Фандом: Ориджиналы. Каждый день, направляясь с гувернанткой на прогулку — а наш маршрут всякий раз не отличался от предыдущего, — мы встречали его, Человека со смущенным лицом, и не было случая, чтобы он не попался нам на пути.
19 мин, 9 сек 13833
— Что вам угодно, сударь? — нарушил молчание Борис, и я аж подскочила от неожиданности.
Незнакомец поспешно привстал, поклонился и, как обычно, невнятно принялся бормотать, что ему, разумеется, чрезвычайно неловко, ибо он осмелился… Я смотрела, как шевелятся его узкие бесцветные губы. Этот негромкий шелестящий голос как-то мерзко лез в уши, раздражал и вызывал гадливость — точно шипение змеи. Человек со смущенным лицом придвигался ко мне все ближе, даже несколько раз дотронулся до моих рук своими пальцами — они были мягкими и холодными, как змеиная чешуя. Он продолжал что-то говорить, держа своими отвратительными пальцами мою кисть. Брезгливость и ужас все больше охватывали меня — его руки упругими змеями обвивали мое тело, мерзкий раздвоенный язык то исчезал, то появлялся из раскрытой пасти с ядовитыми зубами… Я отступила к столу, на глаза мне попался медный подсвечник: нестерпимо захотелось схватить его, размахнуться и ударить, уничтожить это существо…
Я схватилась было за подсвечник — лишь мысль, что я могу устроить в доме пожар, заставила меня придержать руку. Борис подскочил ко мне, он выглядел испуганным и прошептал лишь одно слово: «Кучер!» Я поняла, я вспомнила, что случилось с кучером элегантного ландо, его седоками и теми, кто оказался поблизости.
Мы с братом стояли рядом, плечом к плечу, и я, по-прежнему содрогаясь от страха и омерзения, постаралась произнести спокойно и приветливо:
— Мы рады вас видеть! Будьте нашим гостем, ведь мы встречались, не правда ли?
Надо было видеть, как сверкнули яростью лимонно-желтые вертикальные зрачки незнакомца, совсем как тогда, в саду! Но я теперь точно уверилась: он ничего не сможет нам сделать, пока мы не обнаружим перед ним страх или гнев.
Я старалась смотреть спокойно, ясно и приветливо, как тот старичок в Летнем саду, на которого не подействовали «чары» незнакомца. Я предложила ему присесть к столу и вместе полюбоваться папенькиным альбомом — и при этом говорила без умолку, точно любезная хозяйка, что усердно занимает не в меру застенчивого гостя. Борис сидел рядом и внимательно следил за Человеком со смущенным лицом. Меня не покидала уверенность: стоит потерять самообладание, разгневаться или поддаться панике — со мной и братом обязательно случится беда.
Вероятно, моя вежливость как-то ослабляла способности нашего незнакомца превращать людей в агрессивно-неуправляемые существа. Он молчал; казалось, он выжидал удобный момент, чтобы вновь подловить нас и заставить вести себя так, как ему хотелось.
Дверь вновь отворилась, и вошла мисс Мур, привлеченная моим громким голосом. Она открыла было рот, собираясь сделать мне замечание: ведь Шурочка уже спала. Однако, заметив сидящего за столом незнакомца, мисс сперва остолбенела, затем всплеснула руками.
— Вы кто такой? Что вам нужно? — вскричала она по-русски.
Незнакомец вскочил и стал кланяться, бормоча свои извинения. Я была уверена, что мисс Мур по близорукости не узнала его.
— Как вы посмели войти сюда тайком? Немедленно убирайтесь, я сейчас же пошлю за дворником и велю вас вывести!
Бедная мисс, конечно же, не подозревала, что именно этого он и ждет… Я кинулась к ней.
— Дорогая мисс Мур, да разве же так обращаются с гостем? — затараторила я, пытаясь направить ее мысли на столь важный, по ее мнению, предмет — хорошие манеры. — Ведь вы же сами нас учили совершенно противоположному!
— Разумеется, Бетси, милая, — ответила мисс Мур, сбитая с толку таким переходом. — Но этот человек…
— О, мисс, это наш знакомый, мы несколько раз встречали его раньше, — ловко вступил в игру Борис. — Он зашел, э-э-э, желая видеть папеньку… Он не знал, что его нет дома.
— Не хотите ли выпить с нами чаю, сударь? — церемонно спросила я. — Мы сейчас скажем, чтобы накрыли чай в столовой.
Мисс Мур ошарашенно переводила взгляд с незнакомца на нас. Не могла она позволить себе в нашем присутствии попрать законы вежливости и показать нам столь дурной пример! К счастью, этого оказалось достаточно, чтобы она поборола злость и отвращение, которые — мы очень хорошо это знали — наш незнакомец вызвал в ней.
Все мы втроем, как по команде, улыбались и произносили приветливые фразы, точно стараясь перещеголять друг друга в гостеприимстве — причем мисс делала это вполне искренне, считая, что выполняет свой долг. Мы же с Борисом отлично понимали, что от нашей выдержки зависит очень многое… Мы чувствовали себя солдатами в сражении, а наши улыбки и любезность сейчас были нашим щитом.
