О да, сегодня меня ждало очередное приятное пробуждение — рядом, на тумбочке изображая из себя перфоратор разрывался выключенный на ночь мобильник, а из соседней комнаты доносились истеричные трели отключенного домашнего телефона. Застонав сквозь зубы, я закрыла голову подушкой. Так больше не может продолжаться…
7 мин, 22 сек 6325
Это уже ни в какие ворота не лезет! Рывком откинув подушку и одеяло, я сползла с постели, поежившись, когда ступни коснулись ледяного пола. Лениво побрела к тумбочке. Про себя отмечая, что вытащенная батарейка не спасла меня от назойливого внимания. Схватив дребезжащее средство связи, поплелась в комнату за вторым нарушителем моего спокойствия. Несчастный телефон казалось уже из последних сил выдает надоевшие до зубовного скрежета трели. Подцепив мученика второй рукой, выхожу на балкон. Быстро, чтобы не замерзнуть окончательно, приоткрываю окно и вышвыриваю разрывающихся пластмассовых монстров.
За что это мне? Неужели мало тех напоминаний, что остались в душе? Я уже месяц провела в затворничестве, надеясь хотя бы так спастись от его преследований, но даже это не охладило пыл этого упертого осла. «Козла» — подсказало мне подсознание, напоминая о маленьких симпатичных рожках, украшающих его высокий красивый лоб. Тьфу, пропасть!
Я замотала головой, избавляясь от наваждения. Задернула шторы, погружая комнату в полумрак. Так удобней, когда нет возможности следить за бегом времени. Лениво побрела в ванну, попутно включая небольшие бра, расположенные по периметру моей квартиры. Я всегда любила полумрак, он казался мне таинственным и скрывающим самые важные загадки мироздания. Теперь же, когда я знаю, что может в нем скрываться, я уже скорее по привычке погружаюсь в темноту, прекрасно понимая, что она может от меня прятать. Точнее, теперь я сама скрываюсь в ней, в надежде, что моя упертость все-таки переборет его.
Включив в ванной свет, недовольно морщусь — из зеркала на меня уже привычно, помимо моего любимого отражения, смотрит он. Робко улыбаясь, он подходит ко мне и обнимает за талию. Его губы что-то беззвучно шепчут на ухо моему зеркальному «я» и оно, как и в каждый день до этого, смущенно хихикает. Раздраженно фыркнув, включаю кран, стараясь не смотреть на разыгрываемый спектакль. Но надо отдать должное, фантазия у этого демона безграничная, как только он додумался до этих зеркальных представлений, я очень многое узнала из того, как можно делать детей и завоевывать женские сердца. Не буду лукавить, эти спектакли по началу очень трогали, но сейчас, видимо уже сказывается привычка, и я равнодушно уперевшись взглядом в зеркало, чищу зубы и привожу себя в порядок, наблюдая как этот искуситель медленно занимается любовью с моим отражением. Эта картина пару раз заставляет меня фыркнуть, особенно в моменты когда мое я увлеченно чистит зубы в процессе совсем недетских игр.
Выключив кран, я быстро расчесываю волосы и уже в который раз наблюдаю, как этот упрямый демон осторожно прикладывает свою ладонь к поверхности зеркала и преданно заглядывает мне в глаза. Сколько раз я одергивала себя? Сколько запрещала себе тонуть в этом синем океане, что бушует в его глазах? Неважно, это все равно не спасет. Теперь счет идет уже на «кто кого переупрямит» и я совершенно не собираюсь проигрывать, на этот раз.
Гордо вздернув подбородок, иду на кухню чтобы выпить любимого малинового чая и заесть это дело парой высохших сушек. Мои запасы опять подходят к концу, но я особо не волнуюсь по этому поводу — пару дней не появлюсь у любой зеркальной поверхности и услышу отрывистую трель дверного звонка, за которой окажется несколько пакетов с моими любимейшими деликатесами. Это как переход на очередной виток нашего противостояния. Но я не сдамся. Пусть даже не мечтает. Именно это я сказала ему, когда ушла. Не сдамся.
По пути в спальню завесила полотенцем зеркало в ванной, успев перехватить понимающий взгляд на любимом лице и с независимым видом отправилась драпировать все остальные отражающие поверхности в доме.
Часы мне ни к чему, полумрак квартиры разбавляет тусклый электрический свет ламп. Прихватив из спальни любимый теплый плед и пару шерстяных носков, пошла на поиски сигарет. Последние обнаружились на столике в прихожей, рядом с единственным неукрытым зеркалом. Ехидно улыбнувшись двум отражениям, накинула на него толстую хлопковую шаль.
