Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
— Это ужасно, — мои собственные мысли выразил чужой тонкий голос. Катя сидела бледная и не сводила глаз с рассказывавшего Воробьёва.
— Насколько я понял, для демонов это нормально, — пожал плечами Влад. — Мы успели вовремя, и теперь я ни за что не потеряю Женю, чего бы мне это не стоило. Надеюсь, Сенька всегда будет рядом, чтобы помочь нам — в конце концов, он ангел, а мы обыкновенные люди.
«Давай рассуждать логически, — насмешливо произнёс голос Корнела в моей голове, —» Подумаешь, девочка бы детей иметь не смогла. Все живы-здоровы. Пусть Лишённые останутся в непросвещённости относительно своей нравственности — хоть ангелы любят об этом поболтать, практической пользы это всё равно бы никакой не принесло. А ты, Феста? Если Катя не станет учёным и не изобретёт лекарство, умрут десятки. Нет, не десятки. Сотни, тысячи«…»
«Заткнись! Тебе вообще не положено знать о моём задании!»
«Сейчас это значения не имеет. Теперь, когда мы знаем, что это обманки, прикрытие даже от нас самих — наши задания просто пустой звук. И вообще, ты демон или сопливая внешнемировская девочка? Тебя так интересует судьба этой Жени? На твоих глазах убивали людей, ты и бровью не повела».
«Не надо, Корнел, это неправда»…
У меня не было сил даже на то, чтобы спорить с ним. Я положила голову на руки и закрыла глаза. Темнейший, какой же долгий день!
— А что дальше? — буркнула я в стол, не надеясь, что меня услышат. — Влад, как ты понял, что я — демон?
Но Воробьёв услышал.
— Догадаться было несложно. Подозрения у меня были с самого начала, особенно когда ты ляпнула на уроке истории про Совет… Ну а про стадион и говорить нечего. Да и всякие другие загадочные происшествия. Пожар в Премиуме, мистика всякая на городских выборах. Это ведь ты сделала недействительными все бланки для голосования? Мы с Сенькой круто повеселились, читая их. Я сказал ему о своих подозрениях, он как-то связался со своими и вышел на Матвея. Ну а дальше — дело техники.
— Так вот кто был стукачом…
— Эй, я бы попросил! Если бы я не свёл вас с Ледровым, вас бы с Катей уже… не знаю что, но вам лучше знать.
— Может, пойдём? — перебил Корнел, взглянув на часы. — Я не тороплю, но полагаю, что идёт уже вторая реклама, если не трейлер.
— Ох, блин, точно! Спасибо, чувак, а то мы и правда засиделись, — Влад вскочил из-за стола, не забыв прихватить с собой свою коробку с попкорном и лимонад.
Корнел лукавил: до начала было ещё две минуты. Но я его понимала. Лучший способ заставить человека подняться со стула — сказать, что он уже везде опоздал.
Фильм был хорош — настолько, что заставил даже меня признать это. Подобно Лишённым, сидевшим на соседних рядах, я полностью погрузилась в происходившее по ту сторону экрана и неожиданно для себя поняла, что была бы не прочь остаться там. Пару раз, когда моменты были особенно напряжёнными, я словно просыпалась и переводила взгляд на свои руки — лёгкое алое свечение говорило о том, что я и в самом деле воспринимала кино как реальность. Меткие комментарии Роднева, чавканье Влада и шиканье Кати несколько портили впечатление, но в целом… пожалуй, мне стоило пересмотреть своё мнение относительно внешнемировского кинематографа. В этом фильме, обычном приключенческом фильме с элементами фэнтези, было нечто, чего так не хватало моим собственным приключениям. Да, они были опасными и местами чересчур увлекательными… Но в них не было цели, не было смысла, не было ничего.
Я просто пыталась спасти свою жизнь.
Убого и тускло, не правда ли?
… Когда вспыхнул свет, я долго моргала, щурилась, крутила головой по сторонам, и начала собираться одной из последних, когда многие зрители уже выходили из зала и сдавали 3D-очки. Матвей с Димой негромко обсуждали что-то, Корнел молча ждал у конца ряда, Анна с мечтательным выражением лица смотрела на титры, не забывая машинально застёгивать куртку.
— Я никогда не думала, что он может мне понравиться, — щебетала какая-то девушка через ряд от меня, обращаясь к своей подруге, — но в этом фильме… Даже ты не можешь не признать, что он великолепен! Не понимаю, почему ему никак не дадут «Оскара»?