Фандом: Ориджиналы. Неугомонной Кассандре Деменитру на голову сваливается новое преступление — убийство с особой жестокостью. Убийца в камере, но Кассандра почему-то не торопится отдавать её на суд высших сил. Мариан дал ей всего три дня, чтобы уточнить окончательный приговор. Всё, что есть у Кассандры — это три дня и чертовщина, которая начинает твориться вокруг. А масла в огонь подливает начальник — Антон Калдарару, влюблённый в Кассандру…
87 мин, 53 сек 15589
— Спасибо за комплимент, дорогая. Знаешь, — продолжал он надтреснутым голосом, таким, будто накануне орал во всё горло песни (или проклятия), — сначала я планировал убить тебя. А душу — съесть. И на то есть причины. Весьма весомые причины.
«И какие же, мать твою, причины?»
Я так и поняла, услышал он или мысли или нет, но Антон продолжал:
— Во-первых, я — демон. Асмодей. Приятно познакомиться, кстати. Души для демонов — жизнь. Источник энергии… А души таких, как ты — аппетитный деликатес. Ну, а во-вторых, в преисподней поползли слухи. Любопытные такие слухи, знаешь ли. Будто Люцифер полюбил смертную. Смешной и глупый слух, не правда ли? Но мало того, когда высшие демоны зашептались о том, что Князь Тьмы о ней у Творца просил, я понял: надо действовать. Ты внимательно слушаешь, Кассандра?
Я сглотнула, чувствуя, как по спине бежит струйка пота.
— Слабый правитель — никудышный правитель, думаю, в этом ты со мной согласишься, — лениво вещал оборотень в погонах. — Хотя, к чему вся эта лирика? Я брата терпеть не могу. Тоже мне — Светозарный, с такими-то копытами.
«Так это ты его подставил с тем грешником?!»
Антон-Асмодей усмехнулся.
— Вижу, кое-какие мысли у тебя зашевелились. И даже движутся в верном направлении. Похвально, похвально. Видимо, поэтому мне даже нравилось с тобой работать… Кася.
«Поэтому ты мне палки в колёса ставил?! Кресты переворачивал, хвост прикрутил!»
Асмодей пожал плечами.
— Ты слишком близко подобралась к истине. Ослепить-то Люцифера я с божьей помощью ослепил, но ты начала копать там, где не надо. Он не мог видеть своими глазами, но видел твоими. Ты стала опасна.
«И тогда ты решил меня убрать… но ещё до того, как я заподозрила Григора, планы твои были другими».
Его взгляд ожёг мой правое плечо так, что я чуть не потеряла управление, и машина вильнула влево. Сроду не верила фразам «обжёг взглядом», но, кожа под футболкой до сих пор горела. Видимо, я попала в больное место Асмодея.
— Если бы я только захотел, — его шёпот опалил ухо, — ты бы ползала на коленях передо мной, умоляя, чтобы я тебя трахнул. Я — отец похоти, стоит мне только щёлкнуть пальцем, и твоя душа…
«Но ты не можешь, да? Тебе что-то мешает, верно?»
В салоне, и без того раскалённом, стало тяжело дышать. Воздух стал настолько спёртым, что приходилось прилагать значительные усилия, чтобы сделать вдох.
— Ещё не вечер, Кася, ещё не вечер… — негромко пробормотал Асмодей. — Кто был ничем, тот станет всем. Время чудес впереди. И… если ты мнишь, что сумела задеть меня своим предположением касательно моих намерений в отношении тебя, я тебя разочарую. По-настоящему больно могу сделать тебе только я.
Я молча дышала, чувствуя, как капля пота скользит по позвоночнику.
— Ты ведь с детства хотела узнать, куда делись твои родители. Я могу сказать, — с ядовитой нежностью продолжал демон. — Хочешь узнать правду? Мне ведь нет смысла лгать, я — не человек.
Я изо всех сил покивала.
— Люцифер забрал их, — меланхолично обронил Асмодей и сунул в рот длинную сигариллу. — Это он убил твоих родителей.
Большей пытки и придумать нельзя — когда ты пленник собственного тела и можешь только молча плакать. Я мечтала о том, чтобы демон ослабил контроль над телом — тогда бы мы точно врезались в придорожное дерево, потому что из-за слёз я не видела дороги.
Тот, кто спас, пару часов назад обнимал и ласкал, убил родителей…
«Он же дьявол, Кася, чего ты хотела?» — панически утешал внутренний голос. Но это помогало слабо. Картины того, как Мариан с копытами и рогами забирает орущую молодую пару, то и дело всплывали в воспалённом мозгу знойным маревом, обжигая до боли.
Автоматически я так же продолжала мысленно задавать вопросы, а Асмодей охотно отвечал. Например, непонятно было, за каким чёртом мы пилим по такой жаре на машине, если он не последний демон в аду. С одной стороны, конечно, его алиби и желание мне конкретно подгадить. Но и ему самому пришлось потеть в душном салоне. Оказалось, что нечистая сила имеет власть только ночью, когда люди слабы от усталости и хотят спать. Тогда проще и мороки наводить. А днём за несанкционированное использование чёрной магии от высших сил можно так отхватить, что мало не покажется. Мол, можно, конечно, и многоходовочку раскрутить, но дело Марешей спешное, отлагательств не требует.
Я вспомнила хвост Мариана на колокольне церкви в Чернаводэ и только хмыкнула. Асмодей оскалился и раскалил салон ещё пуще, хотя, казалось бы уже дальше некуда.
Мы уже проехали приличное расстояние. До города оставалось всего ничего, как во мне вдруг включился следователь.