А потом, подцепив двумя руками старую печатную машинку и кипу чистых листов, устроилась наконец в своем любимом кресле. Натянула носки, завернулась в плед и устроила на коленях неуклюжего печатного монстра, разбирая в памяти очередность сегодняшних описаний. Да, конечно, намного удобней было бы воспользоваться ноутбуком или компьютером, но увы последние, еще 3 недели назад, вылетели из окна, после того, как начали меня упрашивать вернуться. Пока машинка не начнет выстукивать азбукой морзе извинения и признания в любви, она может чувствовать себя в безопасности.
Да и вообще, как там говорится? Мой дом — моя крепость? Очень точное замечание, если не принимать во внимание, что моя крепость вот уже больше месяца находится в осаде.
За что это мне? Неужели мало тех напоминаний, что остались в душе? Я уже месяц провела в затворничестве, надеясь хотя бы так спастись от его преследований, но даже это не охладило пыл этого упертого осла. «Козла» — подсказало мне подсознание, напоминая о маленьких симпатичных рожках, украшающих его высокий красивый лоб. Тьфу, пропасть!
Я замотала головой, избавляясь от наваждения. Задернула шторы, погружая комнату в полумрак. Так удобней, когда нет возможности следить за бегом времени. Лениво побрела в ванну, попутно включая небольшие бра, расположенные по периметру моей квартиры. Я всегда любила полумрак, он казался мне таинственным и скрывающим самые важные загадки мироздания. Теперь же, когда я знаю, что может в нем скрываться, я уже скорее по привычке погружаюсь в темноту, прекрасно понимая, что она может от меня прятать. Точнее, теперь я сама скрываюсь в ней, в надежде, что моя упертость все-таки переборет его.
Включив в ванной свет, недовольно морщусь — из зеркала на меня уже привычно, помимо моего любимого отражения, смотрит он. Робко улыбаясь, он подходит ко мне и обнимает за талию. Его губы что-то беззвучно шепчут на ухо моему зеркальному «я» и оно, как и в каждый день до этого, смущенно хихикает. Раздраженно фыркнув, включаю кран, стараясь не смотреть на разыгрываемый спектакль. Но надо отдать должное, фантазия у этого демона безграничная, как только он додумался до этих зеркальных представлений, я очень многое узнала из того, как можно делать детей и завоевывать женские сердца. Не буду лукавить, эти спектакли по началу очень трогали, но сейчас, видимо уже сказывается привычка, и я равнодушно уперевшись взглядом в зеркало, чищу зубы и привожу себя в порядок, наблюдая как этот искуситель медленно занимается любовью с моим отражением. Эта картина пару раз заставляет меня фыркнуть, особенно в моменты когда мое я увлеченно чистит зубы в процессе совсем недетских игр.
Выключив кран, я быстро расчесываю волосы и уже в который раз наблюдаю, как этот упрямый демон осторожно прикладывает свою ладонь к поверхности зеркала и преданно заглядывает мне в глаза. Сколько раз я одергивала себя? Сколько запрещала себе тонуть в этом синем океане, что бушует в его глазах? Неважно, это все равно не спасет. Теперь счет идет уже на «кто кого переупрямит» и я совершенно не собираюсь проигрывать, на этот раз.
Гордо вздернув подбородок, иду на кухню чтобы выпить любимого малинового чая и заесть это дело парой высохших сушек. Мои запасы опять подходят к концу, но я особо не волнуюсь по этому поводу — пару дней не появлюсь у любой зеркальной поверхности и услышу отрывистую трель дверного звонка, за которой окажется несколько пакетов с моими любимейшими деликатесами. Это как переход на очередной виток нашего противостояния. Но я не сдамся. Пусть даже не мечтает. Именно это я сказала ему, когда ушла. Не сдамся.
По пути в спальню завесила полотенцем зеркало в ванной, успев перехватить понимающий взгляд на любимом лице и с независимым видом отправилась драпировать все остальные отражающие поверхности в доме.
Часы мне ни к чему, полумрак квартиры разбавляет тусклый электрический свет ламп. Прихватив из спальни любимый теплый плед и пару шерстяных носков, пошла на поиски сигарет. Последние обнаружились на столике в прихожей, рядом с единственным неукрытым зеркалом. Ехидно улыбнувшись двум отражениям, накинула на него толстую хлопковую шаль.
А потом, подцепив двумя руками старую печатную машинку и кипу чистых листов, устроилась наконец в своем любимом кресле. Натянула носки, завернулась в плед и устроила на коленях неуклюжего печатного монстра, разбирая в памяти очередность сегодняшних описаний. Да, конечно, намного удобней было бы воспользоваться ноутбуком или компьютером, но увы последние, еще 3 недели назад, вылетели из окна, после того, как начали меня упрашивать вернуться. Пока машинка не начнет выстукивать азбукой морзе извинения и признания в любви, она может чувствовать себя в безопасности.
Да и вообще, как там говорится? Мой дом — моя крепость? Очень точное замечание, если не принимать во внимание, что моя крепость вот уже больше месяца находится в осаде.
Страница 1 из 3
