Фандом: Гарри Поттер. Тяжёлые будни целителя Драко Люциуса Малфоя на ниве здравоохранения женского населения Магической Британии.
141 мин, 39 сек 9397
Драко пробежал глазами статью, в которой говорилось, как митингующих забрали в Аврорат под громогласный смех всех, кто тогда присутствовал в Министерстве, и открыл свою любимую спортивную страничку. Почитав об успехах и неудачах любимой квиддичной команды, Малфой наткнулся на заметку о том, что жена одного из самых талантливых испытателей спортивных мётел Грегори Гойла ждёт ребёнка.
Вспомнив, как радовались супруги Гойл, когда на прошлой неделе были у Драко на приёме, он отбросил газету и встал, собираясь отправиться в Косую аллею. Нужно было купить подарки на свадьбу и крестины.
Не успел Малфой сделать и пары шагов, как в окно библиотеки впорхнула маленькая бурая сова, которая с трудом тащила объёмный конверт. Бедняжка даже не успела опустить послание на стол. Письмо будто само вырвалось, отбросив почтальона к стене и, оставаясь в воздухе, грозно возвестило гневным голосом Гермионы Грейнджер:
— Драко Малфой, твои рекомендации ещё больший отстой, чем то, что мне советовали маггловские доктора! Я пыталась обучить Рона тому, что ты мне показывал, но он только травмировал меня, когда пытался повторить! Твои шарлатанские методы не действуют! Теперь Рон окончательно убедился в том, что я неполноценная женщина, потому что Миллисента Булстроуд была в восторге от его стараний! После такого оскорбления и предательства мне пришлось заявить Рону, что между нами всё кончено! Он сразу собрал свои вещи и переехал к Булстроуд! Наша будущая семья разбилась, не успев стать реальностью! Я потеряла не только мужа, но и друга детства! Рон со мной не разговаривает после того, как узнал, кто рекомендовал мне именно такой метод коррекции чувствительности!
Выкрикнув эту обличительную речь, письмо вспыхнуло и исчезло. Драко ошалело смотрел в то место, где только что находился вопиллер, и соображал, откуда такая девушка, как Грейнджер, знает слово «отстой». Немного отойдя от неожиданности, он схватился за голову, не зная, смеяться ему или грустить. Похоже, бравая героиня войны и несгибаемая блюстительница школьных правил Грейнджер никак не может признать, что ошибалась, когда решила, что Уизли — идеальный муж для неё.
Драко схватил перо, чистый лист пергамента и быстро нацарапал ответ: «Уважаемая мисс Грейнджер, я сожалею, что ваш несостоявшийся супруг оказался столь неуклюжим кабаном с копытами вместо рук и не смог овладеть простейшими приёмами доставления удовольствия своему партнёру, которые я вам демонстрировал. Признаю свою вину и предлагаю вам пройти повторное и совершенно бесплатное обследование и лечение полученной вами травмы у меня дома, в любое удобное для вас время.»
Целитель Драко Люциус Малфой«.»
Упаковав письмо, он растормошил маленькую бурую совушку, которая до сих пор не могла оклематься после удара об стену, трепыхаясь на полу. Дав птице воды, Драко привязал письмо к её лапке и выпустил в окно. Не надеясь на положительный ответ Грейнджер, он решил, что сейчас самое время отправиться за покупками, как и хотел.
Вечером того же дня Драко Малфой вернулся домой в отвратительном настроении. Он купил нужные подарки для будущих супругов Поттер и для Эриоботрии Лонгботтом, но это его не радовало. На обратном пути Драко решил заглянуть в гости к Забини, где его и нашло очередное письмо Гермионы с одним единственным словом: «ИЗВРАЩЕНЕЦ!»
Он не стал показывать письмо ни Блейзу, ни Лаванде, быстро порвав его, но непонятная тоска осталась.
Драко отлично представлял, что Грейнджер не за что не согласится на его предложение-приглашение, но всё равно испытывал сожаление. Ругая себя за то, что сам навязывает своё внимание какой-то грязнокровке, по возвращении домой Малфой сунул свои покупки в руки подоспевшего домовика и уже хотел переодеться, чтобы отправиться в какое-нибудь весёлое заведение скоротать вечер, но тоненький голосок эльфа остановил его:
— Хозяин Драко! В малой гостиной у вас посетитель. Она несколько минут назад постучала в дверь и сообщила, что вы её ждёте.
Малфой круто развернулся, почувствовав, что сердце забилось сильнее, а губы сами собой растянулись в широкой, довольной улыбке.
— Неужели пришла? Лысина Волдемота и все дементоры Азкабана, она сама явилась? Ну, зазнайка гриффиндорская, теперь не уйдешь! — коварно прошептал он, направляясь в гостиную. Грейнджер ждала его, сидя на диване и мрачно разглядывая картину на стене. На картине две представительницы рода Малфой в пышных платьях восемнадцатого века перешёптывались друг с другом, бросая возмущённые взгляды на угрюмо глядевшую на них Гермиону.
— Мисс Грейнджер! Неужели, вы решили принять моё предложение о бесплатном обследовании? — приторно-сладким голосом произнёс Драко, склонившись в церемонном поклоне.
