Фандом: Гарри Поттер. О том, как оно могло быть на первом курсе. Просто небольшая альтернативная история, разворачивающая канонные события в другую сторону. Как непростые переживания могут изменить героя до неузнаваемости.
81 мин, 56 сек 19348
— Да. Только сперва переоденусь. И тебе советую, посмотри, на кого ты похож, Гарри Поттер!
А ведь и правда, как я не подумал?! Хоть она и сказала это своим привычным поучающим тоном, но она была права — я был похож на чучело. Мало того, что моя мантия была перемазана в пыли и грязи, так от нее еще пахло… пахло троллем! В тех местах, где он ухватил ее, виднелись противные зеленоватые следы. Правда, Гермиона выглядела не сильно лучше, да еще и мокрая вдобавок. Напоминала воробья после купания в луже.
«Н-да!» Я помчался к себе, переодеваться. Оставалось надеяться, что я успею хоть к середине праздника. Пришлось еще и принять душ, чтобы так не воняло.
Когда я снова выскочил в гостиную, Гермиона уже сидела у стола рядом с камином, в пижаме и с книжкой в руках. Вроде бы, руки у нее больше не дрожали. Я пробежал мимо нее и остановился у самой двери. Ну почему она сидит здесь одна? Ну вот почему?! Когда все веселятся, она будет сидеть тут и изучать очередной учебник. Как так можно? Не знаю из-за чего, но мне вдруг стало стыдно оставлять ее одну. Хотя это было далеко не в первый раз — она всегда избегала общего веселья. Я вспомнил, как сам вот так же сидел в своей каморке под лестницей и делал единственное, что мог — читал, в то время как вокруг отмечали какой-нибудь праздник. И поплелся обратно.
Она взглянула на меня с удивлением, но ничего не сказала, и сразу же уткнулась обратно в книгу, хотя я видел, как она краем глаза поглядывает на меня. Видно, пыталась понять, почему я вернулся. Я подумал, что не начни я разговор, она до самого конца так и будет притворяться, что читает.
— Слушай, — спросил я, и она тут же вперилась в меня, — а почему ты плакала?
Ну вот, нашел с чего начать разговор! Она сразу изменилась в лице, поджала губы, задрала подбородок, стала непроницаемая, как кирпичная стенка.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто, — я пожал плечами, — ты никогда не плакала, а тут вдруг… У тебя что-то случилось?
Она досадливо помотала головой.
— Не хочу даже говорить об этом.
— Просто, если тебе нужна помощь…
— Нет! — отрезала она, я аж чуть не вздрогнул. — И вообще, почему ты не идешь в большой зал?
— Я подумал, что… ну…
Ага, а как мне ей сказать?
— Что «ну»?! — уставилась она на меня подозрительно.
Я даже разозлился. Ну, в конце концов, хочешь же как лучше.
— Ничего! Просто ты тут одна опять сидишь. Как сыч! Да. Я подумал… раз уж мы с тобой так… с троллем… и вообще… То, может быть, мне не стоит тебя здесь оставлять. Одну.
Похоже, она удивилась. По крайней мере, перестала смотреть на меня так, как будто я собираюсь ее хитро обмануть.
— Ты правда остался, чтобы побыть здесь, со мной?
— Ну да.
— Хм, ну, я не знаю… Я, вообще-то, училась…
— Ты всегда учишься.
— И что же в этом плохого? Мы же приехали сюда, чтобы учиться, разве нет?
— Да, да, разумеется, но не всегда же! Надо же и отдыхать когда-нибудь.
— Дай вам волю, вы всегда будете отдыхать. Вот ты, между прочим, сделал домашнее задание?
— Гермиона, сегодня же Хэллоуин!
Она встала, молча проследовала куда-то в угол гостиной, выудила из сумки несколько листков пергамента и швырнула их передо мной на стол. «Вот!»
— Что это? — удивился я.
— Домашнее задание. В общем… если хочешь списать…
Вот это был номер! Неужели она решилась изменить своим железным правилам?! Вот это да! Заучка Грейнджер? Я уставился на нее с изумлением. И всего лишь из-за того, что я просто остался с ней посидеть на праздник? Мне вдруг стало ее невыносимо жалко! И, конечно, я не собирался использовать ее пергаменты. Пусть увидит, что у меня тоже есть принципы.
— Не надо. Забери.
— Почему?
— Ты же считаешь, что списывать — это неправильно.
— Д-да! — выдавила она. — Но я же сама тебе их отдала.
— Нет, Гермиона. Спасибо, но я не могу их взять.
— Но почему?! — похоже, она искренне не могла понять причину моего отказа.
— Потому что не хочу, чтобы ты из-за меня отказывалась от своих правил.
— П-правда?! — ее глаза стали такими же большими, как тогда, когда она увидела тролля.
— Правда. Я остался не потому, что хочу чего-то там у тебя списывать. Я остался… просто так. Потому что мне… так захотелось. Понятно?
Не то, чтобы мне прямо захотелось. Просто посчитал, что это будет правильно. Хотя… что-то в ней всё-таки было. Что заставляло остаться. Уговаривало. Она же, хоть и с ужасными привычками, но всё же была не дура. И с троллем, опять же… Да что говорить — спасла она меня с троллем. И вообще… не такая уж она и страшная, а вполне даже… ничего. Маленькая… ну да, но она же девочка. Волосы торчат… так что ж, у меня тоже торчат, зато они у нее приятные на ощупь. Глаза… наверное, красивые… не знаю. Да и вообще, ничего в ней противного нет, кто это выдумал, что она противная?! Голос, правда, визгливый… но это только когда она кричать начинает, а если не выводить, то вполне ничего, обычный.
