Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
586 мин, 27 сек 23036
— Ладно, я побежала. На всякий случай приберитесь… в комнатах, когда вас выпишут. Выздоравливайте и всё такое. Ромен…
Парень вопросительно посмотрел на меня, так пристально, что мне пришлось отвести взгляд. Что со мной? Неужели я волнуюсь? Сердце предательски сильно застучало в груди.
— Я могу помочь тебе. Твоя кровь перестанет застывать, ты сможешь обходиться без этих противных мазей.
Пока ошеломлённый Роменус не стал задавать вопросов, я быстро вышла из палаты, плотно прикрыв за собой белую дверь.
— Сколько времени уже прошло с начала занятий?
— Двадцать минут, — вздохнул кто-то из толпы.
— Может, пойти к директору?
— А может, по домам? Кареты ведь ещё не уехали?
— Вот ты и езжай, а мы не хотим разгребать последствия.
— Если сбежим все, ничего не будет! Это же география, Тайнлер мужик не вредный. Он и сам, наверное, проспал.
— А если нет?
— Знал бы, остался в башне…
— Перестаньте! — наконец мне надоело слушать нестройное нытьё однокурсников. Я подошла вплотную к запертым дверям и приложила ухо к замочной скважине. С той стороны была абсолютная тишина.
— Кажется, там и правда никого нет. Предлагаю компромисс — не разъезжаться, но и здесь не торчать, чтобы глаза не мозолить. Пошлите на первый этаж, в Западное крыло.
— Диала дело говорит, — поддакнула Ланера, одна из моих однокурсниц, известная подхалимка с полным отсутствием собственного мнения.
— Опять же там диванчики есть. Посидим… уж если прятаться от преподов, так с комфортом… — протянул Банео из Ледяной башни. Его оборвала ученица из Тёмной башни по имени Кассандра.
— На вашем месте я бы не злила учителей в такое время. Все боятся облавы, но если что, первыми пострадают ученики.
— Постой… облава? О чём ты? — на девушку моментально посыпались недоумённые возгласы. Та только загадочно улыбнулась и прислонилась спиной к стене, не удостоив нас ответом. Тёмнобашники, что с них взять.
— Кто хочет, может оставаться здесь, я никого не заставляю.
Возможно, это прозвучало резковато, но я и в самом деле не собиралась никого уговаривать. Просто уведомляла о том, как собиралась поступить сама. Но почему-то, когда я направилась к лестнице, за мной последовали все без исключения. Даже темнобашники, продолжавшие сохранять такой вид, будто они делают всем нам большое одолжение.
Стараясь не шуметь и шикая друг на друга, мы начали спускаться по главной лестнице. Сначала я шла первой, но затем засмотрелась на гобелены и приотстала. Старые, выцветшие, висевшие ещё со времён строительства самой Школы (а было это ни много ни мало четыре тысячи лет назад), они казались совсем ветхими, но никто не мог даже прикоснуться к ткани — незримое защитное поле препятствовало этому, сохраняя гобелены нетронутыми.
Около узкого занавешенного окна висел гобелен с изображённым на нём Хеггавирисом. Чёрный дракон, раскрыв огромные крылья, пожирал целый отряд светлых, чьи лица были искажены от боли. Остатки войска не бежали — ангелы никогда не бегут с поля сражения — но выглядели очень жалко, занеся свои бесполезные копья и заслоняя друг другу обзор своими белоснежными крыльями. Я прикрыла глаза, и на миг мне показалось, что я слышу утробный рёв адского существа, крики умирающих и характерный треск заклинаний, разбивающихся о непробиваемую чешую…
Правда, потом вперёд вышли двое — братья-ангелы, чьи имена были под запретом, но всё равно известны каждому: Артано и Дертаэр. Пока Артано отвлекал внимание дракона на себя, Дертаэр сумел послать своё копьё в единственное незащищённое место дракона — точно под горло. Но поскольку даже такая серьёзная рана не могла убить тёмную тварь, к тому же способную регенерировать, Артано призвал на помощь первозданную, очень редко используемую магию. Он трансформировал свою оболочку, проще говоря, своё тело в чистую энергию, высвободив тем самым весь Свет, заложенный в него Создателем, и последним импульсом направил её прямо в дракона.
Так погибло одно из самых страшных нижнемировских существ. Погибло и дало основу для создания Тёмной башни Триады.
Точно желая прикоснуться к прошлому, я протянула руку и провела ею вдоль незримой преграды. Мне показалось, или змеиные зрачки Хеггавириса немного сдвинулись? Испугавшись, я отдёрнула ладонь и услышала сзади себя требовательный голос:
— Эй ты! Подойди сюда!
Оглянувшись по сторонам и убедившись, что других адресатов быть не могло, я осторожно приблизилась к директору. Господин Фаэрос Вергихий был невысокого роста, приходилось смотреть на него сверху вниз и одновременно сохранять почтительное выражение лица, что было, прямо скажем, непросто.
Обычно деловитый, уверенный директор был явно чем-то обеспокоен. Он постоянно оглядывался по сторонам и хмурился, точно кто-то мог подслушать его в его же собственной Школе.
— Ты ведь из Огненной башни, девочка?
