Чудовище Цеплин

Арпад снова выругался и отодвинул кружку ещё дальше. Да, он не всё сделал идеально по инструкции, но с задачей-то справился?

— Осложнения с разрывом? — осторожно уточнил он.

— Даже если были — мне о них неизвестно, — сказал Кармер. — Лесет, во всяком случае, беспрепятственно покинул город, тоже отправился на охоту в окрестности. Возможно, это просто совпадение, и им нужно что-то другое.

Арпад тяжело вздохнул. Протектората он не то чтобы опасался — у него были проблемы с законом по молодости, но свои грехи он давно отработал.

— Тебя будут ждать завтра в девять утра, — сказал Людвиг. — Так что отдыхай, но в рамках приличного. Если ты будешь дышать на счетоводов перегаром, в твою пользу это не зачтётся.

Арпад тряхнул головой и залпом выпил всю кружку. Зачтётся, не зачтётся, а думать о делах ему сейчас хотелось меньше всего.

«Почему чёрный? — думал Арпад, неторопливо поднимаясь по широкой мраморной лестнице в самое ответственное заведение в Грэйсэнде. — Что они имели в виду, когда все — без исключения! — строительные и декоративные элементы исполняли в чёрном мраморе? Это знак спокойствия? Умеренности? Мрачности? И ни одного светлого камня, ни одного металлического элемента… Непреклонность правосудия? Его высокую ценность?»

Камень как будто подавлял. Правильные углы, идеально симметричные колонны… Равновесие, как оно есть. Величайшая ценность, которую хранят счетоводы. Арпад старался шагать как можно тише, но всё равно эхо его шагов разносилось по коридорам.

— Арпад Фаркаш? Следуйте за мной.

Униформа из плотной тёмной кожи, лёгкая и удобная, но ненадёжная: от ножа, возможно, защитит, но только если удар будет слабым. У его проводника явно не было под формой подкладки из чешуи дракона — значит, простая канцелярская крыса. Следовательно, арестовывать Арпада никто не собирается. По крайней мере, пока что.

— Кто меня вызвал? — спросил он.

Ответа не последовало. Они шли по длинному коридору, потом поднялись по широкой лестнице, всё из того же чёрного мрамора. Провожатый остановился перед большой дверью, но внутрь не вошёл, а лишь жестом и с лёгким поклоном предложил Арпаду проходить. Замешкавшись лишь на несколько мгновений, он шагнул внутрь. Дверь за ним закрылась.

Это была всего лишь большая комната, но почему-то хотелось назвать её залом. Внутри не было почти ничего — ни столов, ни стульев, ни штор на высоких окнах… Лишь два больших кресла из чёртова чёрного мрамора, расположенные друг напротив друга. И одно из них было занято.

Сердце Арпада дрогнуло, хотя он сам не понял отчего: от беспокойства или оказанной ему чести. Он машинально опустился на одно колено и опустил голову, в которой не осталось ни одной мысли, кроме одной: «Я общаюсь с верховной жрицей счетоводов в первый раз в жизни!»

— Госпожа Офли, — сказал он, не без труда совладав с голосом.

— Арпад Фаркаш-Бор, — негромко сказала она. — Пожалуйста, присаживайся напротив.

Он был поражён, насколько обычной она выглядела. Он сам не знал, чего ожидал — точнее, совсем не ожидал увидеть сегодня верховного счетовода! Но это была женщина, возможно, чуть младше него, а может, и нет, с открытым лицом, немного грустными глазами. Прямые русые волосы спускались чуть ниже плеч, изысканной причёской она явно не заморачивалась. Простое платье — элегантное, без изысков. Но при всём при этом он не назвал бы её заурядной. Впрочем, он никак не мог сообразить, что же в ней было особенного, кроме того, кем она является.

Арпад занял свободное кресло, изо всех сил стараясь вести себя естественно. Не будет же он робеть и блеять, как идиот, хотя Офли наверняка привыкла к такому поведению окружающих.

— Чем обязан такой чести, госпожа? — спросил он ровным голосом.

Она смотрела ему в глаза, чуть наклонив голову. Серо-зелёные, проницательные, но не буравили, проникая в мозг, а просто наблюдали. Как будто в них застыл бесконечный вопрос. Вот только какой?

— У тебя репутация честного человека, Арпад Фаркаш, но ты им не являешься, — сказала она, и это был не вопрос, но Арпаду почему-то захотелось ответить.

— Смотря кто и что подразумевает под честью, — сказал он. — У меня есть принципы, и я их не предаю. Иногда они не сходятся с традиционной моралью, и тогда я действую на своё усмотрение.

— Вот уж точно, — сказала Офли и едва заметно прищурилась. — На одной чаше весов — жизнь трусливого ребёнка с тёмными задатками. На другой — риск выпустить в город стаю опасных демонов, которые могут убить десятки и сотни людей, нанести разрушения и посеять хаос. И какой выбор делаешь ты?

Арпад почувствовал, как где-то в районе желудка у него что-то зашевелилось — холодное, слизкое, наверное, чёрное…

— Это весы с тремя чашами, а возможно, даже больше, — твёрдо ответил он, ни на секунду не подпуская к себе сомнения. Насколько было бы проще сделать всё по инструкции, как предлагал Агил! Но он бы возненавидел себя после этого.

— Не сердись, — попросила счетовод. — Я не упрекаю тебя, ведь всё закончилось благополучно. Я просто хочу, чтобы ты кое-что понял.