Собралась мама на почту, заказное письмо получить. К почте ведёт асфальтированная дорога, по краям которой стоят двухэтажные дома. Но мама торопилась изо всех сил, чтобы успеть на обратный автобус, поэтому решила немного срезать путь, пройти через дворик, а там глядишь, и до почты рукой подать.
2 мин, 13 сек 83
И вот обогнула она двухэтажный дом, прошла через двор-почты нет! И асфальт закончился, просёлочная дорога какая-то началась, кладбище вдали показалось, а почты и в помине нет. «По-моему, я заблудилась»,-подумала мама и, заботясь только о том, чтобы не опоздать на автобус, помчалась выяснять, где же всё-таки эта злосчастная почта. Если бы мама-торопыга остановилась и подумала, что пейзаж вокруг странный, потому что нет в этом районе никакой просёлочной дороги, а ближайшее кладбище находится километрах в 10ти, может, она и вернулась бы назад, но времени остановиться у мамы не было. Так что она отважно пошагала по грязи к сараю-развалюшке, в котором трое аборигенов сидели вокруг допотопного автомобиля.
— Мужчины!-хорошо поставленным преподавательским голосом сказала она.-Не подскажете, где здесь почта?
Все трое одновременно повернули к ней головы и после секундной паузы отвернулись, не сказав ни слова.
Тут маму пробрал озноб. Она почти бегом побежала в обратном направлении. Да вот только просёлочная дорога оказалось гораздо длиннее, а дома вдали казались подёрнутыми то ли дымкой, то ли туманом, и не приближались, а казалось, отдалялись от неё с каждым шагом.
— Ты чего тут делаешь, тётка?-гаркнул кто-то у неё за спиной.
Мама, обмирая, повернулась. Перед ней стоял мужик, совершенно обычный, в фуфайке и какой-то замызганный. Только лицо прикрывал воротом фуфайки и как-то вбок отворачивался.
— Вот почту ищу, да заблудилась,-ответствовала маменька, думая про себя:«Пьяный наверное. Иначе с чего бы ему так отворачиваться? Наверное перегаром на меня дышать не хочет».
— Идём, тётка, провожу тебя,-сказал мужики пошёл вперёд, как-то странно вихляясь и бурча-Ты это, тётка, сюда больше не ходи. Не место тебе тут. Мне, можно подумать, заняться нечем, кроме как вас, заблудившихся, обратно отводить. А если бы что случилось? Кто бы за тебя отвечал, а, тётка? То-то же…
Не прошло и трёх минут, как вывел он её к крыльцу почты, а сам развернулся и обратно пошёл. Всё ещё находясь в каком-то трансе, мама поднялась на крыльцо, зашла на почту, благополучно получила письмо и вышла на улицу.
Всё правильно: никакой грязной просёлочной дороги не было, равно как и сарая, и кладбища. Кругом ездили машины, ходили люди, всё было как всегда.«Я заболеваю, — подумала мама. — Не дожив до пятидесяти лет педагогического стажа, я заработала шизофрению или чокнулась прямо тут, возле почты».
Но грязь на её сапогах была абсолютно реальна. Поэтому мама, денька три промаявшись, решила проделать путь с самого начала. Отважно свернула за угол дома, только не несясь во весь опор, а очень медленно и будучи настороже. И почувствовала что-то необъяснимое, будто бы воздух колыхался примерно в полуметре от неё.
«Э нет,-решила мама. - Сказано: нечего тут ходить, значит, лучше не ходить. Мало ли, вдруг моего спасителя на месте не будет?»
И поехала домой. Не нужно искушать лишний раз судьбу.
— Мужчины!-хорошо поставленным преподавательским голосом сказала она.-Не подскажете, где здесь почта?
Все трое одновременно повернули к ней головы и после секундной паузы отвернулись, не сказав ни слова.
Тут маму пробрал озноб. Она почти бегом побежала в обратном направлении. Да вот только просёлочная дорога оказалось гораздо длиннее, а дома вдали казались подёрнутыми то ли дымкой, то ли туманом, и не приближались, а казалось, отдалялись от неё с каждым шагом.
— Ты чего тут делаешь, тётка?-гаркнул кто-то у неё за спиной.
Мама, обмирая, повернулась. Перед ней стоял мужик, совершенно обычный, в фуфайке и какой-то замызганный. Только лицо прикрывал воротом фуфайки и как-то вбок отворачивался.
— Вот почту ищу, да заблудилась,-ответствовала маменька, думая про себя:«Пьяный наверное. Иначе с чего бы ему так отворачиваться? Наверное перегаром на меня дышать не хочет».
— Идём, тётка, провожу тебя,-сказал мужики пошёл вперёд, как-то странно вихляясь и бурча-Ты это, тётка, сюда больше не ходи. Не место тебе тут. Мне, можно подумать, заняться нечем, кроме как вас, заблудившихся, обратно отводить. А если бы что случилось? Кто бы за тебя отвечал, а, тётка? То-то же…
Не прошло и трёх минут, как вывел он её к крыльцу почты, а сам развернулся и обратно пошёл. Всё ещё находясь в каком-то трансе, мама поднялась на крыльцо, зашла на почту, благополучно получила письмо и вышла на улицу.
Всё правильно: никакой грязной просёлочной дороги не было, равно как и сарая, и кладбища. Кругом ездили машины, ходили люди, всё было как всегда.«Я заболеваю, — подумала мама. — Не дожив до пятидесяти лет педагогического стажа, я заработала шизофрению или чокнулась прямо тут, возле почты».
Но грязь на её сапогах была абсолютно реальна. Поэтому мама, денька три промаявшись, решила проделать путь с самого начала. Отважно свернула за угол дома, только не несясь во весь опор, а очень медленно и будучи настороже. И почувствовала что-то необъяснимое, будто бы воздух колыхался примерно в полуметре от неё.
«Э нет,-решила мама. - Сказано: нечего тут ходить, значит, лучше не ходить. Мало ли, вдруг моего спасителя на месте не будет?»
И поехала домой. Не нужно искушать лишний раз судьбу.
