Примечательно, что ФБР на розыск проститутки, которая ни от кого не пряталась, потребовалось так много времени. Отношения в треугольнике «Кеннет Барнс — Брайан Уэллс — проститутки города Эри» до такой степени, что на их разборе мы остановимся чуть ниже, но пока просто заметим, что всё, связанное с Джессикой в контексте истории«бомбы-на-шее» чрезвычайно интересно и заслуживает особого внимания.
Итак, 4 января Джессика рассказала специальному агенту Кларку историю, приключившуюся с ней 27 августа 2003 г., т. е. накануне неудачного ограбления отделения банка PNC. По словам дамочки, в тот день она встретилась со своим постоянным клиентом Брайаном Уэллсом и сидела в автомашине последнего, когда на парковке рядом остановилась машина, за рулём которой оказался Кеннет Барнс. Джессика знала обоих мужчин и, как воспитанная дама, представила их друг другу, сказав буквально: «Брайан, это Кеннет. Кеннет, это Брайан», на что Барнс коротко буркнул «Я знаю!» и быстро удалился с парковки. Сказанное чрезвычайно озадачила Джессику и отложилось в её голове, тем более, что на следующий день Брайан Уэллс погиб, можно сказать, в прямом телеэфире. Встретившись с Барнсом через несколько дней, Джессика поинтересовалась у него, откуда тот знает Уэллса? Барнс повёл себя странно — он принялся утверждать, будто он вовсе и не был знаком с Брайаном, а слова, сказаннае им на парковке, Джессика просто-напросто неверно истолковала. Такой вот рассказ ни о чём… хотя в дальнейшем он и попал в обвинительное заключение.
В конце января 2006 г. Кларк в сопровождении ещё одного сотрудника ФБР отправился в штат Вашингтон для встречи с вышедшим на свободу Флойдом Стоктоном. В этой встрече участвовал и Маршалл Пиччинини (Marshall Piccinini), работник федерального Департамента юстиции, курировавший северо-востончые округа штата Пенсильвания. До 1994 г. Пиччинини работал в военной прокуратуре, после демобилизации устроился помощником окружного прокурора, а через пять лет перешёл в федеральную прокуратуру. Он с самого начала участвовал в расследовании ограбления банка PNC. Встреча оказалась безрезультатной — Стоктон не пожелал говорить о своём пребывании в доме Ротштейна и заявил, что не верит представителям государственной власти.
Страница 38 из 57
