Чарльз Мэнсон: подлинная история жизни, рассказанная им самим

Текс отогнал «фольксваген» своей подружки в мастерскую, чтобы переделать его в багги. За это ему нужно было выложить около пяти сотен долларов. Чтобы достать деньги, он собирался толкнуть травы. Текс взял подружку и пошел к тому самому негру. Он получил двадцать четыре сотни в счет аванса, пообещав принести травы до конца дня. Но, когда деньги оказались у него в кармане, Текс решил надуть ниггера. Он так и не отдал ему ни траву, ни деньги.

Вечером того же дня на ранчо раздался телефонный звонок. К телефону, который у нас был рядом с загоном, подошел Ти Джей. «Эй, Чарли, это тебя», — крикнул он мне. Я был в доме у Джорджа и взял трубку там. «Чарльз, ты должен вернуться с деньгами или с травой, — услышал я голос какой-то всхлипывавшей девушки, — ко мне пришел Кроув, он грозится убить меня, если не получит своих денег». Потом в трубке заговорил другой голос: «Ладно, ты, умный ублюдок, твоя женушка у меня. Не вернешь мои бабки в течение двух часов, покромсаю ее на кусочки, а потом разбросаю их перед твоим домом». Я в упор не понимал, о чем эти двое толкуют, и заорал в трубку: «Эй, стойте! Какая жена, какие деньги? Кто это и о чем, черт возьми, вы говорите?» — «Не придуряйся, ты прекрасно знаешь, что это Кроув, и я хочу получить свои бабки или дурь. Даю тебе два часа, Уотсон, или девке конец!» — «Да постой же, приятель, — сказал я в трубку, — я не Чарльз Уотсон, а Чарльз Мэнсон. Успокойся, слышишь. Уотсона сейчас нет, но не стоит говорить, что ты порежешь какую-то девчонку, ведь мы можем уладить это дело. Где ты?» Он ответил, что у девушки дома.«Хорошо, — сказал я, — Текса здесь нет, капусты у меня тоже негусто, но я сейчас буду».

Ти Джей слышал наш разговор с другой трубки, так что, когда я подошел к загону, он уже пересказывал услышанное Дэнни Де Карло и двум другим байкерам. Теперь уже я рассказал им что к чему, добавив: «Я еду туда, и мне понадобится помощь. Вы со мной, парни?» У Дэнни и байкеров сразу нашлись какие-то неотложные дела вроде уборки навоза и осмотра лошадей. Да в час ночи эти засранцы никогда ничего не делали, и весь их неожиданный энтузиазм насчет лошадей был важнее, чем помощь мне.«Ладно, Ти Джей, остаемся мы с тобой. Ты поедешь?» Я видел, что в душе Ти Джей вовсе не хочет ввязываться в переделку, но все же он сказал:«Конечно, Чарли, я с тобой. Только подожди секунду, нам может понадобиться кое-какое средство убеждения». С этими словами Ти Джей куда-то исчез и вернулся со старым револьвером «бантлайн» калибра 22. Сам вид пистолета и предположение о том, что мне, возможно, придется им воспользоваться, должны были открыть мне глаза, показав, насколько все у нас изменилось. Но раз уж мы погрязли в воровстве, где все средства хороши, то можно сказать, что оружие было таким же обычным делом для байкеров и бывших заключенных, прибивавшихся к нам, как для меня нож, с которым я не расставался.

Мы взяли старый «форд» Джонни Шварца и поехали на нем в Голливуд, пистолет лежал на сиденье между нами. Когда мы добрались до нужного дома, Ти Джей взял пистолет и заткнул его за пояс. Поднимаясь по ступенькам, я остановился, повернулся к Ти Джею и спросил, что он собирается делать, если ему придется пустить в ход оружие. Он озадаченно уставился на меня.«Черт возьми, старик, — сказал я ему, — если ты будешь раздумывать, то проку от тебя будет мало, давай сюда пистолет». Я засунул оружие за пояс у себя за спиной. Пока мы шли, я пытался представить, во что мы можем влипнуть и как я собираюсь утрясти дело. Я чувствовал, что мы с Кроувом можем как-то договориться без драки, возьми я на себя ответственность за деньги. Я надеялся, он даст нам несколько дней, чтобы мы успели найти требуемую сумму. В общем, стуча в дверь, я был настроен на сделку, а не на разборку.

После первого стука дверь приоткрылась на несколько дюймов, из-за нее выглянул какой-то белый громила, спросивший у меня: «Ты Чарли?» Я кивнул, и парень открыл дверь. За парнем, впустившим нас, стоял еще один белый, но никакого чернокожего не было. Мне сказали, что Кроув вышел на несколько минут, но скоро вернется. С кляпом во рту связанная девушка лежала на кровати. Парни не излучали особой враждебности, и напряжения не чувствовалось. Я недооценил ситуацию и начал разгребать заваленный, чем попало, стол. Парни ничего не сказали, словно были не против. Ти Джей примостился у стены рядом с дверью и остался стоять. От парней не исходило никакого напряжения, так что я пошел дальше и начал развязывать девушку. «Кроув велел, чтобы девчонка оставалась связанной», — сказал один из парней. «Да брось ты, приятель, — ответил я, — ты что, не мужик? Девушка явно не справится с вами обоими. К тому же нам не помешал бы кофе, а она могла бы его приготовить». Освободив девушку от пут, я велел ей сходить в ванную и умыть свое заплаканное лицо, а потом сделать нам кофе, пока мы ждем Кроува, не замедлившего, кстати, появиться.