Что скрывается в тени

Чтобы скоротать время, Акира, не поднимая взгляда от гобана, мысленно собрал воедино все, что знал о Фудзивара-но Сае. Хикару не говорил, как тот умер и в каком возрасте, но Акира отчего-то представлял его лет двадцати с небольшим, с длинными волосами и аккуратными, изящными чертами лица. Возможно, у него слишком разыгралось воображение, но казалось, что наставник Шиндо умер довольно молодым. Сердце щемило при мысли, что такой потрясающий талант, такая всеобъемлющая любовь к Го оборвались так внезапно.

Задумавшись, Акира упустил из сознания происходящее на доске, а начав сосредотачиваться, испугался — когда черные успели занять столько территории? Но присмотревшись как следует, он понял — то, что он принял за построения черных, ему просто привиделось на секунду. Будто поверхность гобана запятнали беспорядочные темные отметины, исчезнувшие, лишь только он взглянул внимательнее. Какой-то оптический обман, игра теней.

Посмотрев на игру старшего и младшего Шиндо, он с удовольствием отметил хорошо ему знакомый, сосредоточенный вид Хикару. Кажется, внук побеждал, но дедушка тоже справлялся вполне неплохо.

Нива поставил камень. Акира перевел взгляд на свою доску. Странно. Ему снова привиделась какая-то странная тень. Но ведь гобан располагался в тени дома. Акира огляделся — нет ли неподалеку чего-нибудь, от чего свет мог отражаться, создавая эти странные иллюзии. Но не увидел ни окон, ни стекол, ничего блестящего, что могло бы порождать непонятные обманки в виде странных пятен.

Решив не забивать этим голову, он продолжил размышлять о Сае — и об эпохе Хэйан. В те времена Го было важной частью политической, общественной жизни и военного дела. Таланты Сая были бы чрезвычайно востребованы не только при дворе, но также видными общественными деятелями и военными чинами. Даже армейские звания присуждались не только в соответствии с сословием и порядком рождения, но также зависели от тактических умений, демонстрируемых за гобаном так же часто, как и в битвах. Сай стал мастером Го во времена, когда подобные способности могли избавить от нищеты, защитить от клановых предубеждений и даже политической опалы всей семьи.

Ребенком Акира иногда воображал себя в далеком прошлом, где только лишь талант к Го мог спасти его от голода, от бандитов или завоевателей. А что же Сай? Родился ли он в благородной семье или ему пришлось упорно трудиться, чтобы заслужить внимание, а затем и благосклонность благородных семейств и даже самого императора?

Он так мало знает…

— Боже мой, Хикару! Ты и в самом деле научился играть!

— Сдаешься, дедуль?

Возмущенный дедушка принялся отчитывать Хикару за чрезмерную самоуверенность. Акира с улыбкой взглянул на них двоих.

Да что же за день такой — почему ему снова что-то мерещится?! На мгновение показалось, что…

С другой стороны, после всех этих разговоров о проклятьях и после его собственных размышлений, ничего удивительного, что ему чудится всякое.

Но что если позволить себе поверить этим иллюзиям?

Краем глаза он взглянул на то место возле Хикару, где, как ему показалось, он заметил кого-то еще. Что-то там в самом деле было, но посмотрев прямо туда, Акира ничего не увидел. Он несколько раз попытался снова взглянуть краем глаза и обнаружил, что очертания туманной фигуры уловить легче, только если не смотреть прямо на нее. К тому же старинный головной убор слегка сбил его с толку. Акира хорошо знал историю, но не сразу распознал придворное облачение эпохи Хэйан.

Он начал понимать принцип. На время забыв о рациональности, он дал волю воображению и позволил себе поверить в невозможное. В то, что возле Шиндо сидит призрак и спокойно наблюдает за ним, Акирой.

Камень клацнул о доску. Повинуясь годами отработанной привычке, Акира перевел взгляд на гобан — поверхность которого вдруг оказалась испачкана бурыми пятнами. Видимо, ему не удалось скрыть удивление, потому что его соперник поинтересовался:

— Все в порядке, Тойя-сан?

Акира моргнул — и расчерченная поверхность гобана снова оказалась чиста.

— Да, все хорошо. Просто показалось, что мне на руку села оса, — он изучил построения камней.

Он чувствовал, что Сай наблюдает за ним. Мурашки побежали по спине. Вынужденно признать, что за твоим лучшим другом всюду следует дружелюбный призрак — это одно. Но по-настоящему прочувствовать, что нечто сверхъестественное стало частью твоей обыденной жизни — совсем другое. Это пугало.

Акира сделал ход.

Происходящее не укладывалось в сознании. Он готов был поверить словам Шиндо, что призрак вроде Сая существует, и даже смирился с этим фактом. Но готов ли он позволить себе продолжать искать доказательства? Стоит ли пытаться настроиться на состояние, которое позволяет увидеть призрака, пытаться его воссоздать? Получится ли этим управлять или то будет просто самообман? Или того хуже — в итоге в самом деле сведет его с ума.