Половицы жалобно скрипели под ногами от каждого движения Светы. В доме густо пахло старьем…
6 мин, 17 сек 11201
Но безысходная ситуация предполагала только такое жилье: старый полуразваленный дом где-то на окраине захудалой деревеньки. Отец умер, а мать была не в состоянии обеспечивать семью, поэтому с хорошей квартирой в городе пришлось распрощаться, чтобы продержаться до того момента, как женщина устроится на работу.
— Когда мы сможем вернуться в город? — выдохнула Света с хорошо замаскированной ноткой печали в голосе. Не хотелось лишний раз расстраивать и без того усталую, несчастную мать.
— Обещаю, что долго мы здесь не задержимся! — ободряюще улыбнулась темноволосая женщина. Хотя у Светы и был не ангельский характер, позволяющий бесстыдно капризничать перед мамой, но не в этот раз. Она не будет говорить, что ей здесь не нравится и устраивать истерики.
Света кивнула, не будучи уверена, что мать увидела этот жест из комнаты, в которой уже успела скрыться, занося коробки с какими-то вещами. Взяв в руки коробку, наполненную какой-то канцелярией, она направилась в комнату, отведенную специально для нее. Зайдя в небольшое помещении, Света огляделась. К левой стене стояла, почти напротив двери. Около окна, на противоположной стороне, расположился стол, а справа еще пустующие шкафы обвивали стену.
Поставив коробку на массивный стол, Света взглянула на ее содержимое. Тетради, книжки для саморазвития, исписанные листочки, а сверху всю эту незамысловатую пирамиду украшал темно-коричневый кожаный дневник. Сюда девочка записывала всю ее жизнь, здесь хранятся все ее воспоминания и чувства, поэтому первое, о чем она позаботится — это место для его хранения.
Первая и самая банальная мысль, пришедшая в голову Светы, была спрятать дневник под кровать. Было прекрасно ясно, что там его найдут в первую очередь. Хотя, кому нужно искать никому ненужную, кроме нее, тетрадку? Света легла на пол и заползла под кровать, ища укромное место. Прикрепить к самой кровати было невозможно, поэтому глаза почти сразу опустились к полу. От ёрзующих движений, одна из половиц громко скрипнула, заставив обратить на себя внимание. Деревяшка немного приподнялась и рука Светы автоматически потянулась к ней, приподняла, открыв взору пространство, идеально подходящее для хранения дневника.
Видимо, так посчитала не только Света, потому что в углублении, между полусгнивших досок, уже примостился потрепанный старый дневник. Любопытство затмило все здравые мысли и девочка взяла дневник, поднеся его к лицу. На обложке были инициалы, выведенные витыми буквами: «А. К». Только Света хотела открыть тетрадь, как в комнате раздался громкий звук. В дверь комнаты кто-то ломился. Но девочка была полностью уверена, что не запирала дверь. Страх прижимал ее тяжелым прессом к полу, а громыхания тяжелой двери не прекращались.
Света все-таки решилась выглянуть из своего укрытия. Дверь была аккуратной, только покрашенной, обои гладкими и чистыми, а интерьер во многом не походил на нынешний: стол стоял на прежнем месте, а вот напротив кровати стоял массивный шкаф для одежды, рядом — книжный. Обстановка была старой и бедной, хоть выглядела ухоженной.
— Открой дверь, сейчас же! Аня, я кому говорю? — послышался приглушенный свирепый мужской голос.
Света замерла, а вместе с этим притихло и громыхание двери. Теперь, в сложившейся тишине, девочка смогла разобрать тихие всхлипы, исходившие прямо с кровати. Там кто-то был, там кто-то плакал.
Фраза «я еще вернусь» донеслась с дальнего расстояния негромким эхом, потому что мужчина с каждой секундой отдалялся от двери. Света набралась храбрости и вылезла из-под кровати, сразу же заметив заплаканную девочку с темными волосами. Слезы застилали глаза, но она все равно что-то писала в тетрадь… в дневник. Тот самый, который Света сейчас крепко сжимала в руках.
— Эй, — тихим дрожащим голосом выдавила из себя Света. Но темноволосая даже не пошевелилась.
— Посмотри на меня! — но ответа все также не последовало. Света начала паниковать, пытаясь успокоить себя банальной отговоркой: «Ты просто спишь, это сон».
Дневник выпал из дрожащих рук и с глухим звуком ударился о деревянный пол. Навязчивое ведение стало расплываться и вскоре, вовсе исчезло, растворившись и обнажив привычную взору комнату. Что это было?! Света с опаской посмотрела на потрепанную книжицу.
«Мне ничего не будет, никто не причинит мне вред. Это лишь видение, банальная галлюцинация, мне ничего бояться», — неуверенно сказала самой себе девочка. Присев, она снова взяла в руки дневник. И зажмурилась, готовясь увидеть заплаканную девочку или старую комнату. Но видение не повторилось. Света стала отчаянно вспоминать, что вызвало эту галлюцинацию. Точно, она хотела открыть дневник! Рука потянулась к переплету и открыла книжонку на первой странице, но ничего все равно не произошло. Теперь девочка была уверена, что все это было лишь реалистичным плодом ее воображения.
