Фандом: Гарри Поттер. Тяжёлые будни целителя Драко Люциуса Малфоя на ниве здравоохранения женского населения Магической Британии.
141 мин, 39 сек 9396
Насладившись блаженной тишиной родного дома, Драко принялся разбирать утреннюю почту. Сначала он разделался с деловой корреспонденцией отца, работа с которой полностью ложилась на его плечи в отсутствие Люциуса. Покончив с деловыми письмами, он заметил, что на краю стола притаились две не замеченные им ранее открытки.
Малфой взял одну из них в руки и просиял. Это оказалось приглашение на крестины новорождённой Эриоботрии Лонгботтом. Панси Лонгботтом успешно разрешилась от бремени совсем недавно. Драко, который принимал роды, пообещал Невиллу, что будет крёстным отцом девочки. Счастливый отец носился по родовой палате и целовал по-очереди сначала жену, потом дочь, а потом пытался проделать тоже самое с целителем Малфоем. Августа же пыталась выпытать у Драко, когда можно будет пытаться зачать следующего ребёнка.
Он тогда ещё подумал, что таким образом, Лонгботтомы смогут и Уизли переплюнуть по численности отпрысков в семье. Судя по информации в открытке, крестины должны были состояться на следующей неделе. «Кажется, Невилл и Панси проиграли старухе Лонгботтом битву за право назвать девочку», — отметил про себя Малфой. Что ж, если характером Эриоботрия пойдёт в прабабушку, то экзотическое имя не будет ей помехой.
Драко отложил приглашение от Лонгботтомов и взял другую открытку. Это тоже было приглашение, только на свадьбу Гарри Джеймса Поттера и Беллатрисы Друэллы Блэк, что должна была состояться через две недели. Драко, которому полагалось быть шафером на этом торжестве, не смог сдержать предвкушающей ухмылки.
Бракосочетание Самого Золотого Мальчика и Самой Шалопутной и Скандальной Ведьмы магической Британии, судя по всему, должно было стать грандиознейшим событием в магическом сообществе. И это совсем не потому, что торжество планировалось как невероятно пафосное и богатое.
Просто, столь вопиющий союз волновал воображение всех и каждого, порождая волну самых невероятных слухов. Репортёры буквально атаковали будущих молодожёнов и их близких родственников, пока Белла не пригрозила, что если от них не отстанут, то она вспомнит, как хорошо действует на людей одно запрещённое заклинание. Только тогда журналисты и самые любопытные, а также недовольные, обыватели притихли, боясь словить знаменитое «Круцио» или какое-нибудь фирменное Блэковское проклятье, но статьи в газетах на тему свадьбы продолжали выходить с завидной регулярностью.
Приготовлениями к такому значительному мероприятию руководила Нарцисса, которая славилась своим умением в организации балов и светских приёмов. Она очень серьезно подошла к возложенной на неё миссии. Благодаря миссис Малфой дом на площади Гриммо уже сиял чистотой и былым величием, провизия была закуплена, договора с симфоническим оркестром и с лучшими французскими поварами заключены. Лишь число приглашённых пока уточнялось.
Желающих лично присутствовать на свадьбе года было слишком много, и придирчивая Нарцисса самолично определяла, кто достоин участвовать в торжестве, а кто нет, не позволяя ничего решать даже самим брачующимся.
Миссис Малфой очень не хотела отлучаться из страны, но неуравновешенное состояние Люциуса внушало опасения. Пришлось вывезти его к морю, хотя бы на неделю.
Предвкушая, как скоро воочию увидит реакцию магического мира на столь вопиюще рвущий шаблоны союз, Драко отложил приглашение на свадьбу и беспечно взял в руки свежий номер «Пророка». На первой же странице он наткнулся на собственное изображение. Целитель Малфой улыбался с колдографии, стоя рядом с главным целителем больницы Сметвиком и самыми необычными своими пациентами, Рубеусом Хагридом и Полумной Лавгуд.
Статья называлась: «Чудо или кощунство: весьма необычная беременность». Репортёр Скитер не пожалела красноречия, рассказывая читателям о том, как целитель Малфой сумел, используя опыт магглов, разработать свою методику искусственного оплодотворения. Эксперимент успешно завершился беременностью пациентки. Мисс Лавгуд теперь будет вынашивать трёх своих сыновей-близнецов под строгим контролем целителей больницы имени Святого Мунго. Роды так же будут происходить с использованием новейших разработок молодого и талантливого целителя Малфоя. Счастливый будущий отец детей Рубеус Хагрид, работающий лесником в школе Хогвартс, поведал, что назовёт своих мальчиков в честь самых дорогих его сердцу существ: Альбус Персиваль, Вулфрик Брайан и Арагог.
Не скрывая гордой улыбки, Драко перевернул страницу и, увидев очередную иллюстрацию в разделе «Скандалы и сплетни», расхохотался. На колдографии, с ненавистью глядя в объектив камеры, стояли члены Магической Ассоциации Невинных Дев Англии, митингующие в холле Министерства Магии. Они держали перед собой плакаты, призывающие всех подряд отказываться от интимной жизни, чтобы раскрыть свой потенциал в науке и искусстве. Рядом с Трелони, Керроу и почтенной мадам Марчбенкс находился завхоз Хогвартса Аргус Филч. На его плакате было написано: «Пусть я и не дева, но понимаю всю важность невинности!»
