Девушка-умница и Смерть

Смерть приходит только тогда, когда у человека настает свой логический черед. Но беспокоить её нельзя, это чревато: Смерть тоже мстит за подлость через болезни или долголетие как наказание. Это еще «цветочки», а «ягодки» она может раздавать пожизненно.

Смерть увидела, что девушка не может справиться, ослабила действия ядовитых паров, выпустила их через вздохи и выдохи, проводила Генриетту до кровати. Смерть была в этом доме, и видела, как умер старик, как горевала и тосковала по нему старушка, помнит, как забрала несчастного добряка Рафиса. Но чтобы чужого ребенка, который в мир несет только добро и знания, свет и помощь, разве можно лишать жизни? Да, это — результат коварства старой завистницы, и она прокляла Рамилу.

Смерть решила, что она должна узнать цену своих злых поступков. Поэтому она пошла к ней и, приняв облик деревенской женщины из окружения Рамилы, и начала было разговор.

— Ты кто еще такая? — грубо спросила нежданную гостью.

— Кто в такое время ходит?! Как ты вообще посмела… Это МОЙ ДОМ! — и Рамила захохотала. Ведь это раньше всегда срабатывало: визгливый крик, злой взгляд, страшный оскал и ненависть. Да, ее боялись в деревне, особенно, соседи, сторонились. А ей нравилось, что ее боятся.

— А чему ты радуешься? — перебила женщину с бутылкой в руках Смерть.

— Хорошо ли с тобой этой молодой девушке?

Рамила с гордостью начала хвастаться, как она «заботится» о девочке:

— Она жрет за троих, никуда не уходит, всё время здесь торчит, будто у себя дома! Надоела, домой ей пора. Намека не понимает, вот и хотела избавиться…

— И сразу замолчала.

Тут Смерть улыбнулась:

— А так ли это на самом деле? Не обижаешь ли ты Генриетту? Ведь за каждое злое дело кто-то должен ответить.

Женщина удивилась, потом нахмурилась, но не поняла истинного смысла слов старушки. Она вновь вернулась к своим делам, не задумываясь о сказанном, и села за стол в кухне.

Смерть, вернувшись к девушке, посмотрела на её лицо и громко произнесла:

— Прощай, добродушная девочка. Ты не заслуживаешь такой судьбы. Немедленно уезжай. Пусть живет здесь, дом итак не несет ей радости, для нее как гроб. То, что захватывается нечестным образом, всегда будет ловушкой, из которой не выбраться никогда!

Да, Рамиле только казалось, что она теперь хозяйка дома. Но она достигла своего, нечестно и коварно, но больше у нее не было целей. Всех, кто когда-то могли стать ее семьей, и терпели, она убрала своими вот руками, которые не видели колхозного труда, жила как хотела, гуляла и пила. А вот им не нравилось: убрать с пути! Легко!

Дочь вернулась из далекой страны, где когда-то жировала и воровала, как мать. И муж долго не смог жить в деревне с этой склочницей тещей. А дочь спилась. Друг к другу «в гости» и ходят.

Сын старший от алкашки родился неполноценным, хулиганил, воровал, угодил в психушку, чтобы в армию не взяли. Да так и не дожил до тридцатилетия.

Младший, от лесника, тоже где-то в криминале был да помер.

Теперь в ее переулке из четырех бывших соседских изб остался только ее один, другие уже давно пустуют. И по сей день даже да дешево не покупают там участки. И этот дом среди мертвых бывших друзей-соседей тоже умер. Никакой ремонт ему не интересен, нет уже того дома. Стоит и ждет, когда Рамила покинет его. Но там, неверху, уже не дадут обижать тех, кто в раю. Ей место уготовили другое.

А Смерть сказала девушке:

— Так, девочка, видишь ли, жизнь твоя пока не окончена, но женщина, морально убившая твою бабушку и любимого дядюшку, получит наказание. Как аукнется, так и откликнется! И не нужно жалеть, это уже наша работа, небесной канцелярии.

Генриетта оставила дом, мысленно попрощалась с ним, и больше туда не возвращалась. Дом плакал долго, пока не сгнил от сырости.

Она Генриетта вышла замуж за любимого, родили пятерых детей, и жили они долго и счастливо, пока Смерть не разлучила их в один день! Наверное, в этой сказке лучше сказать иначе: Пока Смерть не отправила их в рай.

29.08.24, писала в больнице.