Фандом: Гарри Поттер. Рольф Саламандер возвращается в Англию после долгого отсутствия. В его прошлом — масса секретов и драм, а в настоящем — удивительная встреча с необычной девушкой. Сможет ли новое чувство распутать клубок прежних противоречий — или только запутает ещё больше? А если эта девушка — Луна Лавгуд?
162 мин, 57 сек 4838
Она вошла без стука. Рольф услышал за спиной шорох мантии, а когда повернулся, то сразу же оказался лицом к лицу с Клэр. Сама мантия уже лежала на полу, девушка же стояла перед ним, одетая лишь в тонкое шёлковое платье, больше напоминавшее комбинацию. Он не успел сказать даже слова, когда француженка обвила руками его шею и прижалась губами к его губам. Опешивший от неожиданного напора, Рольф ответил на её поцелуй, ощущая, как её язычок проскальзывает в рот, жаля и щекоча нёбо.
О да, безусловно, она старалась… Клэр ЛеФей всегда быстро училась, и не только заклинаниям. Она хорошо знала, что ему нравится, что сводит его с ума… Сводило. Скользкая ткань платья под пальцами, какой-то удивительно гладкий, словно змеиный, язык, руки, скользившие по коже быстро и целеустремлённо, и горящий взгляд чёрных глаз, которые она и не подумала прикрыть. Несмотря на дышащую жаром кожу, Клэр напоминала ему змею. Хищную рептилию, прильнувшую к груди.
Боясь, что кто-нибудь застанет их в этом более чем двусмысленном положении, Рольф запер дверь невербальным заклятием. Услышав щелчок замка, Клэр истолковала это по-своему, резко рванув на Рольфе рубашку так, что воротник порвался, а пуговицы брызнули во все стороны. И… застыла, не в силах пошевелиться: терпение Саламандера закончилось. Вполголоса бормоча ругательства, он высвободился из объятий обездвиженной Петрификусом девушки, снял испорченную рубашку, кинул её на пол и призвал из гардероба новую.
— И предупреждаю… — почти прошипел Рольф, снимая со стула форменный сюртук, раздражённо втискиваясь в него и застёгивая на все пуговицы. — Это самое сексуальное зрелище, которое ты сегодня увидишь. Я думал, что мы уже всё друг другу сказали…
Саламандер раздражённо махнул рукой в сторону девушки:
— Фините Инкататем!
«Оттаяв», Клэр моментально расплакалась.
— Ты что, совсем меня не любишь? — прошептала она сквозь слёзы. — Но почему?
Рольф раздражённо пожал плечами. Что он мог ответить? Что это из-за неё его увольняют? Нет, он практически забыл об этом. Фактически, он был даже благодарен Клэр за то, что, желая подтолкнуть его к «серьёзному решению» (которое он и не собирался принимать), она рассказала об их романе Олимпии Максим. Не будь этого, он бы и не подумал вернуться в Англию. Скорее… Рольф никогда и не любил Клэр. Но сказать это прямым текстом было бы всё-таки слишком жестоко.
— Нам было хорошо вместе какое-то время. Потом это чувство прошло. Так бывает, — сухо произнёс Рольф, скрещивая руки на груди. — Ты молода и, я думаю, ещё встретишь человека, который…
— Мне не нужен другой человек! — прервала Клэр. В её глазах ярость уступила место мольбе. — Рольф… мне нужен только ты… только. И никто больше!
— Ты ошибаешься… — пробормотал Рольф. «Неужели я должен проходить через это снова?» — думал он, лихорадочно пытаясь придумать хотя бы какой-то аргумент, который мог подействовать на Клэр. Реакция девушки — чрезмерная, ненормальная, отчаянная — смущала его. Он ненавидел причинять людям, а особенно женщинам, боль. Но эту страницу Рольф искренне хотел перевернуть. — В любом случае, я ничем не могу тебе помочь.
С Клэр случилась истерика.
— Я не верю, что ты меня разлюбил! Ты врёшь… — она кричала, размазывала по щекам злые, отчаянные слёзы, молотила Рольфа кулачками в грудь. — Ты чудовище! Зачем ты заставил меня полюбить тебя? Зачем?
Клэр разрыдалась, и Рольф уже было надеялся, что вспышка ярости миновала, когда, к его удивлению и ужасу, девушка рухнула перед ним на колени.
— Дай мне шанс… — бормотала она, пытаясь завладеть ремнём его брюк и расстегнуть их. — Дай мне шанс, прошу…
— Возьми себя в руки! — прорычал Рольф, резко схватив Клэр за запястья. Он рывком поднял её с пола и как следует встряхнул. — Перестань! Ты ничего этим не изменишь. Никогда — слышишь? — никогда больше не смей унижаться! Не передо мной, и не перед кем другим.
Клэр покорно кивнула. Подобрала брошенную мантию и закуталась в неё по самую шею. Она больше не проронила ни звука, словно истратив весь отпущенный ей запас слов. Рольф взмахом палочки разблокировал замок.
— Уходи, — тихо прошептал он. — Уходи и найди своей жизни лучшее применение.
25 декабря. Хогвартс. Большой зал — Астрономическая башня.
… — Но я никогда о них не слышал! — пожал плечами Рольф Саламандер.
