Ночью Сессиль проснулась. Только глаза не открывай, — посоветовала она себе, повернулась, натянула одеяло на голову. Коленки к животу, ладонь под щеку. Свернуться калачиком, притвориться, что не просыпалась.
181 мин, 32 сек 18596
— Эй, мистер Маркус! — взбежав на террасу и рванув запертую дверь, закричал Дуг. — Вы звали нас, мы пришли! Открывайте или я выломаю дверь!
— Тише Дуг, — остановила его Марианна. — Тише, слушай…
Дуг обернулся. Увидел плотно стоявших за ним ребят. Они озирались по сторонам, не понимая, откуда идет звук.
Все тот же скрипучий смех теперь полз к ним из сада, медленно взбирался по ступеням, поднимался, рос, звучал все громче.
— Смотрите, — крикнула Лора, и Дуг увидел, как задрожал огонек под старой акацией, разгорелся, вспыхнул ярким белым театральным кругом света и в центре его с той же мерзкой улыбкой и черными дарами глаз стоял и давился хохотом последний гном Таккера с фонарем в руке.
— Ну, я тебя, — рванулся к нему Дуг, но кто-то крепко схватил его сзади за локти.
— Стой Дуг! Придержи своих ребят, — говорил ему прямо в ухо спокойно и твердо выскользнувший незаметно из дома Маркус. — Это наш последний шанс. Делайте, что я скажу, и мы избавимся от этой чертовщины.
Дугу не было нужды окликать своих друзей. Саймон заметил появление Маркуса, вслед за ним и остальные. Молча стали они подступать в Чезвику со всех сторон, и Дугласу пришлось прикрикнуть на них:
— Остановитесь! Делаем все, что скажет Маркус.
Дуга они послушались. Все взоры обратились на Чезвика.
Маркус вышел вперед. Взял одной рукой руку Дуга, другой — Марианны. Показал остальным — делать то же.
Взявшись за руки, медленно спустились с террасы. Встали полукругом на краю лужайки.
Откуда-то слева из сада появилась и приблизилась к ним темная тонкая фигура.
— Господи, кто это? — вскрикнула стоявшая с краю Лора.
— Я Роза, — послышался голос мексиканки. — Мистер Маркус звать меня, изгонять дьявола из себя.
Не сводя взгляда с хохочущей куклы в круге света, Роза взяла за руку Лору.
Над поляной, перекрывая смех, зазвучал голос Маркуса:
— Вот они, наши Страх и Зло — перед нами. Из этой куклы оно вошло в нас, в нее пусть вернется. Весь наш гнев и страх мы вернем этой кукле. Разом, вместе! Ну!
Руки сжимались, плечи соприкасались, тела наклонялись вперед. Круг сужался. Взгляды упирались прямо в отвратительное узкогубое кукольное лицо и наливались тяжестью, отвращением, страхом и яростью.
Гном вдруг начал пухнуть под их взглядами. Лицо его исказила гримаса, смех стал напоминать визгливые стоны. Кукла оторвалась от земли, корчась, стала подниматься, лопнула с громким хлопком, и вместо нее на границе света и тьмы вдруг прямо в воздухе появилось и задрожало жуткое, отвратительное лицо. То самое лицо, что мучило Сессиль в ночных кошмарах, являлось в зеркалах и окнах — тонкогубое, желтое, с провалившимся носом, синими волосами и огромными черными круглыми дырами вместо глаз.
Цепь ребят дрогнула, руки стали разжиматься. В ужасе они оглядывались друг на друга.
— Не отступать, держаться, вот оно лицо Зла! — зазвучал с новой силой голос Маркуса. — Мы бросаем в него все наши злые мысли, разом вместе… Ну!
Волна страха, ярости и гнева снова поднялась в них, покатилась, ударила в нечеловеческое это лицо, оно дрогнуло, сморщилось плаксиво, и жуткий, человеческий крик боли и физического страдания неожиданно пронесся над поляной. Страшное лицо опрокинулось и упало в траву.
