Фандом: Fairy Tail. В этот день все хотели получить хоть капельку внимания Жерара. А он мечтал проснуться от этого кошмара наяву.
27 мин, 37 сек 17710
— Симон, какого чёрта там творится? — нетерпеливо спросила Эрза, свалившаяся на пол из-за внезапной телепортации. — Кто они? Почему они зовут Жерара?
— Братик, он что-то сделал с ними? Использовал незаконное волшебство? Да, наверное, так и было! — решила Кагура.
Симон тут же подарил ей угомонись-сейчас-же взгляд, и Кагура поспешила замолчать.
— Ничего он не делал. Его подставили.
Эрза начала волноваться.
— В смысле, подставили?
— Братику Жерару плохо? — спросила Миллиана.
— Физически, он в полном порядке. Это… сложно объяснить, — сказал Симон. — Ты же знаешь про тот странный журнал «Волшебный блеск»?
— Это откуда приходили пару месяцев назад, чтобы сфотографировать Уртир? — уточнила Эрза.
Симон кивнул.
— Они каждый год делают статью, выбирают самого многообещающего волшебника-подростка. Угадай, кто стал номером один в этом году.
Она задумалась на секунду, и…
— О, нет, — пробормотала она. Жерар? Её Жерар стал номером один?
— Кажется, подписчики рассылки получают журнал на день раньше, так что мы оглянуться не успели — а утром объявили сезон охоты на Жерара, — объяснил он. — Я и его телепортировал, но он так волновался, что целых полчаса дышал в бумажный пакет. И вроде бы до сих пор не отошёл.
— Где он?
— Там, — указал Симон на дверь, ведущую в главный зал.
Эрза поднялась и отряхнула несуществующую пыль с юбки.
— Я пойду и проверю, как он, — сказала она, прежде чем пройти через дверь.
Она была немного удивлена увидеть, что в гильдии всё вполне похоже на обычное времяпровождение, будто бы толпа бешеных фанаток — ежедневная рутина. Если не считать наглухо запертых входных дверей, всё было по-старому: мастер за барной стойкой опустошал очередную кружку, тихо переговариваясь с Лаксусом; Гилдартс, недавно вернувшийся с одиночного задания, сюсюкал над Каной, смущённой поведением родителя (пусть в глубине души она этим и наслаждалась); Нацу и Грей, очевидно, недавно напросились на потасовку с Ур, и сейчас разгромленные на голову парни сидели по разным углам гильдии; Сё в очередной раз делал домашнее задание в компании Волли и Ричарда; Макао и Вакаба выпивали, а с трёхлетним Ромео носились Эрзины одногодки… И за столом рядом с барной стойкой сидел Жерар, закрыв руками голову. Рядом с ним как всегда невозмутимая Уртир читала вслух журнал, а маленькая Мереди, вечная тень Уртир, сидела на столе и пыталась посмотреть в статью через плечо Уртир.
— «Умный, вежливый, обаятельный, симпатичный, сильный, а главное — словно сошедший из сокровенной мечты»… — цитировала девушка.
— Прекрати! — услышала Эрза приглушённую страдальческую просьбу Жерара.
И неудивительно, что Уртир его проигнорировала.
— «Невероятная улыбка, высококлассная подготовка, многообещающий супруг» — о, и моё любимое — «влажный сон каждой уважающей себя тёщи», — закончила семпай. — Согласись, ужасно же звучит! Так что не удивляйся, если эти девчонки во дворе драку за тебя начнут.
— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? — пробормотал Жерар, на секунду подняв голову. — Только очевидный злыдень стал бы пинать эту дохлую лошадь, — и повернулся к маленькой девочке, выглядывающей из-за головы Уртир: — Мереди, беги, пока можешь. Она испортит тебя.
Девочка лишь покачала головой и обвила руками шею Уртир в неловком объятии.
— Моя Уртир — самая лучшая на свете.
— Конечно, милая, лучше меня никого не будет, — подтвердила она и повернула голову, чтобы поцеловать свою названную младшую сестру (наконец-то сестра, а не маленькие тупые братцы!) в пухлую розовую щёчку. — И я научу тебя только самому хорошему!
Мереди не выглядела недовольной, и Жерар убедился, что спасать её слишком поздно — она уже наполовину стала, как Уртир. И, как будто этого было мало, волшебница времени быстро оприходовала Мираджейн по вступлении той в гильдию, и привлекла к миссии «Проведём Эрзу и Жерара по нелёгкому пути от отрицания чувств к свадьбе». И при таком раскладе они явно превосходили их численностью!
— Жерар… — позвала Эрза, объявляя о своём присутствии.
Он внезапно выпрямился и тревожно на неё посмотрел.
— Я ничего не делал! — затараторил он без лишних предисловий. — Я не давал интервью, я не позировал для фотографий. Они… просто и без спросу засунули меня на обложку! Это вообще законно? Потому что законом тут и не пахнет!
— О-о-о… Ты, кажется, ещё не понял, что к закону прислушиваются гораздо реже, чем к своим эгоистичным желаниям, — отметила Уртир. — Кстати, стоит уточнить, с чего они так на тебя запали. Ты же вроде не спешишь получать овации, и не блещешь каким-то гением, о котором написано…
— Да вот и мне интересно! — в незлобной обиде протянул Жерар. — Я говорил с репортёром один-единственный раз — когда ты задержалась у мастера, и тебя искал фотограф. Я находился рядом с ними минуты три, не больше!
Уртир не растерялась.
