Дело вкуса

Но известно и другое: после встречи со студентами Вхутемаса (Высших художественно-технических мастерских), восторженно и пылко говоривших о своей любви к Маяковскому, Владимир Ильич стал больше интересоваться творчеством поэта, которым так горячо увлекалась лучшая часть советской молодежи, и, как потом писала в своих воспоминаниях Н. К. Крупская, «подобрел» к Маяковскому. Следует еще вспомнить, что впоследствии стихи Маяковского«Прозасе давшиеся» очень понравились Ленину, который заявил об этом публично, со свойственной ему скромностью оговорив при этом, что он не считает себя человеком компетентным в поэзии, но ручается, что с политической точки сфения стихи Маяковского абсолютно верны и он, Ленин, давно не получал такого удовольствия… Таким образом, дело тут было не в плохом или хорошем вкусе. Речь шла о том, что в специальных вопросах искусства, скажем, в выборе художником средств для выражения идеи, построения формы произведения — даже такие люди, как Ленинвождь Октябрьской революции и Маяковский — поэтический глашатай идей Октября в литературе, могли расходиться. Это еще раз подтверждает, что и в таком плане вопрос о вкусах требует всестороннего освещения.

Однако, как бы многообразны ни были оттенки общественного вкуса, мы среди окружающих нас все-таки различаем людей с хорошим, верным, добрым вкусом и таких, о ком общее мнение справедливо утверждает: «Безвкусный человек».

Вкус, говоря практически, — это сумма представлений человека о красоте, его способность и умение отличить красивое от некрасивого. Вкус человека — это его пристрастия, тяготения, симпатии в области литературы, искусства. Это, наконец, и склонности, которые проявляются в том, какой костюм выбирает человек, какое убранство жилья он предпочитает, какими предметами домашнего обихода окружает себя. Это также и его манера обращения с окружающими, весь внешний характер поведения человека.

Почти всегда, за редким исключением, эстетические вкусы человека связаны с его мировоззрением. Обычно по вкусу человека можно определить, как он смотрит на жизнь, каковы его главные интересы, что служит для него идеалом и целью жизни, в чем он видит ее главный смысл.

Ведь не даром же, скажем, так наглядно отличается внешний вид, вся манера поведения расфранченного, развинченного, праздношатающегося бездельника и скромного, держащегося с достоинством, собранного человека, привыкшего трудиться, ощущающего ясно свое место в нашем обществе и свои обязанности перед ним.

Ложные, низменные эстетические вкусы свойственны большей частью людям праздного образа жизни или просто недостаточной, низкой общей культуры. Если мы говорим о культуре человека социалистического общества, то она начинается с его отношения к труду, к работе, к делу, доверенному ему людьми, обществом. Безразличие, наплевательское отношение к своему трудовому долгу, халатность прививают постепенно и нечистоплотное отношение ко всему, что надо оберегать в жизни, как самое чистое и светлое. Дурной вкус вносит неопрятность и в человеческие отношения, порождает жалкую неразборчивость в выборе друзей, привязанностей, характера развлечений, отдыха и др.

В каждом обществе существуют определенные мерки, общепринятые правила, по которым определяют вкус того или иного человека, проявляемый в самых различных направлениях. Но тут следует помнить, что оценка такого рода может быть лишь относительно верной: у различных слоев общества вкусы, как правило, не схожи между собой.

При всем том можно заметить, что большинству людей здоровых, непресыщенных, ведущих осмысленную трудовую жизнь и любящих простые ее радости, обычно свойственно более или менее общее представление о вкусах, о красоте.

Однако вкус каждого человека и общества в целом не есть что-го незыблемое. Со временем он обычно меняется.

Здесь, не углубляясь далеко в область эстетики, то есть науки о прекрасном, науки, изучающей законы искусства, восприятия красоты и художественной деятельности человека, мы все же должны напомнить читателю, что и сами представления о прекрасном много раз менялись в истории человечества.

Тяга к прекрасному, желание постичь истинную красоту и порадоваться ей всегда были естественным, здоровым стремлением людей. Люди тянулись к красоте так же, как к счастью. Нравственно здоровому человеку свойственно влечение к прекрасному. Но само понятие красоты не оставалось постоянным, претерпевало изменения.

Еще в древности греческие философы-идеалисты пытались найти исчерпывающую формулу, которая подчинила бы себе все представления человека о прекрасном. Сократ, например, отождествлял прекрасное с полезным. Он полагал, что красиво лишь то, что нужно, что целесообразно.

Платон соединил прекрасное с нравственно хорошим, сведя воедино эстетические и этические понятия, и провозгласил некую идею неизменно вечной, всеобъемлющей красоты.

Немецкий философ Кант вообще относился скептически к возможности научной критики художественных вкусов.