«За что он забрал их? За что он забрал моих родителей?»
Демон замолчал. С меня градом полился пот.
«Ты говорил, что ты не человек, тебе врать незачем. Ответь. В чём проблема-то?»
«И какие же, мать твою, причины?»
Я так и поняла, услышал он или мысли или нет, но Антон продолжал:
— Во-первых, я — демон. Асмодей. Приятно познакомиться, кстати. Души для демонов — жизнь. Источник энергии… А души таких, как ты — аппетитный деликатес. Ну, а во-вторых, в преисподней поползли слухи. Любопытные такие слухи, знаешь ли. Будто Люцифер полюбил смертную. Смешной и глупый слух, не правда ли? Но мало того, когда высшие демоны зашептались о том, что Князь Тьмы о ней у Творца просил, я понял: надо действовать. Ты внимательно слушаешь, Кассандра?
Я сглотнула, чувствуя, как по спине бежит струйка пота.
— Слабый правитель — никудышный правитель, думаю, в этом ты со мной согласишься, — лениво вещал оборотень в погонах. — Хотя, к чему вся эта лирика? Я брата терпеть не могу. Тоже мне — Светозарный, с такими-то копытами.
«Так это ты его подставил с тем грешником?!»
Антон-Асмодей усмехнулся.
— Вижу, кое-какие мысли у тебя зашевелились. И даже движутся в верном направлении. Похвально, похвально. Видимо, поэтому мне даже нравилось с тобой работать… Кася.
«Поэтому ты мне палки в колёса ставил?! Кресты переворачивал, хвост прикрутил!»
Асмодей пожал плечами.
— Ты слишком близко подобралась к истине. Ослепить-то Люцифера я с божьей помощью ослепил, но ты начала копать там, где не надо. Он не мог видеть своими глазами, но видел твоими. Ты стала опасна.
«И тогда ты решил меня убрать… но ещё до того, как я заподозрила Григора, планы твои были другими».
Его взгляд ожёг мой правое плечо так, что я чуть не потеряла управление, и машина вильнула влево. Сроду не верила фразам «обжёг взглядом», но, кожа под футболкой до сих пор горела. Видимо, я попала в больное место Асмодея.
— Если бы я только захотел, — его шёпот опалил ухо, — ты бы ползала на коленях передо мной, умоляя, чтобы я тебя трахнул. Я — отец похоти, стоит мне только щёлкнуть пальцем, и твоя душа…
«Но ты не можешь, да? Тебе что-то мешает, верно?»
В салоне, и без того раскалённом, стало тяжело дышать. Воздух стал настолько спёртым, что приходилось прилагать значительные усилия, чтобы сделать вдох.
— Ещё не вечер, Кася, ещё не вечер… — негромко пробормотал Асмодей. — Кто был ничем, тот станет всем. Время чудес впереди. И… если ты мнишь, что сумела задеть меня своим предположением касательно моих намерений в отношении тебя, я тебя разочарую. По-настоящему больно могу сделать тебе только я.
Я молча дышала, чувствуя, как капля пота скользит по позвоночнику.
— Ты ведь с детства хотела узнать, куда делись твои родители. Я могу сказать, — с ядовитой нежностью продолжал демон. — Хочешь узнать правду? Мне ведь нет смысла лгать, я — не человек.
Я изо всех сил покивала.
— Люцифер забрал их, — меланхолично обронил Асмодей и сунул в рот длинную сигариллу. — Это он убил твоих родителей.
Большей пытки и придумать нельзя — когда ты пленник собственного тела и можешь только молча плакать. Я мечтала о том, чтобы демон ослабил контроль над телом — тогда бы мы точно врезались в придорожное дерево, потому что из-за слёз я не видела дороги.
Глава 14. Не задавай вопрос, если не готова услышать ответ
Пока мы доехали до Констанцы, внутри, как и снаружи всё успело одеревенеть от горечи. Спина адски ныла от долгого сидения в одной позе, но это было ничто по сравнению с болью в душе.Тот, кто спас, пару часов назад обнимал и ласкал, убил родителей…
«Он же дьявол, Кася, чего ты хотела?» — панически утешал внутренний голос. Но это помогало слабо. Картины того, как Мариан с копытами и рогами забирает орущую молодую пару, то и дело всплывали в воспалённом мозгу знойным маревом, обжигая до боли.
Автоматически я так же продолжала мысленно задавать вопросы, а Асмодей охотно отвечал. Например, непонятно было, за каким чёртом мы пилим по такой жаре на машине, если он не последний демон в аду. С одной стороны, конечно, его алиби и желание мне конкретно подгадить. Но и ему самому пришлось потеть в душном салоне. Оказалось, что нечистая сила имеет власть только ночью, когда люди слабы от усталости и хотят спать. Тогда проще и мороки наводить. А днём за несанкционированное использование чёрной магии от высших сил можно так отхватить, что мало не покажется. Мол, можно, конечно, и многоходовочку раскрутить, но дело Марешей спешное, отлагательств не требует.
Я вспомнила хвост Мариана на колокольне церкви в Чернаводэ и только хмыкнула. Асмодей оскалился и раскалил салон ещё пуще, хотя, казалось бы уже дальше некуда.
Мы уже проехали приличное расстояние. До города оставалось всего ничего, как во мне вдруг включился следователь.
«За что он забрал их? За что он забрал моих родителей?»
Демон замолчал. С меня градом полился пот.
«Ты говорил, что ты не человек, тебе врать незачем. Ответь. В чём проблема-то?»
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 18 из 24
