Дело улыбающейся Евы

— Всё дело в том, Уотсон, — у Холмса была манера начинать разговор так, словно он заканчивает высказанную ранее мысль, — что вы уже давно разобрались в загадке, вы просто не хотите сформулировать окончательный вывод по причине излишней сентиментальности. — Он поймал мой взгляд и поправился: — Хорошо, не сентиментальности. Вы, конечно, не можете не верить в то, что люди способны на преступления — примеры у вас постоянно перед глазами, но вы как-то упускаете, что люди каждый божий день тысячами совершают ошибки, гадости — себе и ближнему, лгут, думают только о своей выгоде.

— Я никогда не был идеалистом, если вы об этом.

— Тогда почему вы не хотите замечать в этом деле очевидного?

— Да всё я понимаю, вы правы. Я просто не понял: при чём тут кучер?

— Помилуйте, а кто, по-вашему… — начал Холмс, но его прервал стук в дверь, а потом топот ног по лестнице. — Уиггинс! Наконец-то!

Четверо мальчишек, включая Джеки, ворвались в гостиную и застыли у порога навытяжку, с обожанием глядя на патрона.

— Вы сказали, сэр: постарше и потолковей.

— Отлично. Джеки, держи свой гонорар. Твой ящик стоит в прихожей. Молодец, ты быстро управился.

— Рад стараться, сэр! — мальчишка схватил свои шиллинги и выскочил за дверь.

— А теперь слушайте…

Холмс отправил своих помощников следить за домом Эллингтона. Он совершенно уверенно говорил о том, что адвокат держит свой выезд, и при удачном стечении обстоятельств мальчишки должны были войти в доверие к кучеру.

— Боб, вот тебе отдельно деньги на кэб. Если кучера на месте не окажется, сразу поезжай в Скотланд-Ярд, тебя там помнят. Передашь записку инспектору Макдональду, — Холмс уже строчил послание. — Один шанс к десяти, что тебе придётся это сделать. Уиггинс — кучер на тебе. Действуй по ситуации. Если получится напроситься в помощники, разговаривай с ним осторожно. Вообще, джентльмены, приглядывайте за ним. Если вдруг у вас сложится впечатление, что он куда-то спешно собирается, следите за ним, в случае чего посылайте мне телеграмму. Поняли? Вот, Уиггинс, держи ещё — купите себе поесть.

— Ага. Поняли, сэр. Если кучер захочет дать дёру, сразу сообщить вам, а если нет — просто пасём его, — покивал Уиггинс, рассовывая монеты по карманам куртки, а часть из них пряча во внутренние тайники. Холмс сегодня был более чем щедр — и это пока что деньги на текущие расходы.

Мальчишки отправились на задание, а мой друг тут же, даже не присаживаясь, написал на листке бумаги пару строк.

— Миссис Хадсон! — крикнул он, открывая дверь на площадку.

— Господи, мистер Холмс, — ворчала хозяйка, поднимаясь по лестнице, — когда вы привыкнете, что в доме есть звонок для прислуги?

— Если рассыльный Питтерсон дома, отправьте записку с ним. Если его нет — пошлите телеграмму.

— Хорошо, сэр, хорошо…

Закрыв за миссис Хадсон дверь, Холмс взял скрипку и уселся в кресло.

— Ужин с братом отменяется? — спросил я, садясь напротив.

— Блестящая дедукция.

Кажется, мой друг немного успокоился. Он закрыл глаза, обняв инструмент.

— Приляжете?

— Нет. Я просто думаю, что бы вам сыграть.

—Правда? — боюсь, я улыбнулся слишком восторженно.

Холмс взглянул на меня.

— Знаете, друг мой, я открыл для себя нечто новое. Оказывается, радовать вас — очень приятно.

Он легко поднялся на ноги, вскинул смычок и заиграл Мендельсона.

Глава 5. Семейные узы

Джон Уотсон

—1—

Вчерашний вечер не принёс никаких неожиданностей. Уже около десяти заглянул Уиггинс и отчитался: кучер Джон Мэрдок вёл себя спокойно, оказался добрым малым и дал мальчишкам подзаработать. Кучер холост и ночует в маленьком флигельке при конюшне. Юным агентам удалось вытянуть из него кое-какие сведения о работе: возит он, оказывается, не только старшего, но и младшего Эллингтона, когда тот приезжает в Лондон. В такие дни он поступает в полное распоряжение молодого хозяина. Смышлёный парень этот Уиггинс. «Услышав про такое, я натурально начал гоготать, сэр. Получил тычка, но объяснил, что меня так рассмешило. Говорю: молодые господа любят развлекаться, вы, мол, мистер Мэрдок, поди, его по всяким злачным местам возите.» Нет, — говорит, — молодой мистер — приличный человек, в субботу с утра обязательно навещает отца, а вечером обычно я вожу его в театры«.» А! Актрисульки!«— говорю. Тут Мэрдок чего-то помрачнел и сказал, чтобы я лучше работал, а не болтал».

— Заметьте, Уотсон, какой бдительный отцовский контроль, — сказал Холмс. — И ведь молодой Эллингтон не возражает. Что ж, мы можем быть уверены, что адвокат знал о Еве и ничего не имел против. Он сказал правду.

— Может, нам не стоит ехать в Оксфорд, — заметил я. — Лучше вызвать молодого человека телеграммой в Лондон? Завтра же пятница.

— Я тоже подумал об этом. Завтра рано утром пошлём телеграмму в колледж.

Но утром наш ждал сюрприз. К завтраку доставили письмо от Эллингтона-старшего.

Прочитав пару строк, Холмс по привычке слишком глубоко затянулся сигаретой и закашлял.