Первая надпись привлекла внимание Светы.
«2 июня 1984 года.»
— Когда мы сможем вернуться в город? — выдохнула Света с хорошо замаскированной ноткой печали в голосе. Не хотелось лишний раз расстраивать и без того усталую, несчастную мать.
— Обещаю, что долго мы здесь не задержимся! — ободряюще улыбнулась темноволосая женщина. Хотя у Светы и был не ангельский характер, позволяющий бесстыдно капризничать перед мамой, но не в этот раз. Она не будет говорить, что ей здесь не нравится и устраивать истерики.
Света кивнула, не будучи уверена, что мать увидела этот жест из комнаты, в которой уже успела скрыться, занося коробки с какими-то вещами. Взяв в руки коробку, наполненную какой-то канцелярией, она направилась в комнату, отведенную специально для нее. Зайдя в небольшое помещении, Света огляделась. К левой стене стояла, почти напротив двери. Около окна, на противоположной стороне, расположился стол, а справа еще пустующие шкафы обвивали стену.
Поставив коробку на массивный стол, Света взглянула на ее содержимое. Тетради, книжки для саморазвития, исписанные листочки, а сверху всю эту незамысловатую пирамиду украшал темно-коричневый кожаный дневник. Сюда девочка записывала всю ее жизнь, здесь хранятся все ее воспоминания и чувства, поэтому первое, о чем она позаботится — это место для его хранения.
Первая и самая банальная мысль, пришедшая в голову Светы, была спрятать дневник под кровать. Было прекрасно ясно, что там его найдут в первую очередь. Хотя, кому нужно искать никому ненужную, кроме нее, тетрадку? Света легла на пол и заползла под кровать, ища укромное место. Прикрепить к самой кровати было невозможно, поэтому глаза почти сразу опустились к полу. От ёрзующих движений, одна из половиц громко скрипнула, заставив обратить на себя внимание. Деревяшка немного приподнялась и рука Светы автоматически потянулась к ней, приподняла, открыв взору пространство, идеально подходящее для хранения дневника.
Видимо, так посчитала не только Света, потому что в углублении, между полусгнивших досок, уже примостился потрепанный старый дневник. Любопытство затмило все здравые мысли и девочка взяла дневник, поднеся его к лицу. На обложке были инициалы, выведенные витыми буквами: «А. К». Только Света хотела открыть тетрадь, как в комнате раздался громкий звук. В дверь комнаты кто-то ломился. Но девочка была полностью уверена, что не запирала дверь. Страх прижимал ее тяжелым прессом к полу, а громыхания тяжелой двери не прекращались.
Света все-таки решилась выглянуть из своего укрытия. Дверь была аккуратной, только покрашенной, обои гладкими и чистыми, а интерьер во многом не походил на нынешний: стол стоял на прежнем месте, а вот напротив кровати стоял массивный шкаф для одежды, рядом — книжный. Обстановка была старой и бедной, хоть выглядела ухоженной.
— Открой дверь, сейчас же! Аня, я кому говорю? — послышался приглушенный свирепый мужской голос.
Света замерла, а вместе с этим притихло и громыхание двери. Теперь, в сложившейся тишине, девочка смогла разобрать тихие всхлипы, исходившие прямо с кровати. Там кто-то был, там кто-то плакал.
Фраза «я еще вернусь» донеслась с дальнего расстояния негромким эхом, потому что мужчина с каждой секундой отдалялся от двери. Света набралась храбрости и вылезла из-под кровати, сразу же заметив заплаканную девочку с темными волосами. Слезы застилали глаза, но она все равно что-то писала в тетрадь… в дневник. Тот самый, который Света сейчас крепко сжимала в руках.
— Эй, — тихим дрожащим голосом выдавила из себя Света. Но темноволосая даже не пошевелилась.
— Посмотри на меня! — но ответа все также не последовало. Света начала паниковать, пытаясь успокоить себя банальной отговоркой: «Ты просто спишь, это сон».
Дневник выпал из дрожащих рук и с глухим звуком ударился о деревянный пол. Навязчивое ведение стало расплываться и вскоре, вовсе исчезло, растворившись и обнажив привычную взору комнату. Что это было?! Света с опаской посмотрела на потрепанную книжицу.
«Мне ничего не будет, никто не причинит мне вред. Это лишь видение, банальная галлюцинация, мне ничего бояться», — неуверенно сказала самой себе девочка. Присев, она снова взяла в руки дневник. И зажмурилась, готовясь увидеть заплаканную девочку или старую комнату. Но видение не повторилось. Света стала отчаянно вспоминать, что вызвало эту галлюцинацию. Точно, она хотела открыть дневник! Рука потянулась к переплету и открыла книжонку на первой странице, но ничего все равно не произошло. Теперь девочка была уверена, что все это было лишь реалистичным плодом ее воображения.
Первая надпись привлекла внимание Светы.
«2 июня 1984 года.»
Страница 1 из 2