Вокруг гремел Святочный Бал, и они с Луной, после нескольких вальсов, заняли столик у стены и начали… Разговаривать о несуществующих животных. Вернее, «несуществующими» их называл Рольф: Луна предпочитала термин«не до конца исследованные». Он уже и сам не понимал, как им пришло это в голову, — вероятно, следовало благодарить шампанское, — но через полчаса Рольф уже увлечённо чертил на салфетке приблизительное строение «мозгошмыга обыкновенного», пытаясь доказать, что животное с таким строением крыльев не способно летать, а уж тем более поддерживать нестабильный магический режим полувидимости.
Луна, со своей стороны, только смеялась странно низким, хрипловатым смехом:
О да, безусловно, она старалась… Клэр ЛеФей всегда быстро училась, и не только заклинаниям. Она хорошо знала, что ему нравится, что сводит его с ума… Сводило. Скользкая ткань платья под пальцами, какой-то удивительно гладкий, словно змеиный, язык, руки, скользившие по коже быстро и целеустремлённо, и горящий взгляд чёрных глаз, которые она и не подумала прикрыть. Несмотря на дышащую жаром кожу, Клэр напоминала ему змею. Хищную рептилию, прильнувшую к груди.
Боясь, что кто-нибудь застанет их в этом более чем двусмысленном положении, Рольф запер дверь невербальным заклятием. Услышав щелчок замка, Клэр истолковала это по-своему, резко рванув на Рольфе рубашку так, что воротник порвался, а пуговицы брызнули во все стороны. И… застыла, не в силах пошевелиться: терпение Саламандера закончилось. Вполголоса бормоча ругательства, он высвободился из объятий обездвиженной Петрификусом девушки, снял испорченную рубашку, кинул её на пол и призвал из гардероба новую.
— И предупреждаю… — почти прошипел Рольф, снимая со стула форменный сюртук, раздражённо втискиваясь в него и застёгивая на все пуговицы. — Это самое сексуальное зрелище, которое ты сегодня увидишь. Я думал, что мы уже всё друг другу сказали…
Саламандер раздражённо махнул рукой в сторону девушки:
— Фините Инкататем!
«Оттаяв», Клэр моментально расплакалась.
— Ты что, совсем меня не любишь? — прошептала она сквозь слёзы. — Но почему?
Рольф раздражённо пожал плечами. Что он мог ответить? Что это из-за неё его увольняют? Нет, он практически забыл об этом. Фактически, он был даже благодарен Клэр за то, что, желая подтолкнуть его к «серьёзному решению» (которое он и не собирался принимать), она рассказала об их романе Олимпии Максим. Не будь этого, он бы и не подумал вернуться в Англию. Скорее… Рольф никогда и не любил Клэр. Но сказать это прямым текстом было бы всё-таки слишком жестоко.
— Нам было хорошо вместе какое-то время. Потом это чувство прошло. Так бывает, — сухо произнёс Рольф, скрещивая руки на груди. — Ты молода и, я думаю, ещё встретишь человека, который…
— Мне не нужен другой человек! — прервала Клэр. В её глазах ярость уступила место мольбе. — Рольф… мне нужен только ты… только. И никто больше!
— Ты ошибаешься… — пробормотал Рольф. «Неужели я должен проходить через это снова?» — думал он, лихорадочно пытаясь придумать хотя бы какой-то аргумент, который мог подействовать на Клэр. Реакция девушки — чрезмерная, ненормальная, отчаянная — смущала его. Он ненавидел причинять людям, а особенно женщинам, боль. Но эту страницу Рольф искренне хотел перевернуть. — В любом случае, я ничем не могу тебе помочь.
С Клэр случилась истерика.
— Я не верю, что ты меня разлюбил! Ты врёшь… — она кричала, размазывала по щекам злые, отчаянные слёзы, молотила Рольфа кулачками в грудь. — Ты чудовище! Зачем ты заставил меня полюбить тебя? Зачем?
Клэр разрыдалась, и Рольф уже было надеялся, что вспышка ярости миновала, когда, к его удивлению и ужасу, девушка рухнула перед ним на колени.
— Дай мне шанс… — бормотала она, пытаясь завладеть ремнём его брюк и расстегнуть их. — Дай мне шанс, прошу…
— Возьми себя в руки! — прорычал Рольф, резко схватив Клэр за запястья. Он рывком поднял её с пола и как следует встряхнул. — Перестань! Ты ничего этим не изменишь. Никогда — слышишь? — никогда больше не смей унижаться! Не передо мной, и не перед кем другим.
Клэр покорно кивнула. Подобрала брошенную мантию и закуталась в неё по самую шею. Она больше не проронила ни звука, словно истратив весь отпущенный ей запас слов. Рольф взмахом палочки разблокировал замок.
— Уходи, — тихо прошептал он. — Уходи и найди своей жизни лучшее применение.
25 декабря. Хогвартс. Большой зал — Астрономическая башня.
… — Но я никогда о них не слышал! — пожал плечами Рольф Саламандер.
Вокруг гремел Святочный Бал, и они с Луной, после нескольких вальсов, заняли столик у стены и начали… Разговаривать о несуществующих животных. Вернее, «несуществующими» их называл Рольф: Луна предпочитала термин«не до конца исследованные». Он уже и сам не понимал, как им пришло это в голову, — вероятно, следовало благодарить шампанское, — но через полчаса Рольф уже увлечённо чертил на салфетке приблизительное строение «мозгошмыга обыкновенного», пытаясь доказать, что животное с таким строением крыльев не способно летать, а уж тем более поддерживать нестабильный магический режим полувидимости.
Луна, со своей стороны, только смеялась странно низким, хрипловатым смехом:
Страница 42 из 48