Малфой взял одну из них в руки и просиял. Это оказалось приглашение на крестины новорождённой Эриоботрии Лонгботтом. Панси Лонгботтом успешно разрешилась от бремени совсем недавно. Драко, который принимал роды, пообещал Невиллу, что будет крёстным отцом девочки. Счастливый отец носился по родовой палате и целовал по-очереди сначала жену, потом дочь, а потом пытался проделать тоже самое с целителем Малфоем. Августа же пыталась выпытать у Драко, когда можно будет пытаться зачать следующего ребёнка.
Он тогда ещё подумал, что таким образом, Лонгботтомы смогут и Уизли переплюнуть по численности отпрысков в семье. Судя по информации в открытке, крестины должны были состояться на следующей неделе. «Кажется, Невилл и Панси проиграли старухе Лонгботтом битву за право назвать девочку», — отметил про себя Малфой. Что ж, если характером Эриоботрия пойдёт в прабабушку, то экзотическое имя не будет ей помехой.
Драко отложил приглашение от Лонгботтомов и взял другую открытку. Это тоже было приглашение, только на свадьбу Гарри Джеймса Поттера и Беллатрисы Друэллы Блэк, что должна была состояться через две недели. Драко, которому полагалось быть шафером на этом торжестве, не смог сдержать предвкушающей ухмылки.
Бракосочетание Самого Золотого Мальчика и Самой Шалопутной и Скандальной Ведьмы магической Британии, судя по всему, должно было стать грандиознейшим событием в магическом сообществе. И это совсем не потому, что торжество планировалось как невероятно пафосное и богатое.
Просто, столь вопиющий союз волновал воображение всех и каждого, порождая волну самых невероятных слухов. Репортёры буквально атаковали будущих молодожёнов и их близких родственников, пока Белла не пригрозила, что если от них не отстанут, то она вспомнит, как хорошо действует на людей одно запрещённое заклинание. Только тогда журналисты и самые любопытные, а также недовольные, обыватели притихли, боясь словить знаменитое «Круцио» или какое-нибудь фирменное Блэковское проклятье, но статьи в газетах на тему свадьбы продолжали выходить с завидной регулярностью.
Приготовлениями к такому значительному мероприятию руководила Нарцисса, которая славилась своим умением в организации балов и светских приёмов. Она очень серьезно подошла к возложенной на неё миссии. Благодаря миссис Малфой дом на площади Гриммо уже сиял чистотой и былым величием, провизия была закуплена, договора с симфоническим оркестром и с лучшими французскими поварами заключены. Лишь число приглашённых пока уточнялось.
Желающих лично присутствовать на свадьбе года было слишком много, и придирчивая Нарцисса самолично определяла, кто достоин участвовать в торжестве, а кто нет, не позволяя ничего решать даже самим брачующимся.
Миссис Малфой очень не хотела отлучаться из страны, но неуравновешенное состояние Люциуса внушало опасения. Пришлось вывезти его к морю, хотя бы на неделю.
Предвкушая, как скоро воочию увидит реакцию магического мира на столь вопиюще рвущий шаблоны союз, Драко отложил приглашение на свадьбу и беспечно взял в руки свежий номер «Пророка». На первой же странице он наткнулся на собственное изображение. Целитель Малфой улыбался с колдографии, стоя рядом с главным целителем больницы Сметвиком и самыми необычными своими пациентами, Рубеусом Хагридом и Полумной Лавгуд.
Статья называлась: «Чудо или кощунство: весьма необычная беременность». Репортёр Скитер не пожалела красноречия, рассказывая читателям о том, как целитель Малфой сумел, используя опыт магглов, разработать свою методику искусственного оплодотворения. Эксперимент успешно завершился беременностью пациентки. Мисс Лавгуд теперь будет вынашивать трёх своих сыновей-близнецов под строгим контролем целителей больницы имени Святого Мунго. Роды так же будут происходить с использованием новейших разработок молодого и талантливого целителя Малфоя. Счастливый будущий отец детей Рубеус Хагрид, работающий лесником в школе Хогвартс, поведал, что назовёт своих мальчиков в честь самых дорогих его сердцу существ: Альбус Персиваль, Вулфрик Брайан и Арагог.
Не скрывая гордой улыбки, Драко перевернул страницу и, увидев очередную иллюстрацию в разделе «Скандалы и сплетни», расхохотался. На колдографии, с ненавистью глядя в объектив камеры, стояли члены Магической Ассоциации Невинных Дев Англии, митингующие в холле Министерства Магии. Они держали перед собой плакаты, призывающие всех подряд отказываться от интимной жизни, чтобы раскрыть свой потенциал в науке и искусстве. Рядом с Трелони, Керроу и почтенной мадам Марчбенкс находился завхоз Хогвартса Аргус Филч. На его плакате было написано: «Пусть я и не дева, но понимаю всю важность невинности!»
Страница 33 из 42
