Черт за спиной

Преодолев себя профессор отправился за чашкой кофе и расположился в кресле с газетой. Обратив внимание на заголовок статьи «Москва безглавая», профессор с интересом начал изучать статью.  Статья твердила о том, что нынешние жители давно сошли с ума, и непременно уничтожат вечный город своим безумием. Что и говорить никто и никогда не оценит старой Москвы, всех её красот и той романтической атмосферы, что воспевал Высоцкий в своих песнях, а новая пугает своей безобразностью. Профессор поправляя очки с явным удовольствием проглатывал слово за словом, и внутренне возможно впервые за долгие годы соглашался с кем-либо. Слова автора статьи глубоко проникли  в его сознание заставив задуматься о чем-то вечном. «Как же  он прав, на что теперь похожа Москва. Кругом одни болваны: психи — пациенты, студенты, доктора, прохожие, соседи да все они чокнулись давным — давно.» Как бы он хотел разом накачать всех диэтиловым эфиром и отправить в сонное царство из которого бы они никогда не вернулись назад. Профессор с удивлением обнаружил, что пальцы на руках побелели, ярость на секунду завладела его сознанием. Придя в себя он ослабил хватку и положил газету на стол. Пожилой врач поймал себя на мысли, что он ненавидит абсолютно всех жителей Москвы, всех тех кто по его мнению испортил его любимый город в котором он родился. Прибывшие сюда с других регионов и не знающие истиной истории московских дворов, уехавшие отсюда в погоне за лучшей жизнью, предавшие родные земли, и нынешнее дикое племя, которое подобно готам было готово разграбить этот город дабы посытнее набить свои карманы. Он ненавидел всех и презирал каждого, считая их ниже себя как по статусу так и по уму, и конечно каждому он с удовольствием бы предоставил место в психиатрической больнице, которая была неразлучна с ним в его голове уже долгие годы.

Александр Константинович отбросил в сторону вздорные мысли. Надевая пальто он обратил внимание на супругу, которая вместо пудры использовала муку.

— Что ты делаешь? — удивленно спросил Александр Константинович.

— Наношу пудру на лицо, разве незаметно? — не глядя на профессора парировала жена.

В еще большем изумлении профессор вышел в подъезд и продолжал находиться в глубокой задумчивости дожидаясь лифта. Выйдя из подъезда своего дома Александр Константинович, встретил свою соседку Марию Сергеевну маленькую, пожилую, одинокую даму которая имела обыкновение прогуливаться по несколько часов утром в своей старой курточке на застежках, независимо от времени года. Увидев врача она приветливо помахала рукой. Её лицо расплылось в странной улыбке. Приблизившись к профессору она попыталась завести разговор из которого понятно было, что она намеревается украсть больше чем несколько секунд его времени.

— Александр Константинович, миленький, очень нужна ваша помощь. Помогите родненький, а я вас отблагодарю как смогу.-начала Мария Сергеевна.

«Чем ты можешь меня отблагодарить, лучше отблагодари себя и поменяй для начала свою замызганную куртку»-подумал профессор.

— Дело в том что моей Сонечке уже как неделю так плохо, есть ничего не хочет и бегает беспокойно по дому, в углу сядет да завывает — Мария Сергеевна виновата опустила глаза на свою собачку, всем своим видом намекая, что «пациент» прямо сейчас дышит из последних сил в ботинок профессору, и ему необходима срочная медицинская помощь.

«Черт тебя дери, что ты несешь?» — гневно промелькнула мысль в голове Александра Константиновича. Тем не менее с соседкой профессор попытался быть ласковым, но не без доли иронии.

— Мария Сергеевна, душа моя. Вы конечно знаете, что я врач, но не забыли ли Вы какова моя специализация, или вы хотите сказать, что у вашей собачки плохо с головкой? — язвительно сказал профессор.

Мария Сергеевна  в недоумении смотрела на Александра Константиновича, а тот в свою очередь попытался спастись бегством обнадежив несчастную.

— Мария Сергеевна, лебедушка. Я загляну к вам на днях, там и решим, быть может помощь нужна вовсе не собачке.