— Хватит паясничать, Малфой! Я здесь потому, что ты единственный специалист в нашей волшебной больнице, который может мне помочь! — сурово отчеканила Грейнджер.
— Я польщён, — криво усмехнулся Драко.
Вспомнив, как радовались супруги Гойл, когда на прошлой неделе были у Драко на приёме, он отбросил газету и встал, собираясь отправиться в Косую аллею. Нужно было купить подарки на свадьбу и крестины.
Не успел Малфой сделать и пары шагов, как в окно библиотеки впорхнула маленькая бурая сова, которая с трудом тащила объёмный конверт. Бедняжка даже не успела опустить послание на стол. Письмо будто само вырвалось, отбросив почтальона к стене и, оставаясь в воздухе, грозно возвестило гневным голосом Гермионы Грейнджер:
— Драко Малфой, твои рекомендации ещё больший отстой, чем то, что мне советовали маггловские доктора! Я пыталась обучить Рона тому, что ты мне показывал, но он только травмировал меня, когда пытался повторить! Твои шарлатанские методы не действуют! Теперь Рон окончательно убедился в том, что я неполноценная женщина, потому что Миллисента Булстроуд была в восторге от его стараний! После такого оскорбления и предательства мне пришлось заявить Рону, что между нами всё кончено! Он сразу собрал свои вещи и переехал к Булстроуд! Наша будущая семья разбилась, не успев стать реальностью! Я потеряла не только мужа, но и друга детства! Рон со мной не разговаривает после того, как узнал, кто рекомендовал мне именно такой метод коррекции чувствительности!
Выкрикнув эту обличительную речь, письмо вспыхнуло и исчезло. Драко ошалело смотрел в то место, где только что находился вопиллер, и соображал, откуда такая девушка, как Грейнджер, знает слово «отстой». Немного отойдя от неожиданности, он схватился за голову, не зная, смеяться ему или грустить. Похоже, бравая героиня войны и несгибаемая блюстительница школьных правил Грейнджер никак не может признать, что ошибалась, когда решила, что Уизли — идеальный муж для неё.
Драко схватил перо, чистый лист пергамента и быстро нацарапал ответ: «Уважаемая мисс Грейнджер, я сожалею, что ваш несостоявшийся супруг оказался столь неуклюжим кабаном с копытами вместо рук и не смог овладеть простейшими приёмами доставления удовольствия своему партнёру, которые я вам демонстрировал. Признаю свою вину и предлагаю вам пройти повторное и совершенно бесплатное обследование и лечение полученной вами травмы у меня дома, в любое удобное для вас время.»
Целитель Драко Люциус Малфой«.»
Упаковав письмо, он растормошил маленькую бурую совушку, которая до сих пор не могла оклематься после удара об стену, трепыхаясь на полу. Дав птице воды, Драко привязал письмо к её лапке и выпустил в окно. Не надеясь на положительный ответ Грейнджер, он решил, что сейчас самое время отправиться за покупками, как и хотел.
Вечером того же дня Драко Малфой вернулся домой в отвратительном настроении. Он купил нужные подарки для будущих супругов Поттер и для Эриоботрии Лонгботтом, но это его не радовало. На обратном пути Драко решил заглянуть в гости к Забини, где его и нашло очередное письмо Гермионы с одним единственным словом: «ИЗВРАЩЕНЕЦ!»
Он не стал показывать письмо ни Блейзу, ни Лаванде, быстро порвав его, но непонятная тоска осталась.
Драко отлично представлял, что Грейнджер не за что не согласится на его предложение-приглашение, но всё равно испытывал сожаление. Ругая себя за то, что сам навязывает своё внимание какой-то грязнокровке, по возвращении домой Малфой сунул свои покупки в руки подоспевшего домовика и уже хотел переодеться, чтобы отправиться в какое-нибудь весёлое заведение скоротать вечер, но тоненький голосок эльфа остановил его:
— Хозяин Драко! В малой гостиной у вас посетитель. Она несколько минут назад постучала в дверь и сообщила, что вы её ждёте.
Малфой круто развернулся, почувствовав, что сердце забилось сильнее, а губы сами собой растянулись в широкой, довольной улыбке.
— Неужели пришла? Лысина Волдемота и все дементоры Азкабана, она сама явилась? Ну, зазнайка гриффиндорская, теперь не уйдешь! — коварно прошептал он, направляясь в гостиную. Грейнджер ждала его, сидя на диване и мрачно разглядывая картину на стене. На картине две представительницы рода Малфой в пышных платьях восемнадцатого века перешёптывались друг с другом, бросая возмущённые взгляды на угрюмо глядевшую на них Гермиону.
— Мисс Грейнджер! Неужели, вы решили принять моё предложение о бесплатном обследовании? — приторно-сладким голосом произнёс Драко, склонившись в церемонном поклоне.
— Хватит паясничать, Малфой! Я здесь потому, что ты единственный специалист в нашей волшебной больнице, который может мне помочь! — сурово отчеканила Грейнджер.
— Я польщён, — криво усмехнулся Драко.
Страница 34 из 42