Я кивнула. Директор достал из внутреннего кармана плаща какой-то запечатанный конверт и вручил его мне.
Парень вопросительно посмотрел на меня, так пристально, что мне пришлось отвести взгляд. Что со мной? Неужели я волнуюсь? Сердце предательски сильно застучало в груди.
— Я могу помочь тебе. Твоя кровь перестанет застывать, ты сможешь обходиться без этих противных мазей.
Пока ошеломлённый Роменус не стал задавать вопросов, я быстро вышла из палаты, плотно прикрыв за собой белую дверь.
— Сколько времени уже прошло с начала занятий?
— Двадцать минут, — вздохнул кто-то из толпы.
— Может, пойти к директору?
— А может, по домам? Кареты ведь ещё не уехали?
— Вот ты и езжай, а мы не хотим разгребать последствия.
— Если сбежим все, ничего не будет! Это же география, Тайнлер мужик не вредный. Он и сам, наверное, проспал.
— А если нет?
— Знал бы, остался в башне…
— Перестаньте! — наконец мне надоело слушать нестройное нытьё однокурсников. Я подошла вплотную к запертым дверям и приложила ухо к замочной скважине. С той стороны была абсолютная тишина.
— Кажется, там и правда никого нет. Предлагаю компромисс — не разъезжаться, но и здесь не торчать, чтобы глаза не мозолить. Пошлите на первый этаж, в Западное крыло.
— Диала дело говорит, — поддакнула Ланера, одна из моих однокурсниц, известная подхалимка с полным отсутствием собственного мнения.
— Опять же там диванчики есть. Посидим… уж если прятаться от преподов, так с комфортом… — протянул Банео из Ледяной башни. Его оборвала ученица из Тёмной башни по имени Кассандра.
— На вашем месте я бы не злила учителей в такое время. Все боятся облавы, но если что, первыми пострадают ученики.
— Постой… облава? О чём ты? — на девушку моментально посыпались недоумённые возгласы. Та только загадочно улыбнулась и прислонилась спиной к стене, не удостоив нас ответом. Тёмнобашники, что с них взять.
— Кто хочет, может оставаться здесь, я никого не заставляю.
Возможно, это прозвучало резковато, но я и в самом деле не собиралась никого уговаривать. Просто уведомляла о том, как собиралась поступить сама. Но почему-то, когда я направилась к лестнице, за мной последовали все без исключения. Даже темнобашники, продолжавшие сохранять такой вид, будто они делают всем нам большое одолжение.
Стараясь не шуметь и шикая друг на друга, мы начали спускаться по главной лестнице. Сначала я шла первой, но затем засмотрелась на гобелены и приотстала. Старые, выцветшие, висевшие ещё со времён строительства самой Школы (а было это ни много ни мало четыре тысячи лет назад), они казались совсем ветхими, но никто не мог даже прикоснуться к ткани — незримое защитное поле препятствовало этому, сохраняя гобелены нетронутыми.
Около узкого занавешенного окна висел гобелен с изображённым на нём Хеггавирисом. Чёрный дракон, раскрыв огромные крылья, пожирал целый отряд светлых, чьи лица были искажены от боли. Остатки войска не бежали — ангелы никогда не бегут с поля сражения — но выглядели очень жалко, занеся свои бесполезные копья и заслоняя друг другу обзор своими белоснежными крыльями. Я прикрыла глаза, и на миг мне показалось, что я слышу утробный рёв адского существа, крики умирающих и характерный треск заклинаний, разбивающихся о непробиваемую чешую…
Правда, потом вперёд вышли двое — братья-ангелы, чьи имена были под запретом, но всё равно известны каждому: Артано и Дертаэр. Пока Артано отвлекал внимание дракона на себя, Дертаэр сумел послать своё копьё в единственное незащищённое место дракона — точно под горло. Но поскольку даже такая серьёзная рана не могла убить тёмную тварь, к тому же способную регенерировать, Артано призвал на помощь первозданную, очень редко используемую магию. Он трансформировал свою оболочку, проще говоря, своё тело в чистую энергию, высвободив тем самым весь Свет, заложенный в него Создателем, и последним импульсом направил её прямо в дракона.
Так погибло одно из самых страшных нижнемировских существ. Погибло и дало основу для создания Тёмной башни Триады.
Точно желая прикоснуться к прошлому, я протянула руку и провела ею вдоль незримой преграды. Мне показалось, или змеиные зрачки Хеггавириса немного сдвинулись? Испугавшись, я отдёрнула ладонь и услышала сзади себя требовательный голос:
— Эй ты! Подойди сюда!
Оглянувшись по сторонам и убедившись, что других адресатов быть не могло, я осторожно приблизилась к директору. Господин Фаэрос Вергихий был невысокого роста, приходилось смотреть на него сверху вниз и одновременно сохранять почтительное выражение лица, что было, прямо скажем, непросто.
Обычно деловитый, уверенный директор был явно чем-то обеспокоен. Он постоянно оглядывался по сторонам и хмурился, точно кто-то мог подслушать его в его же собственной Школе.
— Ты ведь из Огненной башни, девочка?
Я кивнула. Директор достал из внутреннего кармана плаща какой-то запечатанный конверт и вручил его мне.
Страница 116 из 160