— И скажи же мне, что именно ты делал эти три минуты?
— Не знаю, — он пожал плечами. — Общался, как обычно общаюсь с незнакомцами?
— Братик, он что-то сделал с ними? Использовал незаконное волшебство? Да, наверное, так и было! — решила Кагура.
Симон тут же подарил ей угомонись-сейчас-же взгляд, и Кагура поспешила замолчать.
— Ничего он не делал. Его подставили.
Эрза начала волноваться.
— В смысле, подставили?
— Братику Жерару плохо? — спросила Миллиана.
— Физически, он в полном порядке. Это… сложно объяснить, — сказал Симон. — Ты же знаешь про тот странный журнал «Волшебный блеск»?
— Это откуда приходили пару месяцев назад, чтобы сфотографировать Уртир? — уточнила Эрза.
Симон кивнул.
— Они каждый год делают статью, выбирают самого многообещающего волшебника-подростка. Угадай, кто стал номером один в этом году.
Она задумалась на секунду, и…
— О, нет, — пробормотала она. Жерар? Её Жерар стал номером один?
— Кажется, подписчики рассылки получают журнал на день раньше, так что мы оглянуться не успели — а утром объявили сезон охоты на Жерара, — объяснил он. — Я и его телепортировал, но он так волновался, что целых полчаса дышал в бумажный пакет. И вроде бы до сих пор не отошёл.
— Где он?
— Там, — указал Симон на дверь, ведущую в главный зал.
Эрза поднялась и отряхнула несуществующую пыль с юбки.
— Я пойду и проверю, как он, — сказала она, прежде чем пройти через дверь.
Она была немного удивлена увидеть, что в гильдии всё вполне похоже на обычное времяпровождение, будто бы толпа бешеных фанаток — ежедневная рутина. Если не считать наглухо запертых входных дверей, всё было по-старому: мастер за барной стойкой опустошал очередную кружку, тихо переговариваясь с Лаксусом; Гилдартс, недавно вернувшийся с одиночного задания, сюсюкал над Каной, смущённой поведением родителя (пусть в глубине души она этим и наслаждалась); Нацу и Грей, очевидно, недавно напросились на потасовку с Ур, и сейчас разгромленные на голову парни сидели по разным углам гильдии; Сё в очередной раз делал домашнее задание в компании Волли и Ричарда; Макао и Вакаба выпивали, а с трёхлетним Ромео носились Эрзины одногодки… И за столом рядом с барной стойкой сидел Жерар, закрыв руками голову. Рядом с ним как всегда невозмутимая Уртир читала вслух журнал, а маленькая Мереди, вечная тень Уртир, сидела на столе и пыталась посмотреть в статью через плечо Уртир.
— «Умный, вежливый, обаятельный, симпатичный, сильный, а главное — словно сошедший из сокровенной мечты»… — цитировала девушка.
— Прекрати! — услышала Эрза приглушённую страдальческую просьбу Жерара.
И неудивительно, что Уртир его проигнорировала.
— «Невероятная улыбка, высококлассная подготовка, многообещающий супруг» — о, и моё любимое — «влажный сон каждой уважающей себя тёщи», — закончила семпай. — Согласись, ужасно же звучит! Так что не удивляйся, если эти девчонки во дворе драку за тебя начнут.
— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? — пробормотал Жерар, на секунду подняв голову. — Только очевидный злыдень стал бы пинать эту дохлую лошадь, — и повернулся к маленькой девочке, выглядывающей из-за головы Уртир: — Мереди, беги, пока можешь. Она испортит тебя.
Девочка лишь покачала головой и обвила руками шею Уртир в неловком объятии.
— Моя Уртир — самая лучшая на свете.
— Конечно, милая, лучше меня никого не будет, — подтвердила она и повернула голову, чтобы поцеловать свою названную младшую сестру (наконец-то сестра, а не маленькие тупые братцы!) в пухлую розовую щёчку. — И я научу тебя только самому хорошему!
Мереди не выглядела недовольной, и Жерар убедился, что спасать её слишком поздно — она уже наполовину стала, как Уртир. И, как будто этого было мало, волшебница времени быстро оприходовала Мираджейн по вступлении той в гильдию, и привлекла к миссии «Проведём Эрзу и Жерара по нелёгкому пути от отрицания чувств к свадьбе». И при таком раскладе они явно превосходили их численностью!
— Жерар… — позвала Эрза, объявляя о своём присутствии.
Он внезапно выпрямился и тревожно на неё посмотрел.
— Я ничего не делал! — затараторил он без лишних предисловий. — Я не давал интервью, я не позировал для фотографий. Они… просто и без спросу засунули меня на обложку! Это вообще законно? Потому что законом тут и не пахнет!
— О-о-о… Ты, кажется, ещё не понял, что к закону прислушиваются гораздо реже, чем к своим эгоистичным желаниям, — отметила Уртир. — Кстати, стоит уточнить, с чего они так на тебя запали. Ты же вроде не спешишь получать овации, и не блещешь каким-то гением, о котором написано…
— Да вот и мне интересно! — в незлобной обиде протянул Жерар. — Я говорил с репортёром один-единственный раз — когда ты задержалась у мастера, и тебя искал фотограф. Я находился рядом с ними минуты три, не больше!
Уртир не растерялась.
— И скажи же мне, что именно ты делал эти три минуты?
— Не знаю, — он пожал плечами. — Общался, как обычно общаюсь с незнакомцами?
Страница 3 из 8
