Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
586 мин, 27 сек 23046
Сколько прошло времени? Не знаю… Безумное мельтешение вспышек, скрежет металла, рычание и вой хаосом заполнили моё сознание. Казалось, что разум существовал отдельно от тела и с отрешённым удивлением наблюдал, как тело из последних сил пытается своими огненными вспышками не дать кругу сомкнуться.
И тут, в какой-то момент, время замедлилось. Нечто произошло — я ощутила это совершенно ясно — произошло за моей спиной, около самого проёма в стене, куда я так ни разу и не обернулась… медленно, слишком медленно, моё тело поворачивалось, чтобы увидеть острие гигантского клинка, опускавшееся прямо в грудь упавшему лучнику.
Он увернулся — в последний момент, и острие пронзило ему бок, а не сердце. Даже не пронзило, скорее, просто задело. Нечто ужасающее, неправильное было в клинке, едва не убившем моего… может, то, что этот меч не держала ничья рука?
— Не выйдет, — прохрипел Корнел, перекатываясь и вставая на колени перед невидимым врагом, — Если я тебя не вижу, это ещё не значит, что я тебя не знаю!
Пущенная мной огненная волна пшикнула, налетев на невидимую преграду — некто отбил её, даже не приложив для этого усилий. Сразу я почувствовала холод в конечностях — пока я отвлеклась, итлы подползли слишком близко. Собрав остатки сил, я заключила себя в пылающую сферу, которую у нас в башне называли Последней Защитой — она не оставляла ни малейшей возможности атаковать, зато при уничтожении выбрасывала значительное количество огня, окончательно лишавшее сил, но способное причинить значительный ущерб врагу.
Если Корнел не выстоит, я разрушу сферу сама.
Первый удар меча Корнел отбил луком — однако верный артефакт, которому были не страшны ни огонь, ни металл, разлетелся на части. Коротенький кинжал, последнее оставшееся оружие, был явно бесполезен против здорового двуручного меча, поэтому следующий выпад был отбит уже магическим щитом. Выставив вперёд ладонь, Корнел качнулся от удара, но устоял. Мне, стоящей сбоку, было отлично видно, как капли крови пропитывают алым некогда безупречно белый рукав рубашки.
Он долго не простоит.
Не выдержит.
Не сможет.
Я… Нет…
Тёмная вспышка словно выжгла все органы чувств. Исчезли зрение, слух, ощущение пространства. Исчезло само пространство и время. Осталась только Тьма, отзываясь которой, возбуждённо стучало сердце…
— Феста! Феста! Очнись! — повторял кто-то прямо надо мной. Я попыталась вздохнуть, но вырвался какой-то тонкий писк.
— Сколько можно валяться? — ответил другой голос, низкий, мрачный — кажется, Матвей. — Ань, почему она не открывает глаза?
— В следующий раз тебя ударит импульсом силы с такого близкого расстояния, и посмотрим, когда ты очнёшься, — возмутился девичий голос. Анна.
— Как она свои-то крылья получать будет? Хлопнется в обморок ещё в процессе трансформации. Хотя какие такие крылья, о чём я…
— Матвей!
— И вовсе незачем так орать, — буркнула я, нехотя открывая глаза. Размытые пятна сочувственно смотрели на меня, пока зрение не сфокусировалось и я не узнала в них Матвея с Анной.
— Ну слава небесам, — улыбнулась Анна. — Матвей прав, пора вставать. Люди и так косятся на нас с подозрением. Лежишь посреди тротуара…
— Подождите, — перебила я, — Корнел… что с ним? Где он?
Ангелы переглянулись. Ужас захлестнул меня ледяной волной.
— Кор…
Но тут они расступились, и я увидела его. Пару мгновений молчала, пытаясь привести в порядок свои мысли, и затем невольно воскликнула:
— Клянусь именем Темнейшего, мне нравится этот цвет!
— Мне тоже, — усмехнулся лучник и слегка расправил крылья. Большие, такие же, как у Матвея, только густого фиолетового цвета. Очень тёмного, бархатного, заставляющего вспомнить о ночном небе. Когда при порывах ветра перья колыхались, казалось, что по ним пробегают стальные блики — или мерцают маленькие звёзды.
— Надо полагать, мы победили?
Я приподнялась и наконец осмотрелась вокруг. А вокруг всё было как обычно — ходили Лишённые, на этот раз настоящие, вдали слышался гул автомобилей, стайка пролетающих птиц показалась из-за крыши многоэтажки.
— Мы избавились от всех следов… многим пришлось подчистить память… — прошептала Аня. — Обретение крыльев демоном — мощный тёмный ритуал, нечто вроде магии нового уровня… Похоже, твой друг и сам не ожидал, на что способен. Монстры из Нижнего мира погибли мгновенно.
— А невидимка?
— Он сбежал, — мрачно ответил лучник. — Но непременно вернётся. Ведь его целью был вовсе не я. Я просто встал на его пути.
— Ну что, Аня, — я повернулась к девушке. Моё настроение, как и самочувствие, стремительно улучшалось, — Теперь только мы с тобой бескрылые? Неравноправие какое-то, честное слово.