А ведь и правда, как я не подумал?! Хоть она и сказала это своим привычным поучающим тоном, но она была права — я был похож на чучело. Мало того, что моя мантия была перемазана в пыли и грязи, так от нее еще пахло… пахло троллем! В тех местах, где он ухватил ее, виднелись противные зеленоватые следы. Правда, Гермиона выглядела не сильно лучше, да еще и мокрая вдобавок. Напоминала воробья после купания в луже.
«Н-да!» Я помчался к себе, переодеваться. Оставалось надеяться, что я успею хоть к середине праздника. Пришлось еще и принять душ, чтобы так не воняло.
Когда я снова выскочил в гостиную, Гермиона уже сидела у стола рядом с камином, в пижаме и с книжкой в руках. Вроде бы, руки у нее больше не дрожали. Я пробежал мимо нее и остановился у самой двери. Ну почему она сидит здесь одна? Ну вот почему?! Когда все веселятся, она будет сидеть тут и изучать очередной учебник. Как так можно? Не знаю из-за чего, но мне вдруг стало стыдно оставлять ее одну. Хотя это было далеко не в первый раз — она всегда избегала общего веселья. Я вспомнил, как сам вот так же сидел в своей каморке под лестницей и делал единственное, что мог — читал, в то время как вокруг отмечали какой-нибудь праздник. И поплелся обратно.
Она взглянула на меня с удивлением, но ничего не сказала, и сразу же уткнулась обратно в книгу, хотя я видел, как она краем глаза поглядывает на меня. Видно, пыталась понять, почему я вернулся. Я подумал, что не начни я разговор, она до самого конца так и будет притворяться, что читает.
— Слушай, — спросил я, и она тут же вперилась в меня, — а почему ты плакала?
Ну вот, нашел с чего начать разговор! Она сразу изменилась в лице, поджала губы, задрала подбородок, стала непроницаемая, как кирпичная стенка.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто, — я пожал плечами, — ты никогда не плакала, а тут вдруг… У тебя что-то случилось?
Она досадливо помотала головой.
— Не хочу даже говорить об этом.
— Просто, если тебе нужна помощь…
— Нет! — отрезала она, я аж чуть не вздрогнул. — И вообще, почему ты не идешь в большой зал?
— Я подумал, что… ну…
Ага, а как мне ей сказать?
— Что «ну»?! — уставилась она на меня подозрительно.
Я даже разозлился. Ну, в конце концов, хочешь же как лучше.
— Ничего! Просто ты тут одна опять сидишь. Как сыч! Да. Я подумал… раз уж мы с тобой так… с троллем… и вообще… То, может быть, мне не стоит тебя здесь оставлять. Одну.
Похоже, она удивилась. По крайней мере, перестала смотреть на меня так, как будто я собираюсь ее хитро обмануть.
— Ты правда остался, чтобы побыть здесь, со мной?
— Ну да.
— Хм, ну, я не знаю… Я, вообще-то, училась…
— Ты всегда учишься.
— И что же в этом плохого? Мы же приехали сюда, чтобы учиться, разве нет?
— Да, да, разумеется, но не всегда же! Надо же и отдыхать когда-нибудь.
— Дай вам волю, вы всегда будете отдыхать. Вот ты, между прочим, сделал домашнее задание?
— Гермиона, сегодня же Хэллоуин!
Она встала, молча проследовала куда-то в угол гостиной, выудила из сумки несколько листков пергамента и швырнула их передо мной на стол. «Вот!»
— Что это? — удивился я.
— Домашнее задание. В общем… если хочешь списать…
Вот это был номер! Неужели она решилась изменить своим железным правилам?! Вот это да! Заучка Грейнджер? Я уставился на нее с изумлением. И всего лишь из-за того, что я просто остался с ней посидеть на праздник? Мне вдруг стало ее невыносимо жалко! И, конечно, я не собирался использовать ее пергаменты. Пусть увидит, что у меня тоже есть принципы.
— Не надо. Забери.
— Почему?
— Ты же считаешь, что списывать — это неправильно.
— Д-да! — выдавила она. — Но я же сама тебе их отдала.
— Нет, Гермиона. Спасибо, но я не могу их взять.
— Но почему?! — похоже, она искренне не могла понять причину моего отказа.
— Потому что не хочу, чтобы ты из-за меня отказывалась от своих правил.
— П-правда?! — ее глаза стали такими же большими, как тогда, когда она увидела тролля.
— Правда. Я остался не потому, что хочу чего-то там у тебя списывать. Я остался… просто так. Потому что мне… так захотелось. Понятно?
Не то, чтобы мне прямо захотелось. Просто посчитал, что это будет правильно. Хотя… что-то в ней всё-таки было. Что заставляло остаться. Уговаривало. Она же, хоть и с ужасными привычками, но всё же была не дура. И с троллем, опять же… Да что говорить — спасла она меня с троллем. И вообще… не такая уж она и страшная, а вполне даже… ничего. Маленькая… ну да, но она же девочка. Волосы торчат… так что ж, у меня тоже торчат, зато они у нее приятные на ощупь. Глаза… наверное, красивые… не знаю. Да и вообще, ничего в ней противного нет, кто это выдумал, что она противная?! Голос, правда, визгливый… но это только когда она кричать начинает, а если не выводить, то вполне ничего, обычный.
Страница 7 из 22