Незнакомец поспешно привстал, поклонился и, как обычно, невнятно принялся бормотать, что ему, разумеется, чрезвычайно неловко, ибо он осмелился… Я смотрела, как шевелятся его узкие бесцветные губы. Этот негромкий шелестящий голос как-то мерзко лез в уши, раздражал и вызывал гадливость — точно шипение змеи. Человек со смущенным лицом придвигался ко мне все ближе, даже несколько раз дотронулся до моих рук своими пальцами — они были мягкими и холодными, как змеиная чешуя. Он продолжал что-то говорить, держа своими отвратительными пальцами мою кисть. Брезгливость и ужас все больше охватывали меня — его руки упругими змеями обвивали мое тело, мерзкий раздвоенный язык то исчезал, то появлялся из раскрытой пасти с ядовитыми зубами… Я отступила к столу, на глаза мне попался медный подсвечник: нестерпимо захотелось схватить его, размахнуться и ударить, уничтожить это существо…
Я схватилась было за подсвечник — лишь мысль, что я могу устроить в доме пожар, заставила меня придержать руку. Борис подскочил ко мне, он выглядел испуганным и прошептал лишь одно слово: «Кучер!» Я поняла, я вспомнила, что случилось с кучером элегантного ландо, его седоками и теми, кто оказался поблизости.
Мы с братом стояли рядом, плечом к плечу, и я, по-прежнему содрогаясь от страха и омерзения, постаралась произнести спокойно и приветливо:
— Мы рады вас видеть! Будьте нашим гостем, ведь мы встречались, не правда ли?
Надо было видеть, как сверкнули яростью лимонно-желтые вертикальные зрачки незнакомца, совсем как тогда, в саду! Но я теперь точно уверилась: он ничего не сможет нам сделать, пока мы не обнаружим перед ним страх или гнев.
Я старалась смотреть спокойно, ясно и приветливо, как тот старичок в Летнем саду, на которого не подействовали «чары» незнакомца. Я предложила ему присесть к столу и вместе полюбоваться папенькиным альбомом — и при этом говорила без умолку, точно любезная хозяйка, что усердно занимает не в меру застенчивого гостя. Борис сидел рядом и внимательно следил за Человеком со смущенным лицом. Меня не покидала уверенность: стоит потерять самообладание, разгневаться или поддаться панике — со мной и братом обязательно случится беда.
Вероятно, моя вежливость как-то ослабляла способности нашего незнакомца превращать людей в агрессивно-неуправляемые существа. Он молчал; казалось, он выжидал удобный момент, чтобы вновь подловить нас и заставить вести себя так, как ему хотелось.
Дверь вновь отворилась, и вошла мисс Мур, привлеченная моим громким голосом. Она открыла было рот, собираясь сделать мне замечание: ведь Шурочка уже спала. Однако, заметив сидящего за столом незнакомца, мисс сперва остолбенела, затем всплеснула руками.
— Вы кто такой? Что вам нужно? — вскричала она по-русски.
Незнакомец вскочил и стал кланяться, бормоча свои извинения. Я была уверена, что мисс Мур по близорукости не узнала его.
— Как вы посмели войти сюда тайком? Немедленно убирайтесь, я сейчас же пошлю за дворником и велю вас вывести!
Бедная мисс, конечно же, не подозревала, что именно этого он и ждет… Я кинулась к ней.
— Дорогая мисс Мур, да разве же так обращаются с гостем? — затараторила я, пытаясь направить ее мысли на столь важный, по ее мнению, предмет — хорошие манеры. — Ведь вы же сами нас учили совершенно противоположному!
— Разумеется, Бетси, милая, — ответила мисс Мур, сбитая с толку таким переходом. — Но этот человек…
— О, мисс, это наш знакомый, мы несколько раз встречали его раньше, — ловко вступил в игру Борис. — Он зашел, э-э-э, желая видеть папеньку… Он не знал, что его нет дома.
— Не хотите ли выпить с нами чаю, сударь? — церемонно спросила я. — Мы сейчас скажем, чтобы накрыли чай в столовой.
Мисс Мур ошарашенно переводила взгляд с незнакомца на нас. Не могла она позволить себе в нашем присутствии попрать законы вежливости и показать нам столь дурной пример! К счастью, этого оказалось достаточно, чтобы она поборола злость и отвращение, которые — мы очень хорошо это знали — наш незнакомец вызвал в ней.
Все мы втроем, как по команде, улыбались и произносили приветливые фразы, точно стараясь перещеголять друг друга в гостеприимстве — причем мисс делала это вполне искренне, считая, что выполняет свой долг. Мы же с Борисом отлично понимали, что от нашей выдержки зависит очень многое… Мы чувствовали себя солдатами в сражении, а наши улыбки и любезность сейчас были нашим щитом.
Страница 5 из 6
