День, когда Жерар стал популярным

— Точно… Зная, как ты наверняка действовал бы, это даёт… — она сделала паузу и сверилась со статьёй. — Вот, смотри: «умный, вежливый, обаятельный, симпатичный». Тебе не нужно было много лыбиться, чтобы показать «невероятную улыбку», и, сложим это всё… Получается «сокровенная мечта», резко переходящая в «многообещающего супруга» и ту цитату про уважающую себя тёщу. Правда, не уверена, где они за три минуты нашли«высококлассную подготовку», если ты, конечно, не щеголял перед ними без рубашки…

— Конечно, нет!

— Но не нужно много с тобой беседовать, чтобы понимать, какой ты «сильный», — закончила она. — Видишь, к чему я клоню?

— Нет!

— Жерар, — вздохнула она, — когда ты впервые встречаешь людей, ты оказываешь определённое… впечатление. Как бы описать? — она задумалась на несколько секунд. — Вот, точно. Ты как новорождённый котёнок.

Мереди позади неё хихикнула.

— Киса, — восторженно повторила она.

— Как что? — он распахнул глаза.

— Как новорождённый котёнок. Ты милый, обаятельный и очаровательный, и ещё куча описаний, которые я не могу приписать к большинству шестнадцатилетних парней. Да здесь кто угодно подумает «он слишком прекрасен для нашего мира» и захочет замотать тебя в одеялко, чтобы увезти домой, потому что ты уродился таким милашкой. Серьёзно, неудивительно, что Миллиана липнет к тебе, как улитка.

— Но я не котёнок!

Уртир благополучно проигнорировала его.

— Итак, тех трёх минут, что ты провёл рядом с репортёром (а у неё, насколько я помню, было обручальное кольцо), было более чем достаточно, чтобы она приняла тебя за маленького котёночка, которому очень нужен дом. А раз уж она замужем и сама не может тебя забрать, какой напросился выход из ситуации? Правильно, реклама в журнале. А те девчонки съехались со всей страны, чтобы забрать себе маленького миленького синего котёнка.

Безнадёжно перепуганный унизительными метафорами Уртир, Жерар рухнул и стукнулся подбородком о столешницу.

— Это ужас!

— Да хватит тебе стонать, мелкий, — услышали они голос Лаксуса. Жерар повернулся, чтобы недоверчиво зыркнуть, но драгонслеера это ничуть не покоробило. — Воспринимай это как возможность. Я в своё время тоже в этот журнал попал и, ух, как же я повеселился! Девчонки сбегались как сумасшедшие… — и замолчал, почувствовав, как нечто пролетело в опасной близости от его лица. Он обернулся, чтобы увидеть в стойке застрявшую вилку. — Что за? — он посмотрел вперёд в поиске виноватого, но очевидного преступника не было видно. Только Мираджейн с Ромео на руках стояла подозрительно близко к направлению, откуда прилетел столовый прибор. — Мира, чёрт побери! Ты в меня вилку бросила?

Она со смущённым выражением изогнула бровь.

— Вилка? Зачем мне делать что-то настолько опасное? Тем более, с ребёнком на руках… Разве я бы смогла?

Может, в другом мире, где её игривая и непокорная сторона были выражены ярче, она и призналась бы в собственной ревности. Ныне же она сохранила чувства в тайне, ведь всем известная повелевающая временем семпай научила, что держать демоническую половину в узде иногда… даёт более выгодный результат. Отдельные извращенцы, конечно, могли в любой момент приоткрыть милую оболочку Миры, чтобы обнаружить истинную демонессу во плоти и в очередной раз удивиться поистине сатанинской иронии.

Маленький Ромео хихикнул, и Мираджейн поставила его на пол.

— Продолжай, милый. Посмотрим, поймаешь ли ты следующую.

Лаксус не спускал с Миры подозревающего взгляда, пока не понял, что она попросту слишком хороша, чтобы лишний раз снимать свою ангельскую маску.

— В любом случае, мелкий, перестань воспринимать эту прекрасную возможность порезвиться как смертный приговор, — посоветовал Лаксус. — Многие парни убили бы за шанс оказаться на твоём месте.

От его слов Жерар слегка… позеленел.

— Знаешь, а ты тоже попал в топ, правда, не на первые места, — сообщила Лаксусу Уртир. — Очень даже неплохо.

— Да ладно, мне скоро двадцать будет. Меня уже давным-давно затмили эти мелкие цыплята, — заметил он.

— Это же хорошо. Значит, пришло время остепениться, взять милую леди в жёны и подарить мне милых правнучков, — забубнил мастер.

Лаксус оценивающе посмотрел на мастера. — Дед, да и на тебе ещё пахать и пахать. Ты же сам волочишься за каждой более-менее короткой юбкой, хотя тебе уже сто лет в обед?

— Главное, что я всё ещё могу надрать твой наглый зад, щенок! — предупредительно пробасил он.

— А ты попытайся.

И того, следующие несколько минут ушли на пререкания и препирательства между поколениями Дрееров, и за это время Жерар даже немного отвлёкся от своей страшной судьбы в виде обезумевших фанаток.

— Может, не всё так плохо, — пробормотала Эрза. — Думаю, нужно найти правильные слова — и они уйдут.

— Даже не знаю, Эрза. Ты бы смогла сопротивляться, если бы тебе в середине зимы показали замерзающего бродячего котёнка? — спросила Уртир и снова схватилась за журнал. — Особенно, с такой… интересной рекламой…