— Рождённый ползать — летать не может, — усмехнулся Матвей. — Вставай уже. Пора возвращаться за Катей и Димой, они по-прежнему в кинотеатре отсиживаются, ждут наших впечатлений и комментариев. Думаю, теперь-то точно можно надолго забыть об этих тварях.
И тут, в какой-то момент, время замедлилось. Нечто произошло — я ощутила это совершенно ясно — произошло за моей спиной, около самого проёма в стене, куда я так ни разу и не обернулась… медленно, слишком медленно, моё тело поворачивалось, чтобы увидеть острие гигантского клинка, опускавшееся прямо в грудь упавшему лучнику.
Он увернулся — в последний момент, и острие пронзило ему бок, а не сердце. Даже не пронзило, скорее, просто задело. Нечто ужасающее, неправильное было в клинке, едва не убившем моего… может, то, что этот меч не держала ничья рука?
— Не выйдет, — прохрипел Корнел, перекатываясь и вставая на колени перед невидимым врагом, — Если я тебя не вижу, это ещё не значит, что я тебя не знаю!
Пущенная мной огненная волна пшикнула, налетев на невидимую преграду — некто отбил её, даже не приложив для этого усилий. Сразу я почувствовала холод в конечностях — пока я отвлеклась, итлы подползли слишком близко. Собрав остатки сил, я заключила себя в пылающую сферу, которую у нас в башне называли Последней Защитой — она не оставляла ни малейшей возможности атаковать, зато при уничтожении выбрасывала значительное количество огня, окончательно лишавшее сил, но способное причинить значительный ущерб врагу.
Если Корнел не выстоит, я разрушу сферу сама.
Первый удар меча Корнел отбил луком — однако верный артефакт, которому были не страшны ни огонь, ни металл, разлетелся на части. Коротенький кинжал, последнее оставшееся оружие, был явно бесполезен против здорового двуручного меча, поэтому следующий выпад был отбит уже магическим щитом. Выставив вперёд ладонь, Корнел качнулся от удара, но устоял. Мне, стоящей сбоку, было отлично видно, как капли крови пропитывают алым некогда безупречно белый рукав рубашки.
Он долго не простоит.
Не выдержит.
Не сможет.
Я… Нет…
Тёмная вспышка словно выжгла все органы чувств. Исчезли зрение, слух, ощущение пространства. Исчезло само пространство и время. Осталась только Тьма, отзываясь которой, возбуждённо стучало сердце…
— Феста! Феста! Очнись! — повторял кто-то прямо надо мной. Я попыталась вздохнуть, но вырвался какой-то тонкий писк.
— Сколько можно валяться? — ответил другой голос, низкий, мрачный — кажется, Матвей. — Ань, почему она не открывает глаза?
— В следующий раз тебя ударит импульсом силы с такого близкого расстояния, и посмотрим, когда ты очнёшься, — возмутился девичий голос. Анна.
— Как она свои-то крылья получать будет? Хлопнется в обморок ещё в процессе трансформации. Хотя какие такие крылья, о чём я…
— Матвей!
— И вовсе незачем так орать, — буркнула я, нехотя открывая глаза. Размытые пятна сочувственно смотрели на меня, пока зрение не сфокусировалось и я не узнала в них Матвея с Анной.
— Ну слава небесам, — улыбнулась Анна. — Матвей прав, пора вставать. Люди и так косятся на нас с подозрением. Лежишь посреди тротуара…
— Подождите, — перебила я, — Корнел… что с ним? Где он?
Ангелы переглянулись. Ужас захлестнул меня ледяной волной.
— Кор…
Но тут они расступились, и я увидела его. Пару мгновений молчала, пытаясь привести в порядок свои мысли, и затем невольно воскликнула:
— Клянусь именем Темнейшего, мне нравится этот цвет!
— Мне тоже, — усмехнулся лучник и слегка расправил крылья. Большие, такие же, как у Матвея, только густого фиолетового цвета. Очень тёмного, бархатного, заставляющего вспомнить о ночном небе. Когда при порывах ветра перья колыхались, казалось, что по ним пробегают стальные блики — или мерцают маленькие звёзды.
— Надо полагать, мы победили?
Я приподнялась и наконец осмотрелась вокруг. А вокруг всё было как обычно — ходили Лишённые, на этот раз настоящие, вдали слышался гул автомобилей, стайка пролетающих птиц показалась из-за крыши многоэтажки.
— Мы избавились от всех следов… многим пришлось подчистить память… — прошептала Аня. — Обретение крыльев демоном — мощный тёмный ритуал, нечто вроде магии нового уровня… Похоже, твой друг и сам не ожидал, на что способен. Монстры из Нижнего мира погибли мгновенно.
— А невидимка?
— Он сбежал, — мрачно ответил лучник. — Но непременно вернётся. Ведь его целью был вовсе не я. Я просто встал на его пути.
— Ну что, Аня, — я повернулась к девушке. Моё настроение, как и самочувствие, стремительно улучшалось, — Теперь только мы с тобой бескрылые? Неравноправие какое-то, честное слово.
— Рождённый ползать — летать не может, — усмехнулся Матвей. — Вставай уже. Пора возвращаться за Катей и Димой, они по-прежнему в кинотеатре отсиживаются, ждут наших впечатлений и комментариев. Думаю, теперь-то точно можно надолго забыть об этих тварях.
Страница 126 из 160
