Делай, что должно. Хранители

Что-то с глухим треском рухнуло вниз, проломив крышу одного из домов, и давящее ощущение чужого взгляда ушло.

— Бежит… Бежит, чтоб его! — выдохнул Лехан, всматриваясь в небо. Там виднелась удаляющаяся точка — улепетывающий изо всех сил воздушник, наверняка не ожидавший такого ответного удара, а может быть даже и раненый. Они отбились малой, как показалось, ценой: трое вообще не пострадали, один Кэльх рухнул на колени, пытаясь унять хлынувшую из носа кровь. И только головой мотнул, указывая на купол.

— Лехан, бальзам и бинты, — рявкнул растерявшемуся земляному Аэно. — Лэк, ты как?

— В п-п-порядке, — пробормотал тот, хотя в «карусель» ухнул немеряно сил с перепугу.

Аэно ждал, что каменный купол сейчас треснет и раскроется, выпуская Руда и Лилию… пока не понял, что вершины у купола нет, там зияет пролом. Заглядывать внутрь расхотелось сразу, но он должен был убедиться. Хотя, прислушавшись, и без того не уловил живого тепла.

Каменный купол был невелик, Руд, видно, не успевал вырастить его. И ошибся, следовало раскрывать «гриб», а не «бутон». Эта ошибка стоила жизни ему и Лилии. От них остались только чудовищно изломанные тела, а кровь забрызгала каменный остов едва ли не целиком. Аэно пришлось закрыть глаза и несколько раз сглотнуть перекрывающий горло ком желчи. Придя в себя, он пересек площадь и шагнул в дом, куда свалился один из напавших искаженных. На это тело он смотрел почти равнодушно, хотя зрелище было не лучше: огненные перья-клинки рассекли его в нескольких местах, так что петли кишок зацепились за балки проломленной крыши, и тело покачивалось вниз головой, как туша свиньи, приготовленная к разделке.

За спиной раздался какой-то слабо поддающийся расшифровке звук. Аэно обернулся — это Кэльх, прижимавший к носу скомканный бинт, смотрел на убитого воздушника. Одно из перьев попало тому прямо в глазницу, застряло в кости черепа и успело обуглить все вокруг, так что теперь лицо покойника напоминало страшную маску.

— Рысенок… Пошли.

О тех, кто был под куполом, Кэльх не спрашивал. Останься там кто живой, Аэно бы уже суетился, вытаскивая, помогая и успокаивая. Думал бы, как переносить раненых. Но… Нет. Ничего, только разом осунувшееся лицо.

— Иди, я сейчас.

Аэно всегда удавалось заклятье белого огня. Это был еще не Чистый Огонь, но уже и не простое пламя. Это, слепяще-белое, с голубоватым отливом на верхушках язычков, превращало в пепел все, кроме камня и закаленной стали. Аэно повел рукой, и несколько сгустков белого огня сорвались с его ладони, растекаясь по земле, вылизывая ставший могилой Лилии и Руду разрушенный купол. Дом, где висел искаженный, огонь не тронул. Площадь опустела, выметенная огнем начисто. Убравшиеся в переулок нэх не спорили, не возражали такой трате сил. Понимали: нужно.

— Идем… Нам нужно вернуться и рассказать.

Слова Кэльха встряхнули всех. Разорвали нереальность, еще не до конца, просто дав цель: идти вперед, по тем перелескам, где вот только что проходили вшестером. Идти на хутор, где ждали шестеро коней.

Дорога до поселения заняла у них около семи часов. Дорога назад растянулась на десять. К хутору уставшие маги добрались только в сумерках.

— Собирайтесь, вы должны уходить, — Аэно не тратил время на приветствие, просто ввалился в дом, выхрипел приказ и припал к поданному хозяйкой ковшу с чистой водой. — Немедленно. Скоро здесь будут искаженные, пройдут по нашему следу. Хутор не пощадят.

К чести хозяина хутора, вопросов задавать он не стал. Хватило одного взгляда на поубавившиеся ряды гостей, на не до конца оттертое от крови лицо Кэльха, сразу севшего на ближайшую лавку. Рядом с ним устало шлепнулся Элэкан, закрыл глаза — и вскинулся, когда тот тихо произнес:

— Они не успеют, Аэно.

— Я знаю, — голос молодого огневика был ровным и почти спокойным. — Но это не значит, что они должны сидеть и ждать, пока буря минует. Мы остаемся. Лехан, идем. Нужно укрепить стены амбара. Там люди переждут бой. Давай.

Почти не уставший земляной вымелся за ним чуть ли не бегом, лишь бы помочь хоть чем-то. Кэльх нащупал флягу с медом, глотнул, сунул Элэкану.

— Слышали? Нехин дело говорит…

То ли сработало не хуже магии слово «нехин», то ли до людей просто дошло… Но они наконец-то зашевелились, и Кэльх закрыл глаза, сглатывая все еще стоящий во рту привкус крови. Час на отдых. Может, чуть больше. Пока долетят от Ллато воздушники с возможным грузом других магов. Почему-то он не сомневался, что «летучих» воздушников среди искаженных еще хватит, на их отряд — так точно.

— Приходите в себя, — снова появившийся в доме Аэно наклонился над ними, крепко сжимая плечи ладонями. — Мне понадобятся все ваши силы. Кэльх, как ты? Лэк? Глотните бальзама, он все же посильнее меда. Хозяин, все, что ценного в доме — выносите в амбар. Дом может и не устоять.