Братья Харди — 21. Саботаж на Олимпиаде

— С тех пор я с ним не виделась. А сегодня утром говорила с ним по телефону. Он мне все про вас рассказал, мальчики… Но мне ничего не оставалось, как сказать ему то, о чем хочу предупредить и вас. Я не могу позволить вам действовать самостоятельно, а тем более болтать всем встречным и поперечным… — О! Но ведь мы… — заговорил было Джо.

— Ты, должно быть, Джо? — в свою очередь перебила его Кэтлин.

— Твой отец предупредил, что ты обычно не даешь собеседнику закончить фразу.

Фрэнк засмеялся, а Джо сел на стул и надулся.

— Фентон сказал, что вы можете нам пригодиться. Что ж, вы молоды и выглядите как настоящие атлеты. Вам будет несложно смешаться со спортсменами. Я думала об этом и решила, что, пожалуй, он прав. Кто знает, может, вы на самом деле поможете разобраться в этой скверной истории.

— Кэтлин выдвинула ящик стола и показала две пары карточек — голубых и оранжевых.

— Голубые — для спортсменов, оранжевые — для сотрудников службы безопасности. Если возникнут проблемы или какие-то особые обстоятельства, показывайте оранжевые карточки, — объяснила она.

— А голубые позволят вам войти почти в любое здание Олимпийской деревни.

— Грандиозно! — Джо вскочил со стула и устремился к столу.

— Что же произошло вчера с олимпийским огнем? — спросил Фрэнк, беря быка за рога.

— Мы обнаружили в чаше следы нефтепродуктов, — ответила Кэтлин.

— Но я считаю, это плохая зацепка. Доступ к факелу до начала Олимпиады имели тысяч пять человек.

— Почему так много? — удивился Фрэнк.

— Для строительства одной только платформы потребовалось сто плотников, — начала она.

— Потом две тысячи певцов, танцоров, музыкантов, которые репетировали целых три дня. Да и у спортсменов был свободный доступ на стадион.

— Ну хорошо… А как с хлоркой в бассейне? — спросил Фрэнк.

— Мы все проверили — никакого намека на след. Попробуйте, попытайте счастья. ФБР над этим тоже, конечно, работает.

— Можно взглянуть на письмо, которое пришло в Олимпийский комитет? — попросил Джо.

— Там может что-нибудь оказаться… Кэтлин улыбнулась.

— Извините, ребята, но так далеко я не могу вас допустить. Письмо забрали в ФБР. Его сейчас изучают специалисты, используя сильнейшие микроскопы и всякую другую технику, которая у них есть. Правда, я могу показать вам копию.

Кэтлин потянулась к другому ящику и достала фотокопию письма.

Джо бросил взгляд на бумагу. Текст был напечатан на машинке или на принтере, точнее невозможно было определить. Шрифт казался самым обычным, содержание практически совпадало с тем, что сказал Шон. «Я собираюсь поставить олимпийский рекорд: во время игр погибнут пятьдесят три человека».

— Можно мы это возьмем?

— Еще раз прошу прощения, — произнесла Кэтлин.

— ФБР занимается этим делом так плотно, что я даже копию не могу вам дать. Честно говоря, мне не совсем понятно, зачем она вам. Если есть какие-нибудь улики, они будут на оригинале. В том числе и отпечатки пальцев. В Федеральном бюро этим уже занимаются.

— Да, пожалуй… — сказал Джо раздосадовано.

— Ну хорошо, а что вы-то сами обо всем этом думаете? — спросил Фрэнк.

— У вас есть какие-нибудь подозрения?

— Пока мы считаем, что это своего рода политическая угроза. Более подходящего объяснения нет. Но я готова выслушать любые другие версии, если они у вас возникнут.

— Расскажи, что мы думаем, Фрэнк, — обратился к брату Джо.

Фрэнк рассказал о пятидесяти трех спортсменах, заявленных на участие в марафоне.

Кэтлин изменилась в лице и встревоженно покачала головой.

— А мы об этом и не подумали, — медленно сказала она.

— Всем сердцем хотела бы, чтобы вы ошиблись. Мы просто не в состоянии гарантировать безопасность пятидесяти трем спортсменам на дистанции в двадцать шесть миль. Никакая служба безопасности не располагает такими силами. Трасса проходит через город, среди многоэтажных домов. Снайперам будет нетрудно укрыться на крышах или смешаться с толпой. А бегуны окажутся прекрасной мишенью.

— Конечно, все это только предположения, — поспешил добавить Джо.

— Это могут быть и любые другие пятьдесят три спортсмена. Или… пятьдесят три болельщика.

Кэтлин поежилась.

— Даже не знаю, что хуже, — сказала она.

В комнате повисла тяжелая тишина. Каждый из находящихся в ней представил себе возможные последствия этой угрозы. Спустя минуту ребята поднялись и направились к выходу.

— Остается надеяться, что все это просто чей-то дурацкий розыгрыш, — неуверенно произнесла Кэтлин, провожая братьев к двери; прощаясь, она дала им номер специального телефона для экстренных случаев.

— Связывайтесь с нами, если что-нибудь обнаружите. Да, еще вот что… 'Никаких разговоров с прессой. О письме ни слова. Мы просили всех спортсменов держать это в тайне.

— Понятно, — ответил Фрэнк, закрывая за собой дверь.

— Ну и куда теперь? — спросил Джо.

— Знаешь, я бы сначала вернулся к Лайлу. Может, выйдем на того парня, который бросил в воду хлорку.