Человек в смокинге

И только в этот момент, пусть с опозданием, но все же до меня дошло, что: во-первых, я почему-то обращаюсь на «ты» к совершенно незнакомому человеку, который к тому же много старше меня. Во-вторых, не знаю как его зовут. И, в-третьих, до сих пор не поблагодарила за то, что он пустил меня к себе. Если с первым уже ничего не поделаешь, то два последних пункта нужно исправить.

Когда он вновь вошел на кухню, то к этому моменту уже успел переодеться в домашнюю одежду. Теперь на нем были потертые бледно-голубые джинсы и обыкновенная белая майка. Должна признать, что в таком несколько небрежном наряде, он выгляди лучше, чем в своих вычурно наглаженных, накрахмаленных рубашках и брюках. Как только вошел, парень сразу же начал заваривать кофе. Как не странно, но в отличи от единственного стула, кружки у него нашло аж целых две штуки. Только вот он даже не поинтересовался о моих вкусовых пристрастиях и сразу насыпал по целой ложке с горкой быстрорастворимого кофе в обе кружки. Но дальше, как говориться, больше. Порывшись в навесном шкафчике, он выудил бутылку коньяка и, опять-таки не спрашивая моего разрешения, просто взял и плеснул его в кружки. Что ж… пока придержу нехорошие мысли при себе.

Юноша поставил передо мной кружку, сахарницу и даже пакет с остатками крекеров в форме животных.

— Спасибо, — сразу же сказала я, беря какую-то непонятную безголовую зверюгу и глянув на бутылку коньяка — Наполеон. Ну, скажем так, не дешевенькое, такое в доме держат явно не для каждодневного употребления, а для каких-то особых случаев.

Парень подошел сбоку к окну, облокотился о стену и, не отдергивая штору, лишь чуть отогнув край, посмотрел куда-то вдаль. Лицо его было спокойным, но сосредоточенным. Он медленно отхлебнул кофе, а потом застыл, словно каменное изваяние, все так же смотря на что-то мне недоступное.

Не могу сказать, что я болтушка, в разных ситуациях веду себя по-разному. Когда-то хочется помолчать, когда-то поболтать, но почему-то именно в данном случае, молчание меня угнетало, хотя обычно мне это не в тягость. Скорее напротив, я люблю «колоть» окружающих таким образом. Особенно во время ссор и разногласий, просто резко замолкаю и все. Человеческая психика устроена таким образом, что всем сразу хочется сказать хоть что-то, лишь бы нарушить эту давящую тишину. Но сейчас, я чувствовала себя этим подопытным и хотела что-нибудь сказать. И сказала:

— Спасибо, что пустил к себе, а то я думала, что так и замерзну под дверью.

Он ничего не ответил, лишь кивнул и чуть слышно угукнул. После столь удачной попытки начать разговор, я естественно больше и рта не открыла. Не хочет говорить и не надо, больно нужно. Хотя спустя пару минут, когда я уже почти допила кофе, он все же обратился ко мне, но явно не от большого желания пообщаться, а из вежливости, что, впрочем, тоже было странно.

— Еще будешь?

Должно быть, он рассчитывал на то, что я окажусь воспитанной и откажусь, но не тут-то было, не дождется! Первое, что оттаяло после обморожения, была вовсе не совесть, а вредность. Поэтому, не смотря на то, что к тому моменту уже вполне согрелась и не дрожала, все равно утвердительно кивнула. Впрочем, на него это не произвело никакого впечатления и он, все с таким же безразличным лицом, сделал мне еще одну кружку кофе и… вновь ливанул в него коньяк, прежде чем я успела среагировать. Вот только этого мне не хватало на голодный желудок.

— Когда вернутся твои родители? — тихо спросил юноша, все таким же приятным голосом, но вот содержание фразы мне не понравилось. Прямо ждет, не дождется, когда сможет от меня избавиться.

— Где-то в шесть, полседьмого.

Парень посмотрел на наручные часы и как-то удовлетворительно кивнул, сделав за все это время всего третий глоток. Я взяла еще один крекер и стала его глодать, отрешенно смотря на глубокую царапину на столе.

— Как твое имя? — вдруг не с того не с сего спросил социофоб. Уж не знаю, толи до него вдруг дошло, что мы не знакомы, толи совесть проснулась, толи еще что, но этот вопрос меня сильно удивил.

— Женя. А твое? — я заинтересованно на него посмотрела.

— Саша, — как-то неохотно отозвался спаситель и пробежался по мне подозрительно оценивающим взглядом, а потом шагнул в мою сторону…

Но через секунду оказалось, что направился Александр вовсе не ко мне, а к крекерам. Взяв одну штучку и бросив взгляд на мою, почти пустую кружку, он предложил еще одну! Ну, просто верх гостеприимства! Так и хотелось сказать ему «конечно, только коньяка побольше!». Но разум все же меня остановил. Третью кружку я просто не вынесу и побегу в места, так сказать, общественного пользования.

— Нет, спасибо, — скромно ответила я, периодически поглядывая то на парня, то на пустую кружку.