Братья Харди — 4. Тайна старой мельницы

— Интервал между диверсиями составлял восемь недель плюс один день. На каждом из предприятий, — продолжал сыщик, — взрывы происходили после окончания рабочего дня. Я рассчитал, что в соответствии с этой схемой взрыв на «Электоне» произойдет через пару дней, и начал систематический осмотр корпусов. Я планировал осуществлять его ежедневно, пока диверсанты не будут пойманы здесь или где -то еще. По моей просьбе компания выделила мне в помощь одного охранника. Одного, потому что я считал: чем меньше людей будет знать о моих действиях, тем лучше. Действуя таким образом, я сорвал план диверсантов в Детройте.

— Он помолчал.

— Ничего подозрительного не происходило вплоть до сегодняшнего дня, когда я пришел в секцию, где ведется экспериментальная работа. После того, как рабочий день закончился и в помещениях включили ночное освещение, я решил осмотреть лаборатории в восточном крыле… — Мистер Харди умолк и, сделав глубокий вдох, продолжил: — Как только я дошел до лабораторий, я почему -то оглянулся. Вот тут -то все и началось.

— А что ты увидел, когда оглянулся? — спросил Джо, и ребята выжидающе наклонились вперед.

— Из лаборатории в западном крыле торопливо вышли двое мужчин в спецовках, у одного в руке была кожаная сумка. Мне же было известно, что в здании в это время не должно быть никого. Я пошел им навстречу, чтобы узнать, что они там делают. Но они бросились бежать и проскочили мимо меня на лестницу.

— Ты заметил, как они выглядят? — спросил Фрэнк.

— Я мельком видел только одного. С крупными чертами лица и густыми бровями. Я хотел их догнать, но почувствовал запах гари — в восточной лаборатории что -то горело, — и бросился туда. Первое, что я увидел, был длинный шнур, тянувшийся к ящику динамита. Я не знал, какого типа этот шнур — возможно, огонь шел по нему внутри, — и у ящика с динамитом перерезал его перочинным ножом. Как правило, профессиональные диверсанты не полагаются лишь на одно взрывное устройство, поэтому я сразу бросился в западное крыло — осмотреть тамошние лаборатории.

— Мистер Харди откинулся в кресле и потер кровоподтек на виске.

— Я не успел, — сказал он тихо.

— Я еще бежал туда, когда раздался грохот и взвились языки пламени. Взрывной волной меня оглушило и отбросило к стене, но у меня хватило сил добраться до восточного крыла. Я схватился за телефон. Затем потерял сознание… Должно быть, я лежал так довольно долго, потому что, когда пожарные нашли меня и помогли выбраться, пожар был уже потушен.

— Как ты сейчас себя чувствуешь? — спросил Фрэнк.

— Ничего. Это была временная потеря сознания, от шока. Меня беспокоит другое: я вычислил время действий этой банды, только они, по всей вероятности, испугались и перенесли свою преступную акцию на два дня раньше.

— Жаль, что меня там не было! — мрачно сказал Джо.

— Я бы помог тебе схватить этих гадов!

Чет спросил мистера Харди, не хочет ли он пить.

— Я мигом приготовлю лимонад, — предложил он.

— Хорошо бы, — улыбнулся мистер Харди.

Они медленными глотками пили лимонад. Фрэнк и Джо спросили отца, что он обо всем этом думает.

— Я по -прежнему убежден, — ответил мистер Харди, — что один из диверсантов работает на заводе. Иначе откуда он мог узнать, когда дежурный совершает обход и как можно отсоединить электронную сигнализацию? Но как его сообщники проникли на территорию, этого я не могу себе представить — ворота ведь строго охраняются.

Теперь настала очередь Фрэнка рассказать отцу о зеленом грузовичке.

— Сначала мы подозревали, что он связан с фальшивомонетчиками. А теперь ясно, что им пользовались диверсанты.

Эта версия заинтересовала Фентона Харди. Взяв у Джо регистрационный номер грузовика, он сразу позвонил в полицию.

Поговорив по телефону, он сказал ребятам что номер проверят в Бюро регистрации. К утру будет известно также, кому принадлежит отпечаток, обнаруженный на напальчнике.

На следующее утро, позавтракав, Фрэнк решил еще раз взглянуть на записки с угрозами.

— Зачем? — с любопытством спросил Джо когда они подошли к отцовской картотеке.

Фрэнк достал две записки: одну — присланную на стреле, а другую — обнаруженную Четом в машине.

— Я все время думал о шрифте на этих записках: он похож на… Понял! — воскликнул он.

— Что ты понял?

— А то, что шрифт — такой же, как на конверте Кена, адресованном Виктору Питерсу! Теперь я в этом абсолютно уверен.

Ребята возбужденно обсуждали, что дает им это открытие.

— Надо выяснить, — сказал Джо, — кто печатает адреса на конвертах, которые доставляет Кен, и всегда ли они адресованы мистеру Питерсу в «Паркер билдинг». И почему именно туда, если у него нет там конторы? И вообще кто такой Виктор Питерс?

— Если конверты надписывает тот, кто послал эти записки, — заявил Фрэнк, — то, похоже, под видом работы для «Электона» он что -то пересылает своему сообщнику. Интересно, что такое он мог пересылать?

— Во всяком случае, — добавил Джо, — это связано либо с фальшивомонетчиками, либо с диверсантами.