— Остановиться! — послышался хриплый голос Розы. — Там — человек!
Руки разомкнулись. У Лоры и Кейт от слабости подкосились ноги, и они упали на траву. Марианна почувствовала, как влажны ее руки. Маркус оттолкнул ее и Дуга, бросился вперед, встал на колени, всматриваясь во что то темное, лежащее перед ним.
Дуг подошел и увидел вытянувшееся в траве тело в черном. Маркус протянул дрожащую руку, тронул синие волосы.
— Не трогайте, мистер Маркус, — вскрикнула Марианна.
Но Маркус не слышал. Он ухватил лицо за плоскую щеку и потянул вниз.
Оно сморщилось, поползло, оказалось маской, под которой они увидели бледное и точно раздавленное лицо Сессиль Чезвик.
Маркус подхватил ее под спину, приподнял, положил голову на колени, бормоча в отчаянии:
— Что ты наделала, Сессиль?! Зачем? Ведь мы же договорились! Ты должны была оставаться в доме. Зачем ты нацепила эту маску! Мы же сделали все, как ты сказала по завещанию Таккера. Мы должны были вернуть Зло гному, а не тебе. Ведь ты тут ни причем!
Губы Сессиль дрогнули. Глаза раскрылись. Лицо исказилось от страшной боли. Каждое слово давалось ей с трудом и было, как последнее.
— Ошибаешься, Маркус… Помнишь ту… первую ночь… когда я встретила … этого гнома… Я испугалась и… разозлилась. Страх и Зло — одной природы. Зло перешло в куклу… От нее… к вам. Таккер — мой двоюродный дед. Он сделал кукол… принимающих зло от Таккеров… и передающих его людям… Такое Зло — убивает. Это у нас в роду… Кто-то из предков заключил… сделку… Таккер понял, что натворил… ужаснулся. Уничтожил гномов. Думал, что всех… Написал завещание. И там — каким образом Таккеру, выпустившему с куклами Зло в мир, снова вернуть его себе. Прочесть его мог только тот… кто принесет гнома Таккера… И расскажет, как все происходит… Я принесла и…
— Тише Дуг, — остановила его Марианна. — Тише, слушай…
Дуг обернулся. Увидел плотно стоявших за ним ребят. Они озирались по сторонам, не понимая, откуда идет звук.
Все тот же скрипучий смех теперь полз к ним из сада, медленно взбирался по ступеням, поднимался, рос, звучал все громче.
— Смотрите, — крикнула Лора, и Дуг увидел, как задрожал огонек под старой акацией, разгорелся, вспыхнул ярким белым театральным кругом света и в центре его с той же мерзкой улыбкой и черными дарами глаз стоял и давился хохотом последний гном Таккера с фонарем в руке.
— Ну, я тебя, — рванулся к нему Дуг, но кто-то крепко схватил его сзади за локти.
— Стой Дуг! Придержи своих ребят, — говорил ему прямо в ухо спокойно и твердо выскользнувший незаметно из дома Маркус. — Это наш последний шанс. Делайте, что я скажу, и мы избавимся от этой чертовщины.
Дугу не было нужды окликать своих друзей. Саймон заметил появление Маркуса, вслед за ним и остальные. Молча стали они подступать в Чезвику со всех сторон, и Дугласу пришлось прикрикнуть на них:
— Остановитесь! Делаем все, что скажет Маркус.
Дуга они послушались. Все взоры обратились на Чезвика.
Маркус вышел вперед. Взял одной рукой руку Дуга, другой — Марианны. Показал остальным — делать то же.
Взявшись за руки, медленно спустились с террасы. Встали полукругом на краю лужайки.
Откуда-то слева из сада появилась и приблизилась к ним темная тонкая фигура.
— Господи, кто это? — вскрикнула стоявшая с краю Лора.
