Человек в смокинге

— Пугают? — я прижалась щекой к его ладони и накрыла его руку своей. — Наверно, просто… я же говорила, что всегда смотрела во тьму и ждала чего-то. Сама не понимала чего, но искренне ждала. Должно быть, все эти книги, мысли, практики… морально подготовили меня к чему угодно, что уже не так сильно реагирую на все твои выходки. Хотя все равно страшно… порой, кажется, что не доживу до утра, но отказаться не могу, — я посмотрела ему в глаза, а потом отвела взгляд в сторону. — Знаешь, как-то мне было так плохо и тошно, что я в голос кричала, звала Дьявола. Была ночь и… — я закрыла глаза, будто снова переживая те события прошлого, — не знаю, что на меня нашло, но я звала его. Молила придти… предлагала душу… я… я смотрела в центр комнаты и ждала его… по-настоящему, искренне. Я была готова увидеть и самое прекрасное создание во вселенной, Люцифера, первенца творения, каким всегда себе представляла, и даже отвратительное чудовище, каким его видит церковь. Я по-настоящему верила, что он придет и мне было все равно как он выглядит, я была готова к чему угодно. Я жаждала продать ему свою душу, но… он так и не пришел, — я помотала головой и открыла глаза. Всегда, с самого начала прекрасно понимала, что Саша не обычный человек, вдруг занявшийся магией, в совершенстве овладевший некромантией, заряжающий всякие бусы и от нечего делать, желающий забрать мою душу. Всегда понимала, но никогда не хотела признавать. Лишь только теперь, призналась самой себе в том, что он не человек и произнесла это вслух, пристально смотря в его кобальтовые глаза: — Я не знаю кто ты, но точно не человек. Не знаю, зачем тебе все это, для чего? Не понимаю, чем тебе так приглянулась моя душа и зачем она тебе нужна, но… — я замолчала, не в состоянии подобрать слова. — Если ты Дьявол, то почему? Я ничего не подписывала! И…

— Я не Дьявол, — оборвал меня Саша, до этого момента внимательно слушавший. — Он, в какой-то мере, даже честнее и благороднее меня. Он действительно дает выбор: хочешь — подписывай, не хочешь — не подписывай. Но я не он. Если я чего-то хочу, то просто хочу и все тут. Ты не такая как все, именно поэтому… — парень приподнялся со стула, потянулся к моим губам и чуть коснулся их.

Я улыбнулась и обхватила его нижнюю губу. Парень как-то резко выдохнул, будто смеется, а потом цапнул меня в ответ. Хохотнув, я отпрянула назад, а Саша встал из-за стола, обошел его и, уперевшись рукой о спинку стола, наклонился и поцеловал меня. Я обняла его, по началу охотно отвечая, но потом опомнилась, где нахожусь и, оторвавшись от Саниных губ, посмотрела в сторону, где сидел мужчина. Там уже никого не было, но все же продолжать было не удобно.

— Саш, не надо. Мы все-таки в столовой. Сюда в любой момент может кто-нибудь зайти, — как можно более убедительно попросила социофоба, уперевшись рукой ему в грудь и чуть отстранив. Саша замер, пристально смотря мне в глаза, а потом улыбнулся… какой-то недоброй улыбкой. Он взял меня за руку и потянул за собой.

— Пойдем.

— К-куда? — я оказывается, заикаюсь?

Ответа не последовало. Я с трудом успела схватить свою куртку со спинки стула и засеменила за Сашей, бросив грустный взгляд на булочку с маком. Чай-то давно допила, а вот к булочке даже не притронулось…

Вот мы вновь шли по холлу, мимо администраторши, которая впрочем, теперь была не одна. Она вместе с напарниками Саши, которые до этого сидели в гараже, увлеченно смотрела телевизор. Очередной поворот и мы оказались перед уже знакомой дверью. Ведомая парнем, я вошла следом за ним в гараж. Потом погас свет и раздался щелчок замка. Саша вновь меня потянул, но помня, что дальше лестница, не сдвинулась с места, боясь навернуться в полной темноте. Тогда парень подхватил меня на руки и быстро зашагал по ступенькам. Я крепко зажмурилась (хотя, что толку? Что с открытыми глазами, что с закрытыми: тьма-тьмущая) и вцепилась в Сашу.

— Такая смелая девочка, не боящаяся ни трупов, ни Дьявола, ни меня, а темноты что ли боится? А вроде до этого любила…

— Я не темноты боюсь, а упасть. Ничего же не видно, — сразу же попыталась оправдаться.

Саша поставил меня на ноги, а потом я услышала звук «открывающийся маршрутки» и опомниться не успела, как была уже в машине, в объятьях социофоба. Подарив мне страстный поцелуй, он переключился на шею, очевидно уже разгадав мое слабое место. Откинувшись назад и всецело предоставляя себя, я прикрыла глаза и прикусила губу, сходя с ума от удовольствия, то от его нежных прикосновений, то страстных поцелуев, а то от покусываний. Сопротивляться уже совершенно не могла, когда он прижал меня к каталке, заваливая на нее. Но я как обычно была в своем репертуаре и больно стукнулась рукой обо что-то железное.

— Осторожно, — тихо выдохнул Саша, ни на секунду не прекращая своих «издевательств».