Алла. «Мам, представляешь, в хозяйственном кастрюли» выбросили«! Ага, ага… Соседка из четырнадцатой квартиры сказала… Ну да, Маша… Мам, ну ты же ее помнишь, она еще в прошлом году с Катей сидела, когда мы с Олегом разводились! Ага… Ну ладно, я побежала, может успею еще…».
Добавить в моё избранное
7 мин, 47 сек 11309
Вымыв таким образом кухню и коридор, Софья Емельяновна тщательно помыла руки и вернулась на кухню. Часы в прихожей ухнули полночь. «Спешат» — успокоила себя женщина — Еще пара минут«.»
И, будто в ответ на ее мысли, в коридоре распахнулась дверь Алевтины и на кухню ворвалась старуха. Весь ее вид был полной противоположностью собранной и спокойной Софье: волосы, спутанные в комок, напоминали клубок змей, беззубый рот искривился в гаденькой ухмылке; руки ее будто плели невидимые косы.
«Ванечка, Санечка, Игоряаааашечка» — припевала бабка — хто нашел, хто узнал, нашлаа ведьма стараая, деточек голодными оставила«.»
Приговаривая, бабка кружилась на месте, притоптывала ногой, голос ее становился все громче, пока Софья Емельяновна, резко вставшая со стула, не запечатала адскую какофонию, сотворив размашистый крест. Алевтина сжалась в комок, и просипела: «Уууйдуу, оставлю, не трогай, мочу не лей» — после чего уползла к себе в берлогу.
Софья глубоко вздохнула, подошла к иконке, висевшей в углу кухни. Теперь требовалось всю ночь простоять на коленях, вымаливая прощенье за совершенный обряд.
P. S. Июльское солнышко заглянуло в незанавешенное окно на четвертом этаже, ласково пощекотало лицо спящей на диване женщины и перепрыгнуло в детскую кроватку, ярким бликом отразившись от серебряного образка Божьей матери, лежащего возле подушки.
И, будто в ответ на ее мысли, в коридоре распахнулась дверь Алевтины и на кухню ворвалась старуха. Весь ее вид был полной противоположностью собранной и спокойной Софье: волосы, спутанные в комок, напоминали клубок змей, беззубый рот искривился в гаденькой ухмылке; руки ее будто плели невидимые косы.
«Ванечка, Санечка, Игоряаааашечка» — припевала бабка — хто нашел, хто узнал, нашлаа ведьма стараая, деточек голодными оставила«.»
Приговаривая, бабка кружилась на месте, притоптывала ногой, голос ее становился все громче, пока Софья Емельяновна, резко вставшая со стула, не запечатала адскую какофонию, сотворив размашистый крест. Алевтина сжалась в комок, и просипела: «Уууйдуу, оставлю, не трогай, мочу не лей» — после чего уползла к себе в берлогу.
Софья глубоко вздохнула, подошла к иконке, висевшей в углу кухни. Теперь требовалось всю ночь простоять на коленях, вымаливая прощенье за совершенный обряд.
P. S. Июльское солнышко заглянуло в незанавешенное окно на четвертом этаже, ласково пощекотало лицо спящей на диване женщины и перепрыгнуло в детскую кроватку, ярким бликом отразившись от серебряного образка Божьей матери, лежащего возле подушки.
Страница 3 из 3