— Я Роза, — послышался голос мексиканки. — Мистер Маркус звать меня, изгонять дьявола из себя.
Не сводя взгляда с хохочущей куклы в круге света, Роза взяла за руку Лору.
Над поляной, перекрывая смех, зазвучал голос Маркуса:
— Вот они, наши Страх и Зло — перед нами. Из этой куклы оно вошло в нас, в нее пусть вернется. Весь наш гнев и страх мы вернем этой кукле. Разом, вместе! Ну!
Руки сжимались, плечи соприкасались, тела наклонялись вперед. Круг сужался. Взгляды упирались прямо в отвратительное узкогубое кукольное лицо и наливались тяжестью, отвращением, страхом и яростью.
Гном вдруг начал пухнуть под их взглядами. Лицо его исказила гримаса, смех стал напоминать визгливые стоны. Кукла оторвалась от земли, корчась, стала подниматься, лопнула с громким хлопком, и вместо нее на границе света и тьмы вдруг прямо в воздухе появилось и задрожало жуткое, отвратительное лицо. То самое лицо, что мучило Сессиль в ночных кошмарах, являлось в зеркалах и окнах — тонкогубое, желтое, с провалившимся носом, синими волосами и огромными черными круглыми дырами вместо глаз.
Цепь ребят дрогнула, руки стали разжиматься. В ужасе они оглядывались друг на друга.
— Не отступать, держаться, вот оно лицо Зла! — зазвучал с новой силой голос Маркуса. — Мы бросаем в него все наши злые мысли, разом вместе… Ну!
Волна страха, ярости и гнева снова поднялась в них, покатилась, ударила в нечеловеческое это лицо, оно дрогнуло, сморщилось плаксиво, и жуткий, человеческий крик боли и физического страдания неожиданно пронесся над поляной. Страшное лицо опрокинулось и упало в траву.
— Остановиться! — послышался хриплый голос Розы. — Там — человек!
Руки разомкнулись. У Лоры и Кейт от слабости подкосились ноги, и они упали на траву. Марианна почувствовала, как влажны ее руки. Маркус оттолкнул ее и Дуга, бросился вперед, встал на колени, всматриваясь во что то темное, лежащее перед ним.
Дуг подошел и увидел вытянувшееся в траве тело в черном. Маркус протянул дрожащую руку, тронул синие волосы.
— Не трогайте, мистер Маркус, — вскрикнула Марианна.
Но Маркус не слышал. Он ухватил лицо за плоскую щеку и потянул вниз.
Оно сморщилось, поползло, оказалось маской, под которой они увидели бледное и точно раздавленное лицо Сессиль Чезвик.
Маркус подхватил ее под спину, приподнял, положил голову на колени, бормоча в отчаянии:
— Что ты наделала, Сессиль?! Зачем? Ведь мы же договорились! Ты должны была оставаться в доме. Зачем ты нацепила эту маску! Мы же сделали все, как ты сказала по завещанию Таккера. Мы должны были вернуть Зло гному, а не тебе. Ведь ты тут ни причем!
Губы Сессиль дрогнули. Глаза раскрылись. Лицо исказилось от страшной боли. Каждое слово давалось ей с трудом и было, как последнее.
— Ошибаешься, Маркус… Помнишь ту… первую ночь… когда я встретила … этого гнома… Я испугалась и… разозлилась. Страх и Зло — одной природы. Зло перешло в куклу… От нее… к вам. Таккер — мой двоюродный дед. Он сделал кукол… принимающих зло от Таккеров… и передающих его людям… Такое Зло — убивает. Это у нас в роду… Кто-то из предков заключил… сделку… Таккер понял, что натворил… ужаснулся. Уничтожил гномов. Думал, что всех… Написал завещание. И там — каким образом Таккеру, выпустившему с куклами Зло в мир, снова вернуть его себе. Прочесть его мог только тот… кто принесет гнома Таккера… И расскажет, как все происходит… Я принесла и…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 48 из 49
